Пока эксперты спорили, какая страна первой выйдет из кризиса и потянет за собой остальных (Китай, Индия или США), лидер определился сам – Южная Корея. Во втором квартале текущего года экономика страны выросла на 2,3% по сравнению с первым кварталом, достигнув максимальных темпов прироста за последние шесть лет. Например, крупнейший южнокорейский автопроизводитель Huyndai Motors показал рост продаж на 16% и прибыль – $650 млн.
Успехи в стабилизации экономики Южной Кореи настолько очевидны, что Президент Ли Мен Бак в радиообращении к гражданам решился официально заявить: «Мы сможем восстановиться раньше любой другой страны мира, позитивный сдвиг в ситуации наши граждане ощутят первыми».
Впрочем, это заявление не стало сенсаций. На самом деле многие аналитики уже давно высказывали совершенно определенные прогнозы роста на уровне 2,2% по сравнению с I кварталом, когда экономика страны дала «прибавку» лишь в 0,1%. С другой стороны, надо учесть, что в Корее давно не было двузначных цифр увеличения ВВП (как еще недавно в Украине), и каждая сотая процента тут на вес золота. Наконец, 2,3% – лучший показатель роста ВВП Южной Кореи с IV квартала 2003 года.
Конечно, в каждой бочке меда присутствует и ложка дегтя, а все цифры – относительны. Если брать за базу не первый квартал текущего года, когда кризис был на самом пике, а относительно благополучный второй квартал прошлого года, то получится, что никакого роста на самом деле нет, а присутствует спад в 2,5%.
Несмотря на это, в Сеуле царят исключительно оптимистические настроения, подтверждаемые другими показателями (кроме роста ВВП). Так, агентство Bloomberg со ссылкой на официальные данные констатирует: экспортный спрос на корейские товары в мире восстанавливается. За второй квартал экспорт вырос на 14,7%.
Исключительно радуют и крупнейшие корпорации страны. Samsung Electronics на днях отчитался о рекордной прибыли в таких направлениях, как производство полупроводников и ЖК-дисплеев, а также – о росте продаж мобильных телефонов и сетевого оборудования Mobile WiMax. Прибыль южнокорейской компании выросла на 5% по сравнению с тем же периодом прошлого года. Это лучший показатель с четвертого квартала 2006 года. Брокеры прочат сохранение данного результата и на будущее.
Охотно покупают и корейские Huyndai. В апреле-июне компания зафиксировала прибыль в размере $650 млн. Успех достигнут, прежде всего, за счет «недорогого креатива»: Huyndai Motors начал продажи первой модели с гибридной силовой установкой. В зависимости от комплектации гибрид стоит от $16 тыс. до $18 тыс.
Если все сказанное выше – не стечение благоприятных обстоятельств, и Южная Корея действительно доказала возможность одной отдельно взятой страны довольно быстро и легко выпутаться из водоворота планетарного кризиса, самым актуальным становится вопрос: «Как ей это удалось?».
На первый взгляд, никаких экстраординарных шагов, отличных от тех, что делали другие страны, Сеул не предпринимал. Он очень легко девальвировал национальную валюту – вон (почти на 30%). Но в отличие от Украины, девальвация была использована с умом на пользу экспортерам в пакете с другими мерами.
Например, апогея достигла активность внешнеэкономических лоббистов страны на иностранных рынках. Пустив в ход практически все приемы (как известно, Корея – страна с большим коррупционным прошлым), они выбивают заказы для местных предприятий где только можно. Не случайно наш Арсений Яценюк подколол соперников из БЮТ наличием у правительства Юлии Тимошенко планов приобретения электричек в Южной Корее, а не в родном Луганске.
Но такая агрессивная политика протекционизма и «работы локтями» себя оправдала. Как мы сказали, во втором квартале экспорт вырос, в то время как еще в марте сокращался угрожающими темпами – на 21,2% (по сравнению с мартом прошлого года). А в первые два месяца года показатели были еще хуже – по 26,4% минус в январе и феврале.
При этом свои рынки для иностранных товаров Сеул не побоялся закрыть. Был мастерски придушен импорт: в марте он упал на 36%, т.е. куда больше экспорта. С одной стороны, это свидетельствовало о низком спросе на сырье (Южная Корея в высокой степени «сырье-зависимая» страна) в связи со ступором производства. С другой – более быстрое сокращение импорта, чем экспорта увеличило профицит торгового баланса страны до рекордных $4,61 млрд. в марте с $2,93 млрд. в феврале. Эти средства были немедленно направлены на поддержку национального производства.
Параллельно с удешевлением денежной единицы были сняты налоги с реализации многих товаров. Скажем, еще недавно налог с реализации автомобиля составлял 30%. К тому же до апреля Банк Кореи держал предельно низкую ставку на уровне 2% годовых. Для сравнения: в Украине этот показатель достигает 11%.
Не брезговали корейские власти и американской помощью. Еще в конце октября 2008 года Банк Кореи договорился с Федеральной резервной системой США о получении валютного свопа на $30 млрд. для кредитования местных банков в долларах. Это не дало умереть их рынку банковского кредитования, в том числе – под внешнеэкономические проекты, что, увы, произошло в Украине.
Есть еще два фактора, сыгравших ключевую роль в выздоровлении корейской экономики. Во-первых, в декабре прошлого года промышленные лидеры стран Азии – Япония, Китай и Южная Корея – на японском острове Кюсю приняли план «спасения утопающих силами самих утопающих». Они договорились активизировать движение финансовых потоков и оживить торговлю друг друга в рамках внутренних пакетов мер по борьбе с экономическим кризисом. Считается, что от трехсторонних договоренностей особенно выиграла Южная Корея.
А в мае, в дополнение к ним, Япония, Китай и Южная Корея решили создать фонд в размере $120 млрд., в который Китай и Япония внесут по $38,4 млрд., Южная Корея – $19,2 млрд., страны АСЕАН – $24 млрд. Эти средства пойдут на займы странам-членам пула в период финансового кризиса в случаях, когда они «испытывают постоянно растущие трудности». Так как у Кореи самый небольшой взнос из развитых азиатских стран, она остается в выигрыше больше других участников: в случае непредсказуемого течения кризиса и угрозы поворота вспять позитивных процессов может рассчитывать на срочные вливания для выравнивания ситуации.
Во-вторых, Южная Корея имеет недавний опыт оперативного преодоления глобальных кризисов. Достаточно вспомнить, что предыдущий кризис произошел именно в Азии, когда бурный рост 80-х-90-х годов сменился глобальным экономическим падением октября 1997 года. Тогда страна пережила лавинообразное снижение курса вона по отношению к доллару. К 21 ноября 1997 года (т.е. меньше чем за месяц) золотовалютные резервы Центробанка были практически полностью истощены, и для того, чтобы предотвратить полный крах экономики, правительство было вынуждено сделать крупные займы у Международного валютного фонда.
Однако серия мер, предпринятая властями, включая ряд экономических реформ, позволили Южной Корее уже в 1999 году показать экономический рост на уроне 10%. В то время как другие страны только начинали приходить в себя…
Егор Смирнов
