На этот вопрос не способен ответить даже премьер-министр Владимир Путин
На заседании президиума правительства России Владимир Путин раскритиковал руководство министерства обороны. Он сообщил, что директора предприятий оборонного промышленного комплекса (ОПК) жалуются на медленную работу по заключению контрактов в рамках гособоронзаказа. "Директора говорят, что деньги на предприятия не поступают", — отметил премьер и добавил: "Деньги-то есть, а на предприятиях возникают реальные проблемы". В этой связи премьер-министр потребовал от минобороны ускорить работу по заключению таких контрактов. О том, почему буксует программа технического перевооружения армии, корреспонденты побеседовали с экспертом фонда «Стратегическая культура», академиком Академии военных наук полковником Юрием Рубцовым.
— Гособоронзаказ основан на утвержденной правительством государственной программе перевооружения армии и флота, рассчитанной на 2007 – 2015 годы. Неужели минобороны осмелилось ее саботировать?
— Причины срыва другие. На реализацию этой госпрограммы было выделено около 5 трлн. рублей. Планировалось, что в ее рамках будут поставлены на боевое дежурство 34 шахтные пусковые установки и командных пункта, а также закуплены более 50 грунтовых подвижных комплексов «Тополь-М». Кроме того, в составе ВВС планируется иметь 50 стратегических ракетоносцев-бомбардировщиков Ту-160 и Ту-95МС. В рамках госпрограммы также намечено завершить сооружение стартовых комплексов «Ангара» и «Союз-2», что обеспечит России независимый выход в космос с первого отечественного космодрома «Плесецк». В планах Министерства обороны – создание космических систем разведки, связи, ретрансляции, целеуказания, обнаружения стартов баллистических ракет нового поколения. А кроме того — полное восстановление замкнутого периферийного радиолокационного поля системы предупреждения о ракетном нападении, станции слежения которой будут полностью расположены на российской территории. Предполагается, что новой техникой будут оснащены не только ВВС, ПВО, РВСН, но и Сухопутные войска: полностью перевооружены 40 танковых, 97 мотострелковых и 50 десантных батальонов, пять ракетных бригад получат новейший ракетный комплекс «Искандер-М», два полка – установки залпового огня «Ураган-1М». Не забыли и Военно-морской флот, ему пообещали новую серию подводных лодок стратегического назначения, а также 31 корабль во главе с тремя авианосцами. Всего к 2015 году в рамках программы вооружения в армии и на флоте планируется заменить около 45% имеющейся боевой техники (напомним, сегодня этот показатель, по данным МО РФ, составляет 20%).
— Так в чем все-таки причины того, что эта программа не выполняется?
— Как всегда. Средства распыляются и разворовываются. Их не хватает. Поэтому принятие на вооружение новой техники затягивается. Она поступает мизерными порциями, не успевая заменять списываемое вооружение. Особо опасно такое «перевооружение» в системе стратегических ядерных сил. Они сегодня катастрофически теряют свою устойчивость, ибо, сколько ни продлевай ресурс межконтинентальных баллистических ракет, находящихся на боевом дежурстве еще с советских времен, их все равно придется списывать. Окончательный срок недалек – тот же 2015 год. Основой РВСН должны стать «Тополя-М». Они приходят на смену старым МБР, но списываются сотни ракетных установок, взамен на боевое дежурство в год ставится менее десятка моноблочных «Тополей».
Ситуацию с нашей обороной пунктуально отслеживают в натовских штабах. Не так давно пятеро высокопоставленных военных – К. Науманн, бывший начальник главного штаба бундесвера ФРГ и начальник военного комитета НАТО, Дж. Шаликашвили, бывший председатель Объединенного комитета начальников штабов США, и их коллеги из Великобритании, Франции и Нидерландов по заказу Совета НАТО подготовили доклад, в котором, в частности, были зафиксированы основные параметры нынешнего состояния российских ВС. «Весь арсенал межконтинентальных баллистических ракет, – говорится в докладе, – должен быть к 2015 году составлен из ракет «Тополь-М», но ежегодно выпускается всего семь таких ракет. В ВВС только половина состоящих на вооружении самолетов находится в боевой готовности. Для ПВО России потребуется 650 комплектов С-400, а выпускаются единицы».
— Кстати, о ПВО. Ведь руководство минобороны регулярно и громко пиарит некие эффективные программы модернизации этой системы. Может быть, натовцев подвела разведка?
— К сожалению, нет. При наличии хороших программ перевооружения они с пугающей систематичностью не выполняются. Достаточно сказать, что за последние годы в войска поступил всего один дивизион С-400. Зенитный ракетный комплекс С-400 «Триумф» – отличное, перспективное оружие, но какую боевую задачу можно решить единичными экземплярами? По самым оптимистичным прогнозам, силы ПВО будут ежегодно оснащать комплексами этого типа один – два полка. Этого явно недостаточно. Нынешние темпы перевооружения российских войск ПВО откровенно не соответствуют скорости совершенствования средств воздушного нападения потенциального противника. Производить же новейшую технику в необходимом количестве не позволяют недостаточное финансирование, усугубляемое инфляцией и ростом цен на военную продукцию, ограниченными возможностями оборонного комплекса, недостатком квалифицированных кадров.
— Недавно заместитель министра обороны – начальник вооружения Российской армии Владимир Поповкин уверял журналистов об успехах в расширении производства оперативно-тактических ракетных комплексов «Искандер», обновлении парка самолетов и вертолетов. Речь идет об истребителях «Сухого», вертолетах Ми-28Н «Ночной охотник» и Ка-52 «Аллигатор». Насколько это реально?
— По большому счету это – пиар. Взять хотя бы самые «свежие» ракетные комплексы «Искандеры». Обещания высоких должностных лиц оснастить ими армию уже похожи на фарс. Впервые «Искандер» продемонстрировали в августе 1999 года на аэрокосмическом салоне МАКС, а спустя год разработчики комплекса обрадовали публику: до полного завершения испытаний осталось произвести всего четыре-пять пусков. В феврале 2003 года Минобороны уведомило, что «Искандер» успешно завершил госиспытания и в ближайшее время будет принят на вооружение. Но в марте того же года первый заместитель главного конструктора коломенского КБМ Кашин опроверг это сообщение.
В конце августа 2004 года тогдашний министр обороны Сергей Иванов доложил Владимиру Путину: испытания «Искандера» завершены, в 2005 году начнем серийное производство, и к концу 2005 года «у нас будет целая бригада, вооруженная этим комплексом». В июле 2006 года Сергей Иванов пообещал оснастить «Искандерами» уже пять ракетных бригад. Где они? Реально существует один дивизион в 60-м учебном центре боевого применения войск в Капустином Яру: лишь две батареи по два комплекса в каждой! Таким образом, обещание «расширить серийное производство «Искандеров» опять звучит как издевка: можно ли расширять то, что пока еще нельзя назвать серийным производством даже с натяжкой?
Похожие мытарства с поступлением в авиационные части выпали на долю и названного вертолета «Ночной охотник». Его разработка велась на Московском вертолётном заводе им. М. Л. Миля с 1980 года. Первые четыре серийных Ми-28Н поступили в Торжокский центр боевого применения и переучивания лётного состава армейской авиации через 28 лет — в 2008 году. По планам минобороны, в 2009-2011 годах в Военно-воздушные силы РФ поступят две эскадрильи вертолётов Ми-28Н. К сожалению, эти планы сбываются, как уже ясно, далеко не всегда.
— Может быть, на флоте дела обстоят лучше?
— К сожалению, из 300 кораблей, находящихся сегодня в боевом составе ВМФ России, основная масса эксплуатируется уже более 20 лет. Красивые заявления о современном флоте – воздушные пузыри.
— Но у подводного флота есть, судя по заверениям должностных лиц минобороны, современнейшая баллистическая ракета?
— «Булава» — в процессе испытания. Всего с 2003 года было проведено 10 испытательных пусков, из которых пять неудачных. Ракету "Булава" ранее планировалось принять на вооружение Военно-морского флота в 2008 году. Однако из-за неудач эти сроки были сдвинуты на год, теперь, видимо, сдвинутся еще дальше. Проблема – в разрушении самой системы ОПК. С начала девяностых годов и практически до 2004 года у нас шло тотальное уничтожение военного и военно-научного потенциала. Сейчас предпринимаются некоторые попытки исправить ситуацию – однако, весьма робкие. Главное – нет необходимого и достаточного финансирования. Для того, чтобы начать восстановление военного потенциала страны, годовой оборонный бюджет должен быть увеличен в три-четыре раза. Однако проблема не только в финансировании. Значительное количество предприятий оборонно-промышленного комплекса России оказались приватизированы и перепрофилированы, часто просто разгромлены. Все это плоды "реформ" 90-х годов. Пока мы их не преодолеем, хотя бы в оборонной промышленности, трудно говорить об эффективности работ по «Булаве» и другим перспективным видам оружия.
— Тем более не понятно, почему в такой ситуации само министерство обороны тянет резину с гособоронзаказом?
— Видимо, потому что в самом руководстве страны не просматривается единого подхода к этой проблеме. А чиновник, прежде чем проявить активность, всегда присматривается: чья сторона возьмет. Вспомним, хотя бы недавние действия высших руководителей страны. Владимир Путин в Ангарске принял решение деприватизировать ряд оборонных предприятий, потому что «частники» не туда тянули. Дмитрий Медведев практически в тот же день сделал прямо противоположный ход. Из перечня стратегических предприятий им исключены разработчики и производители ракет «Булава», «Тополь-М», «Искандер» и другого вооружения, составляющего оборонный потенциал РФ. Это следует из указа № 526, подписанного президентом России Дмитрием Медведевым.
Теперь, в соответствии с законодательством могут быть переведены в разряд открытых акционерных обществ с последующей приватизацией такие предприятия, как Воткинский завод (Удмуртия), головное особое конструкторское бюро «Прожектор» (Москва), Московский институт теплотехники, научно-производственный комплекс «Альтернативная энергетика» (Электроугли Московской области), производственное объединение «Баррикады» (Волгоград), федеральный научно-производственный центр «Алтай» (Бийск Алтайского края), Центральное конструкторское бюро «Титан» (Волгоград), Ижевский мотозавод «Аксион-холдинг», Центральный научно-исследовательский институт специального машиностроения (Хотьково Московской области). А это сливки оборонной промышленности. Так что все имеет свои причины, в том числе и медлительность минобороны при подготовке гособоронзаказа. Можно ведь не тому заказать.
Сергей Турченко, Юрий Викторов
