На Лугандоне,
в грязном фургоне,
с водкой в бидоне, унылые,катим домой…
Фуру швыряет,
водила икает,
яму поймает — и точно майор блевонет…
А "ихтамнеты"
в черных пакетах
едут на родину в землю компостом залечь…
Вышло неловко
с "коммандировкой"
или с путевкой, да чё там, всем похер уже…
когда в набат ударила отчизна:
мочи жыдов, пиндосов и фашистов..
все думали ,что лучше нет работы —
чем бить трусливых укров с пулемета,
а после, хоть в говно — всё на халяву,
кресты на грудь, по всем каналам слава…
и вот.. везем на родину героев,
которых там на пустыре зароют…
Которых там на пустыре зароют…
Но надо добраться,
надо собраться…
Если ужраться, то можно дня на два уснуть.
а Жаркое ж лето…
и в общем-то,нету
кондИционера — ребята ваще потекут…
И мы идём, не в хлам, но очень близко,
работа — пестня, никакого риска,
глубокий тыл, кругом сплошная вата,
вот КПП, братушки там,буряты…
И мы идём уверенно, в натуре!
Опухшие от водки и от "дури"…
идут с Ростова снова гум-конвои,
а значит где-то вновь пустырь разроют…
и значит, где-то вновь пустырь разроют..
На Лугандоне
в грязном фургоне
в целом, нехило кататься с "двухсотыми" в ночь…
Эко их крепко
тОркнули скрепы…
…Больше б дыбилов, а мы поработать не прочь…
Когда сошлись в мозгах "кисель" и водка,
по двухходовой лагерной разводке
погнали за величием бараны,
послушно сдохли, што ваще не странно..
Но нам — ведь — жить!..Кредит вот непогашен,
а тут наш профиль — мы сполна отпашем,
пока холопам за царя подохнуть сладко
и пустырей отсутствует нехватка.
и пустырей отсутствует нехватка..
Шура Лют
Донецкие индейцы из племени "Ихтамнет"
