Сколько я ни просматривал различных программ и проектов развития Сибири, всюду в них был один и тот же момент. Причем, программы были самые разные, от достаточно детально разработанных, до самых общих предположений (большинство из которых было низкого качества) но этот момент объединял их всех практически без исключения. Это — тезис о «заселении Сибири».
Обычно этот тезис подается таким образом. Авторы программы заявляют, что в Сибири, де, низкая плотность населения, демография вообще отрицательная, и буквально сегодня-завтра на освободившиеся просторы хлынут полчища китайцев. Потому, говорят авторы программ, Сибирь «надо заселять».
Оставим в стороне вопрос о том, почему китайцы до сих пор не заселили монгольские и сибирские просторы, благо у них для этого было не менее трех тысяч лет мощного демографического перевеса. Обратим лучше внимание на то, что это выражение весьма процветающего ныне в России географического невежества.
Во-первых, рационального и экономического обоснования «заселению» не приводится.
Во-вторых, предполагаемых принципов и структуры «заселения» тоже не приводится.
Люди, которые пишут такие программы, и вообще проповедуют тезис о «заселении Сибири», совершенно не представляют себе реальной географии Сибири и наличных там условий.
Что еще более печально, под влиянием политики выбивания и угнетения любого интереса к своей родине, и в Сибири сложился слой людей, которые тоже поддерживают этот странный тезис.
КАКОВО ЖИТЬ В СИБИРИ?
Очень трудно объяснить что такое Сибирь человеку, который только и видел ее мельком на карте. В природно-климатических условиях столь большая разница, что каждую часть Сибири приходится описывать отдельно. В Сибири есть и сухие степи, нуждающиеся в орошении, и вечная мерзлота, лесостепи и тайга, горные хребты и огромные болота. Мы приблизительно классифицируем Сибирь с точки зрения условий для жизни человека. С запада на восток.
Западно-Сибирская равнина
Северная часть — тундра, прилегающая к Ледовитому океану. Суровый климат, короткое лето, долгая зима, в высоких широтах полярная ночь. Тундра, летом заболоченная, вечная мерзлота. Множество рек и озер. Жизнь возможна только на отдельных особо выгодных местах, обычно вдоль русел крупных рек, небольшими коллективами. Требуется большой запас топлива и специальное снаряжение для зимы. Основа хозяйства — рыболовство, разведение оленей.
Южная часть — тайга, лестостепь и узкая полоса степи на самом юге. Суровый климат, жаркое лето, холодная зима. Большая часть территории заболочена и покрыта труднопроходимой темнохвойной тайгой; южная часть местами заболочена и покрыта множеством озер. В тайге жизнь возможна на участках вдоль русел рек или на сухих местах среди болот небольшими коллективами, в лесостепи и степи повсеместно средними и крупными коллективами. В лесостепной и степной зоне возможно скотоводство и земледелие, в тайге — земледелие на небольших участках, охота, разведение оленей, рыболовство.
Алтай, Саяны, Танну-Ола, Прибайкалье
Горная страна, сильно расчлененная хребтами на замкнутые котловины. В крупных котловинах — степной ландшафт, горы покрыты тайгой, есть альпийские луга, моренный ландшафт и ледники.
Суровый, резко континентальный климат, жаркое длинное лето и холодная зима, правда в крупных котловинах зима мягче и снежный покров меньше. Есть крупные реки, разветвленная сеть притоков, горные озера. Болот мало.
Жизнь в котловинах возможна повсеместно средними и крупными коллективами, в горах — небольшими коллективами в мелких долинах, на альпийских лугах — сезонное пребывание. В котловинах выгодные условия для земледелия, в том числе орошаемого, и скотоводства, в горах — разведение оленей, охота.
Енисей-Ленское междуречье
Северная часть — тундра, прилегающая к Ледовитому океану, расположенная в высоких широтах. Суровый климат, короткое лето, долгая зима, полярная ночь. Сильные морозы в сочетании со штормовым ветром. Сочетание вечной мерзлоты и выходов скал.
Есть крупное плато Путорана с чрезвычайно сильно расчлененным рельефом, в равнинной много мелких рек и озер. Жизнь возможна на небольших участках вдоль рек и озер небольшими коллективами. Требуется много топлива и специальное снаряжение для зимы. Возможно разведение оленей, охота и рыболовство.
Южная часть — светлохвойная тайга, много средних и мелких порожистых рек, подпочвенная вечная мерзлота. Суровый, резко континентальный климат, жаркое лето и холодная зима. В прилегающих к северной части Байкала районах — высокая сейсмичность. Жизнь возможна на участках вдоль рек небольшими и средними коллективами. Возможно в ограниченных масштабах земледелие, основа хозяйства — рыболовство и охота.
Вот такой самый краткий очерк природно-климатических условий Сибири, из которого видно, что возможности для расселения на этой огромной площади крайне ограничены.
На 2/3 этой территории возможно жить только небольшими коллективами, которые занимаются охотой и рыболовством. Но даже если брать горно-степную южную часть Сибири, то и там есть свои уголки, где жить также можно только небольшими коллективами. Если взять в общем, то не более 1/5 площади Сибири пригодны для повсеместного расселения.
Cформировавшаяся сеть населенных пунктов довольно точно отображает границы этих районов.
Но даже и в этих, благодатных по сибирским меркам землях, климат также весьма суров и резко континентален. Летом бывает до 30 градусов тепла, а зимой температура может опускаться до минус 40-45 градусов. Навыки переносить сильные морозы требуется от любого сибиряка. Вот последний вопрос вызывает больше всего недоумения. Прежде чем кого-то куда-то звать, и строить планы «заселения Сибири» нужно бы выяснить сначала, каково там жить. Я бы рекомендовал всех составителям подобных программ «заселения Сибири» отведать на своей шкуре мороз в -45, а еще лучше попробовать климат Норильска. Там бывает до -56 градусов, в сочетании со штормовым ветром в 9-10 баллов и полярной ночью. Я надеюсь, что после одного зимнего шторма у составителей великих планов навсегда пропадет желание «заселять Сибирь».
Иными словами, что в Сибири «заселять» — это большой вопрос. Можно, конечно, желающим предложить поселиться в таймырской тундре, в васюганских болотах, или приспособить для жизни плато Путорана.
ВАХТОВИКИ
В целом, есть расхожее представление, что жизнь в Сибири весьма тяжела, и потому предлагают «заселять» Сибирь вахтовым методом. Как правило, оказывается, что сторонники такого подхода не представляют, что такое «вахтовый метод».
Впервые понятие «вахтовая работа» употребляется в Положении об организации работ вахтовым методом, утвержденном Минлеспромом СССР 11 апреля 1974 года, и в Положении об организации вахтовых лесозаготовок, утвержденном Всесоюзным объединением «Тюменьлеспром» в 1976 году. Это метод временной работы на удаленных участках, оборудованных для проживания рабочих без семей, причем предусматривающий регулярные поездки к объектам работ, в отличие от сезонной работы. Вахтовый метод отличает особый режим труда и отдыха, основанный на суммированном учете рабочего времени.
В общем и целом, это особый режим работы, а не метод расселения. Применительно к районам Севера, он предусматривал перевозки работников за сотни и тысячи километров. Это чудовищно затратная система, на которую решались только от невозможности проводить работы другим способом, например, в силу невозможности создать постоянный поселок в нужном месте.
Но главное даже не в этом. Главное — в процессах адаптации организма. Адаптация человека к экстремальным условиям Севера обеспечивается пересторойками всех видов обмена веществ, изменениями нейроэндокринных механизмов регуляции и у пришлого населения протекает фазно.
Начальный приод занимает до полугода, период нормализации функций организма — 2-3 года, период стабилизации — 10-15 лет.
Но вахтовые работники постоянно, в силу регулярных вахт, находятся в первой стадии адаптации при работе на Севере, и снова в первой стадии адаптации при возвращении к своему месту жительства. Организм постоянно в состоянии дестабилизации физиологических параметров, быстро изнашивается, что и делает вахтовика жертвой ранних и серьезных заболеваний.
Вахтовый метод с этой точки зрения — это освоение Севера с помощью людского расходного материала.
К тому же, этот метод не в состоянии обеспечить длительного нормального освоения территорий и построения эффективной северной экономики.
Опыт разработки полезных ископаемых показывает, что большая часть из них не поддается разработке вахтовым методом. Крупное рудное месторождение отрабатывается за 20-30 лет, месторождения нефти и газа — 30-40 лет, угольные могут разрабатываться столетиями. Даже золото или кимберлитовую трубку невозможно взять наскоком. Кроме того, для подавляющего большинства полезных ископаемых нужно обогащение, а это плюс обогатительная фабрика к руднику. Сырье должно быть максимально чистым, иначе его невыгодно будет перевозить. Так что, как ни крути, а разработка полезных ископаемых — дело долгое. Потому, когда разворачивался проект освоения Севера, было правильно решено, что там нужно постоянное население.
Вахтовый метод ориентирует на хищническое разграбление ресурсов, поскольку не позволяет заниматься планомерной и комплексной добычей, с полной отработкой полезных ископаемых. Вахтовики часто вносят решающий вклад в загрязнение и разрушение хрупких северных экосистем.
Потому любое экономическое развитие должно строится в первую и главную очередь с опорой на местное, коренное население, в особенности на местные народы, которые адаптированы к условиям Севера на генетическом уровне.
СИБИРСКИЙ МЕТОД РАССЕЛЕНИЯ
Если и говорить о задачах структуры расселения в Сибири, то совершенно очевидно, что стоит задача приведения структуры расселения в соответствие с природно-климатическими условиями.
Если природные условия не позволяют селиться крупными коллективами и строить города, не нужно брать в лоб и строить города любой ценой. Норильск — город удивительный, но его опыт показал полную непригодность такого подхода. Для таких широт больше подошла бы густая сеть небольших поселков, тесно связанных дорогами и коммуникациями.
В Сибири есть острая необходимость разработки теории и практики создания небольших, но полностью оборудованных всем необходимым и комфортабельных поселков, пригодных для тундры, тайги, горной долины.
Требуется развитие теории и практики создания транспортных связей и коммуникаций в подобной сети небольших поселков. Здесь есть на что опереться. Археологические данные позволяют судить, что население Сибири в глубокой древности создало подобную сеть связей, состоящую из троп: сухопутных и речных. Она отличалась большой устойчивостью, и большинство современных дорог проложено по этой сети.
Кроме того, требуется серьезное развитие жилой и промышленной архитектуры, подходящей для суровых климатических условий Сибири.
В 1989 году был издан специальный справочник, который подытожил опыт строительства в условиях Крайнего Севера и в нем были изложены теоретические основы этого дела. Но до широкого применения в проектах и строительстве этот опыт пока не дошел, хотя давно пора привести здания и сооружения в соответствие с условиями.
Вот две наиболее насущные задачи в Сибири из области структуры расселения. Они не имеют ничего общего с идеей «заселения Сибири».
Дмитрий Верхотуров
