Под Киевом забросали коктейлями Молотова дом экс-главы НБУ Гонтаревой. Дом выгорел полностью. Офис президента заявил, что ждет от «соответствующих ведомств наискорейшего раскрытия этой провокации».
Мы так понимаем, что Эзопы из офиса президента решили дать свидетельские показания по делу? Откуда Офису президента спустя несколько часов после случившегося известно, что поджог дома Гонтаревой — это именно «провокация?».
Кстати, что именно в ОПУ вкладывают в понятие «провокация»? У этого слова много значений. Основное – подстрекательство лица или группы лиц к действиям, которые будут иметь для них отрицательные последствия. В Древнем Риме провокацией называлось обращение к народу с жалобой на решение суда. А Большая Советская Энциклопедия определяет провокацию как «предательские действия, совершаемые частными агентами реакционных партий».
Что имел в виду Офис президента, просим пояснить. Гонтарева ли подстрекала своих тайных агентов в Украине поджечь свой дом (а до этого машину невестки)? Или поджог – это обращение Игоря Валерьевича Коломойского к украинскому народу с жалобой на решение суда (американского, швейцарского или английского) по Приватбанку? Или, может быть, третий вариант? Непонятно.
И про какие «соответствующие ведомства» речь, если расследование ведет Нацполиция? Или офис президента имеет в виду, что к следственным действиям должно подключиться ГБР, которое уже выломало ломом двери в квартире Гонтаревой?
Релизом от имени главы государства правоохранителям посылается сигнал, что дело нужно расследовать как «провокацию». Как преступную деятельность унтер-офицерской вдовы, которая сама себя высекла. Ну да, здесь же все очевидно: сначала кинулась под машину на переходе, потом подожгла машину, затем – дом. И все – в рамках провокации.
Можно, конечно, посмеяться над конспирологическими версиями, разгоняемыми тролями по темникам Портнова. Что она сама. Или что так хотят подставить Коломойского (кто же эти смельчаки, вот интересно).
А можно сказать очевидное. Что ход конем по голове – это любимая комбинация Игоря Валерьевича в шахматных играх с оппонентами и контрагентами. Все схемы и стратегии Коломойского – они ведь очень простые, даже примитивные. Чаще всего просто двухходовки.
Поэтому, кстати, Коломойский и начал ходить по форумам и лично двигать тезисный ряд о «его» 60 млрд грн, «которые там лежало» и передаче ему акций «Приватбанка» для «совместного сосуществования».
И не потому, что Коломойский не может придумать что-то более замысловатое. А потому что по-настоящему эффективны всегда очень простые средства. Чем больше переменных, тем больше вероятность сбоев и тем сложнее получить желаемый результат. В вопросах антикризисного менеджмента гордиевых узлов Игорь Валерьевич всегда придерживался старомодной, но действенной концепции использования меча – как инструмента с наибольшим KPI.
Простота и символизм. Нападение на адвоката оппонента с арматурой и ножами, досадное самоубийство опять-таки организатора этого нападения впоследствии. Гробы с венками у офиса оппонентов. Толстые публичные намеки на тонкие обстоятельства: выведем субчиков на свет Божий, привезем Гонтареву в Украину. Внутренний мир – он ведь прорывается наружу, как его ни контролируй.
А вся сложная человеческая деятельность подчиняется нескольким простым инстинктам. И в бизнесе тоже. Например, инстинкту самосохранения. И все эти поджоги и выламывание дверей ломами в сопровождении автоматчиков в бронежилетах – это апелляция именно к этому инстинкту Гонтаревой.
Ведь Коломойский прекрасно понимает, что Великобритания не выдала бы Гонтареву и раньше и без этого криминального цирка, который мы наблюдаем сегодня, а уж тем более не выдаст теперь. И Гонтарева наверняка получит убежище. Тогда зачем? А затем, чтобы обострить Гонтаревой ее инстинкт самосохранения, который, судя по интервью и комментариям экс-главы НБУ в адрес Коломойского и новой украинской власти – как-то притупился. Как-то много, детально и обидно она стала говорить. И поэтому стоит прямо показать ей, что вжух – и ее дома в Украине больше нет, и что иногда лучше молчать.
И дать понять, что это была только первая серия, в которой и машина, и дом – были пустыми. А может быть и вторая, в которой может пострадать не только имущество. Стоит ли и дальше играть в принципиальность?
Напомним, что Гонтарева – это ключевой свидетель против Коломойского в судах по Приватбанку. Который обладает всей полнотой информации. Первоисточник. А эти суды – обязательно будут. И Игорь Валерьевич это хорошо знает. И помнит, как по решению Лондонского суда пришлось выплачивать Григоришину. Тогда речь шла о миллионах долларов. А здесь речь идет о миллиардах. И после этих выплат миллиардер Коломойский может просто закончиться.
А человек, от которого зависит, быть этим выплатам или нет, сидит сейчас в Лондоне, и до него упорно не доходит. Ведь очевидно, что если Коломойский поломает Гонтареву, то не стоит ждать показаний и от других свидетелей, в том числе и чиновников НБУ и Кабмина.
В этой истории теряет больше всех не Гонтарева (разумеется, до тех пор, пока она жива и здорова) и не Коломойский. А президент Зеленский. О планах которого отдать Приватбанк Коломойскому уже прямо пишет Financial times. После избрания Зеленского было много параллелей между ним и Коломойским и Путиным-Березовским. Многие задавались вопросом, когда наступит время отъезда Коломойского в эмиграцию после неминуемых противоречий. Однако при взгляде на происходящее возникает мысль, что если кому-то и придется уехать, то точно не Коломойскому. Потому что президент страны, где один из олигархов устраивает акции террора и запугивания, стремительно теряет свою субъектность – перестает не то что быть, а даже казаться самостоятельной фигурой.
