Сейчас в памяти всплыли воспоминания о 2014 годе, а именно, о зиме и осени 2014. Зимой, когда Майдан дошел до своей кульминации, было несколько моментов, когда логика уже не находила за что зацепиться, чтобы найти аргументы за то, что мы выстоим.
Помню щемящее чувство накануне того самого огненного штурма Майдана, о котором теперь знают во всем мире. В тот день еще никто не мог точно сказать, что будет завтра, но было очень тихо, как перед бурей. И вот автор поднялся к «Мостику влюбленных» над Парковой аллеей и обнаружил там небольшую баррикаду с нашими, на нашей стороне. Они готовили какую-то пищу и просто наслаждались выпавшим затишьем.
Деревянное покрытие моста уже сгорело и потому видневшиеся на противоположной стороне группки бойцов ВВ, не внушали особого беспокойства. Быстро и большим количеством через мост было пройти не реально. Тогда я подошел к парням и спросил:
Вопрос на несколько секунд повис в воздухе, а потом мужчина в годах ответил за всех:
– Не боимся. Мы устали бояться. Теперь – все.
А на завтра был тот самый ад на Майдане. Что стало с теми парнями – не известно. Вот такое было щемящее чувство, которое не находило выхода в логических конструкциях, которые показали бы путь к победе.
Но не этот день и даже не штурм Майдана оказался самым тревожным, когда казалось – все, теперь уже не выстоим. Это случилось тогда, когда по ТВ были показаны кадры выдвижения на ЖД станцию десантных подразделений где-то под Днепропетровском. Они грузились на платформы с техникой. Ясно, что пункт назначения для них был Киев. Это был самый тяжелый момент. Но как мы знаем, они не доехали до Киева, поскольку тут все уже было кончено и Янукович сбежал.
В общем, тогда возникло ощущение, что на наших глазах произошло чудо и мы вывернулись в абсолютно проигрышной ситуации. Второй момент был в конце лета-начале осени, когда через границу пошли регулярные войска РФ. Именно регулярные, не рейдовые группы спецназа или что-то подобное, а регулярные войска. Это тем, кто никогда не имел отношения к армии, все выглядело жутковато, но где-то далеко. Те же, кто служил в армии, понимает, что просто так войска двинуться не могут. Значит, им отдан приказ в рамках разработанной операции. А эта операция предполагает вполне конкретный расклад сил и средств, которые обеспечивают действия основной ударной группировки. Это значит, что их обязаны прикрыть с воздуха системы ПВО, должна быть развернута авиационная группировка и так далее.
В общем, тогда было понятно, что Москва решилась проститься со своим «гибридом» и действовать уже открыто, а это значит, что война буквально за часы долетит до городов основной части Украины, поскольку это – обязательная часть плана военной операции, а тем более – операции вторжения.
Вот тогда действительно стало понятно, что надо готовиться к уличным боям и делать это надо очень быстро. Опять логика не находила никаких аргументов за то, что удастся это остановить или даже отбросить противника. К тому времени автор уже представлял о том, что в такой скоротечной войне Украина просто не сможет отмобилизоваться и выставить адекватные силы для обороны. Более того, было понятно, что и резервов особых у нас нет.
И те не менее, это был второй момент, когда против всех логических заключений и выводов Украина устояла. Тогда возникло ощущение того, что в последний момент на нашу сторону становится кто-то еще. Кто-то невидимый, незаметный и чаша весов склоняется в нашу пользу.
Думаю, что наше упорство было причиной того, что у нас возникал тот самый невидимый союзник. Но я прекрасно помню те ощущения безысходности и обрушения всей логики, которая давала надежду на победу, как в первом, так и во втором случае.
Но мы выстояли. Выстоим и сейчас. Тем более, что расклады сейчас не такие мрачные как были. Выдохнули, собрались и готовимся к решающему голосованию!
