Спустя три года после аннексии Крыма и введения санкций против Москвы за нападение на Украину из России поступают противоречивые сигналы о состоянии ее экономики. Многие факторы, однако, указывают на то, что близится серьезный обвал, за которым последуют дальнейшие потрясения.
Продажа нефти обеспечивает России 26% валютных поступлений. По подсчетам Московского центра Карнеги, федеральный бюджет, если учесть прямые и косвенные факторы, на 84% обеспечивается доходами от экспорта нефти.
Три пути к стагнации
Российский бюджет этого года рассчитан исходя из того, что нефть марки Urals будет стоить около 40 долларов за баррель. В начале года за нее платили на полтора десятка долларов больше.
Центральный банк России в своем последнем докладе на тему денежно-кредитной политики указал, что такой тренд сохранится как минимум до конца первого полугодия текущего года. Одновременно подчеркивалось, что если США будут наращивать добычу, а Ливия и Нигерия возобновят поставки на мировые рынки, объем предложения возрастет, а цены в связи с этим снизятся. При этом слабый рост спроса не сможет компенсировать факторов, которые снижают цену.
Аналитики ЦБ представили три сценария развития экономической ситуации в стране в зависимости от уровня цен на нефть. Базовый сценарий предполагает, что котировки Urals до конца первого полугодия будут удерживаться на уровне 50 долларов за баррель, а потом к концу года постепенно снизятся до 40 долларов. Эта цена сохранится в 2018-2019 годах. В такой ситуации среднегодовая инфляция в 2017-2019 годах составит 4%, а рост ВВП — 1-1,5% в год.
Доклад не дает неожиданных прогнозов относительно экспорта: в текущем году его рост составит 2-2,5%, а в следующие годы приостановится (представленную в документе цифру в 0,5-1% в год сложно интерпретировать иначе). Зато Россия сохранит статус крупнейшего импортера. В этом году объем импорта, согласно прогнозу, вырастет на 9%, а в дальнейшем будет расти на 3-3,5% в год.
Здание Центрального банка РФ на Неглинной улице в Москве
При оптимистичном варианте развития событий среднегодовая цена нефти марки Urals в 2017 году составит 55 долларов за баррель, а в следующем — 60 долларов и удержится на этой отметке в следующие годы. В результате оживления инвестиционного и потребительского спроса в 2017-2018 годах показатели экономического роста превысят значения, предусмотренные базовым сценарием.
Однако уже в 2019 году рост прекратится. Импульс к развитию не окажется сильным из-за отсутствия прочного фундамента.
Сценарий, который Центральный банк назвал рискованным, предполагает, что цена нефти снизится до 25 долларов и останется на этом уровне в ближайшие годы из-за экономического спада в Китае. Рост российской экономики будет колебаться около нулевой отметки, а в следующих годах ее ожидает рецессия.
В этих условиях наличие соглашения стран-экспортеров нефти не будет играть существенной роли, а импульсы, способствующие сохранению этого соглашения, будут очень слабы. Ухудшение условий торговли приведет к тому, что доходы уменьшатся, а внешние инвесторы и участники внутреннего рынка пересмотрят свои прогнозы относительно перспектив России. Это, в свою очередь, как предсказывают аналитики ЦБ, будет способствовать оттоку капитала и осложнит для российских компаний и финансовых институтов обслуживание внешнего долга.
Если внимательно взглянуть на все три варианта развития событий, можно сказать, что на самом деле это сценарии стагнации. Даже в самой оптимистичной версии экономический рост нельзя назвать иначе как «косметическим».
Санкции играют свою роль
Согласно обнародованным Кремлем данным, в 2014-2017 годах из-за санкций, связанных с аннексией Крыма и военной операцией в Донбассе, Россия потеряла от 170 до 250 миллиардов долларов. Государственный департамент США в феврале этого года опубликовал доклад, в котором анализируется, как введенные в 2014 году западные санкции повлияли на российскую экономику.
Санкции, охват которых был ограничен людьми из ближайшего окружения Владимира Путина и их фирмами, оказали негативное воздействие на попавшие под них субъекты хозяйственной деятельности, банки, компании энергетического и военно-промышленного сектора, однако не нанесли удара по фундаменту российской экономики. Авторы доклада — заместитель главного экономиста Госдепартамента Дэниел Ан (Daniel Ahn) и профессор Родни Людема (Rodney Ludema) из Джорджтаунского университета — полагают, что ее плачевное состояние связано в первую очередь со снижением нефтяных цен на мировых рынках.
На самом деле санкции лишь несколько ускорили завершение процесса, который продолжался несколько последних лет. Источник современной дестабилизации и грядущих проблем кроется в том, что Россия, сделав своей опорой экспорт нефти и газа, «проедала» свои гигантские доходы, а не занималась разумными инвестициями.
Масштабы «дыр» российского бюджета и слабости российской экономики лучше всего демонстрирует финансовое положение оккупированного Крыма. В момент аннексии полуострова весной 2014 года Кремль обещал его жителям золотые горы, рассказывая о «сакральном» значении Крыма и его обитателей для России. Из Москвы на развитие региона должны были придти миллиарды долларов.
Между тем, в конце марта российские оккупационные власти Крыма объявили о сокращении регионального бюджета на 1,55 миллиарда рублей по сравнению с и без того сильно урезанными финансовыми планами на этот год. Это эффект уменьшения поступлений по федеральной целевой программе. Как сообщила министр финансов аннексированного Крыма Ирина Кивико, объем средств, предназначенных на программу развития Крыма и Севастополя до 2020 года, в Кремль решили сократить.
Нефти уже не будет?
Между тем, как следует из сообщений, поступающих из российского правительства, в скором будущем Россия может лишиться одного из своих основных источников доходов — добычи и экспорта нефти. По данным министра природных ресурсов и экологии Сергея Донского, россияне используют практически все готовые для разработки месторождения, в резерве остается лишь 6%. В интервью «Российской газете» он отметил, что без новых месторождений объем добычи снизится уже к 2020 году. «Вырастет доля трудноизвлекаемой нефти, серьезно ухудшится экономика проектов», — отметил он.
Из действующих месторождений россияне уже выкачали все, что можно. Вдобавок, стараясь компенсировать низкие цены, Россия довела объем добычи до уровня, превышающего рекордные показатели конца 1980-х (сейчас объем добычи доходит до 11,2 миллиона баррелей в сутки). Одновременно россияне перестали инвестировать в геологоразведку и подготовку новых месторождений к эксплуатации.
Предприятие ООО РН-Пурнефтегаз в Ямало-Ненецком автономном округе
Поисково-разведочные работы практически приостановлены. С одной стороны, это эффект санкций, ограничивших возможность покупать необходимое для них оборудование, а с другой — беспечности, с которой путинская команда относилась к экономике. «Ничего не осталось. Фонд открытых месторождений исчерпан», — объяснял на встрече с Владимиром Путиным глава Федерального агентства по недропользованию (более известного под названием Роснедра) Евгений Киселев.
По данным этого агентства, поддерживать уровень добычи на современном уровне Россия сможет лишь в ближайшие несколько лет. 70% российских запасов нефти сосредоточены в Арктике и других труднодоступных районах, где ее себестоимость колеблется от 70 до 150 долларов за баррель. Кроме того, российские компании не располагают технологиями, позволяющими разрабатывать арктические месторождения. В итоге получается, что этой нефти, по сути, нет.
Пик добычи, как полагает аналитик консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин, придется на 2020-2022 год, а в 2035 году ее объемы составят лишь 50% от сегодняшних показателей. Такое количество сырья России требуется на удовлетворение собственных нужд, так что, если до того времени ничего не изменится, она окончательно покинет клуб экспортеров и лишится одного из основных источников доходов.
«Если удастся избежать катастрофических сценариев, связанных с ошибками руководства или внешними факторами, у России есть экономический запас прочности на срок от шести до десяти лет и более. Затем вопрос будет стоять о необходимости срочных решительных изменений для сохранения целостности и управляемости страны», — указывают эксперты Московского центра Карнеги в докладе на тему состояния российской экономики, опубликованном в конце 2016 года.
Реформы отложены в долгий ящик
О том, что стране нужны основательные реформы, в России говорят уже давно, однако, до сих пор ничем конкретным это не обернулось. Российское рейтинговое агентство (АКРА) составило список ждущих своего претворения в жизнь проектов, оценивая их влияние на экономическую ситуацию.
Налоговая реформа позволила бы снизить уровень теневой занятости, увеличить конкурентоспособность экспортеров, снизить нагрузку на регионы. Среди возможных побочных эффектов АКРА называет краткосрочный рост инфляции и связанное с ней повышение процентных ставок, а также увеличение налоговой нагрузки на высокооплачиваемых работников и рост зависимости Пенсионного фонда от бюджета.
Следующая из реформ, ждущих своего часа, это либерализация рынка энергетики, направленная на преодоление недофинансирования инфраструктуры и увеличение инвестиционной привлекательности сектора. Негативным эффектом может стать значительное повышение цен для потребителей, которые привыкли к стабильным низким тарифам, а в итоге — рост инфляционных ожиданий.
Внедрение «индивидуального пенсионного капитала» позволит уменьшить объем средств, поступающих из государственного бюджета в Пенсионный фонд, и будет способствовать развитию накопительной системы. Негативным последствием реформы может стать снижение чистого дохода россиян, которым придется платить дополнительные взносы, в первую очередь — социально уязвимых групп населения.
Реформы официально отложены до 2019 года, однако АКРА предполагает, что реально к ним приступят не раньше 2020 года. «Несмотря на ожидаемые в долгосрочном периоде объективно положительные эффекты, реформы в момент начала проведения могут ассоциироваться с ростом регулятивной нагрузки, что потенциально снижает их успешность», — констатируют аналитики.
Сильные потрясения — все ближе
Призрак катастрофы все явственнее витает над кремлевской командой, а путей решения тех проблем, к которым привел Россию Владимир Путин, не видно.
Западные страны, нетерпеливо ожидающие возможности вновь вести дела с Москвой, мало в чем смогут ей помочь, поскольку катастрофа, на грани которой стоит страна, проистекает из системных проблем.
Экономические сложности все сильнее отражаются на ситуации в обществе. В борьбе, как говорят в России, телевизора (то есть идеологической промывки мозгов граждан) с холодильником, то есть уровнем материального благосостояния, последний начинает брать верх, тем более что эйфория, связанная с нападением на Украину и аннексией Крыма, которую подпитывала кремлевская пропаганда, постепенно сходит на нет.
«Власть проспала начавшийся кардинальный сдвиг общественного сознания. Пропаганда перестала выступать компенсирующим фактором. Впереди много сюрпризов. Начавшаяся трансформация массового сознания необратима и будет ускоряться», — так оценивает перспективы развития ситуации в стране профессор МГИМО Валерий Соловей.
Антикоррупционный митинг в Москве
Пока очи Запада были прикованы к антикоррупционным митингам, которые организовал в Москве и других крупных городах Алексей Навальный, через Россию прокатилась волна протестов дальнобойщиков против повышения дорожных сборов в рамках введенной в 2015 году системы «Платон».
Многие комментаторы на востоке считают и Алексея Навального, и Михаила Ходорковского вошедшими в сговор с Кремлем оппозиционерами, которым позволили упорядочить царящие в народе настроения. Это предположение, впрочем, подтверждают факты. Протесты были направлены против коррупции и премьер-министра Дмитрия Медведева, при этом имя главного кремлевского игрока, Путина, практически не звучало. Между тем, в опросе, который в начале марта провел «Левада-центр», 67% россиян сказали, что ответственность за финансовые злоупотребления во властных верхах и разгул коррупции несет президент.
Стихийное движение предпринимателей, которые протестуют против системы, не подвластно правительству и демонстрирует, как россияне на самом деле оценивают экономическую ситуацию в стране. Неудивительно, что участники акций, организаторами которых выступали «официальные» оппозиционеры, встретились с довольно мягкой по кремлевским меркам реакцией: их несколько часов продержали в полицейских участках. Тем временем, против другой группы недовольных, как это было в конце марта в Дагестане, власть выставила колонны танков и бронетранспортеров.
Именно их власть считает реальной угрозой, а их протестные акции обращены к сути проблемы. Именно их выступления, а не картинки из Москвы красноречивее всего свидетельствуют о том, в каком состоянии находится российская экономика. Поэтому следует быть готовыми к самым мрачным сценариям и помнить, что в прошлый раз, когда доверие россиян к их властям пошатнулось, а холодильник начал все увереннее выигрывать в битве с телевизором, Путин развязал войну против Украины.
Михал Козак, interia.pl
