Расследование катастрофы на арсенале в Ичне показывает, что на складе действует российский агент

205

9 октября 2018 года серия взрывов разнесла на куски 6-й арсенал ВСУ в Ичне — и спустя сутки одна из крупнейших баз хранения боеприпасов Украины перестала существовать. 

Арсенал в Ичне стал третьим по счету складом боеприпасов стратегического значения в Украине из шести действовавших, все три были взорваны на протяжении последних 19 месяцев. Обороноспособность нашей страны под угрозой, поскольку боеприпасы являются ключевым элементом систем вооружений ВСУ, и противник продолжает их целенаправленное уничтожение. ZN.UA получила оперативную информацию о ходе расследования, которая значительно отличается от предварительных оценок, озвученных на заседании СНБО 9 октября. Что произошло, кто виноват и что делать?

Значение арсенала в Ичне

На 6-м арсенале хранилось 69 тысяч тонн боеприпасов — после взрывов уцелело всего 4 защищенных бетонированных укрытия, потери боеприпасов составляют около 95%.

ZN.UA получило данные о номенклатуре хранения боеприпасов на базе, большинство их уничтожено, к сожалению, погибло много ценных видов снарядов, которые очень дорого стоят на мировом рынке.

Ичня

Итак, на базе хранилось:

20 тысяч 152 мм гаубичных снарядов для САУ «Акация»;

9 тысяч снарядов 152 мм гаубичных для САУ «Мста-С»;

1300 203 мм гаубичных снарядов для САУ «Пион»;

5500 122 мм гаубичных снарядов для САУ «Гвоздика»

567 тысяч 82 мм минометных мин;

335 тысяч 120 мм минометных мин (Ичня была одним из основных мест их хранения);

34 тысячи минометных мин САО «Нона»;

3 тысячи реактивных снарядов 220 мм БМ-27 «Ураган»;

22 тысячи танковых снарядов 125 мм;

117 тысяч 122 мм реактивных снарядов БМ-21 «Град»;

76 тысяч 122 мм реактивных снарядов 9А51 «Прима» (РСЗО была принята на вооружение СССР в 1988 году, но широкого распространения не получила, на вооружении ВСУ этих РСЗО нет);

175 тысяч 30 мм зенитных снарядов для ЗСУ «Тунгуска»;

150 тысяч 23 мм снарядов для ЗСУ-23 «Шилка»;

1 миллион 176 тысяч 30 мм снарядов для БМП-2 (Ичня была одним из основных мест хранения этих снарядов);

700 тысяч ручных гранат;

537 миллионов автоматных патронов 5,45 мм;

148 миллионов автоматных патронов 7,62 мм.

Также были подорваны и другие виды боеприпасов к другим системам вооружений, которые находились на базе в малых количествах, например, мины к 240 мм самоходным минометам «Тюльпан», которых нет на вооружении ВСУ.

Закупка таких боеприпасов за рубежом по ценам мирового рынка обойдется в сотни миллионов долларов. Восполнить потери такого масштаба в ближайшее время не удастся, поскольку это требует колоссальных расходов. Много это или мало — взрыв примерно 70 тысяч тонн боеприпасов для Украины? Стоимость одного 152-мм гаубичного снаряда на мировом рынке — порядка 2—3 тыс. долл. Для сравнения: за все время войны на всех участках фронта и на всех военных маневрах ВСУ израсходовало примерно 70 тысяч тонн боеприпасов всех видов. То есть на запасах Ични армия могла бы еще долгие годы выполнять многие виды боевой подготовки и боевых задач на фронте.

Причины и обстоятельства взрыва, организация охраны

На данный момент фактически установленные обстоятельства катастрофы значительно отличаются от предварительно озвученного руководством страны на заседании СНБО по горячим следам 9 октября. Есть серьезные основания считать, что (так же, как и в случаях со Сватово, Балаклеей и Калиновкой), речь идет о диверсии, но как именно она была осуществлена, пока изучается.

Итак:

1. В 3.25 посты охраны доложили о двух взрывах на площадке хранения №133, где были складированы 122 мм реактивные снаряды М-21 «Град» с осколочно-фугасными, осветительными и зажигательными боевыми частями. В ходе пожара и последующей детонации сработали стартовые и маршевые двигатели «Градов», начался разлет реактивных снарядов по базе, в результате чего были поражены и взорвались все площадки хранения, кроме четырех бетонированных укрытий. Информация о заложенных минах на различных площадках хранения, и о серии одновременных взрывов, которую изначально озвучил президент, оказалась неточной. Взрыв произошел на одной площадке.

2. Попытка потушить пожар наличными средствами, даже с использованием пожарного танка, была неэффективной, поскольку разлет реактивных снарядов сделал невозможным борьбу с катастрофой.

3. Личный состав базы укрылся согласно инструкции, пострадавших нет. Благодаря принятию мер безопасности на арсенале разлет боеприпасов в населенном пункте оказался минимальным, по сравнению с огромным масштабом катастрофы, и человеческих жертв удалось избежать.

4. 6-й арсенал считался одной из самых защищенных баз хранения боеприпасов ВСУ. Периметр охраны базы — 8 километров 200 метров. Хотя арсенал находится в лесном массиве, периметр базы оборудован широкой контрольно-следовой полосой, а также двойным-тройным рядом ограждения. Периметр освещался ночью.

5. Охрану в момент взрыва обеспечивали 17 сотрудников военизированной охраны, а также 53 военнослужащих. По данным ZN.UA, министр обороны неточно указал число бойцов охраны в момент взрыва. На шести постах ночью находились усиленные караулы — по одному «вохровцу» и по четыре военнослужащих. Итого тридцать охранников на периметре. При этом дежурная смена на отдыхе, начальник охраны, разводящий, два расчета зенитных установок ЗУ-23. Плюс дополнительно к силам охраны вокруг базы были развернуты четыре группы по три бойца в секретах, на случай вероятных действий противника в окрестностях. Общая численность охраны на территории базы, на охраняемом периметре и в окрестностях базы составляла 82 человека, сообщают источники.

6. Взрывы начались на площадке №133, именно на ней хранились реактивные снаряды — самый опасный вид боеприпасов в плане безопасности арсеналов, который дает разлет и детонацию на большой площади. Боеприпасы с площадки №133 как раз в эти дни вывозились из арсенала, на площадке шли работы по вывозу, часть ракет была уже перегружена в вагон. Еще месяц — и площадка стала бы пустой. Вокруг площадки №133 другие площадки уже были вывезены и стояли пустыми.

7. Часть навеса над площадкой №133 была разобрана в ходе вывоза. Однако площадка была обвалована, и большая часть боеприпасов оставалась укрытой навесом. Для борьбы с беспилотниками на базе применялась станция радиоэлектронной борьбы «Нота», которая, по данным следствия, дежурила той ночью и была исправна. Также дежурили расчеты зенитных установок ЗУ-23.

8. Площадка №133 была самой ближней к дороге, открытой для обычного автотранспорта, примерно в 25 метрах от забора. В этом месте забор тройной. Контрольно-следовая полоса в этом месте хорошо просматривается с двух постов охраны.

Что было и что не было сделано для защиты базы по сравнению с катастрофой в Калиновке?

Было бы несправедливо написать, что армия полностью бездействовала. Взрыв в Калиновке в 2017-м показал убийственную картину безответственности и халатности. В Калиновку мог зайти не только диверсант, но и любой случайный человек, не было самой минимально необходимой охраны и контроля, не было периметра охраны как такового. За время войны и после взрывов в Балаклее и Калиновке для предупреждения взрыва базы в Ичне были предприняты следующие меры:

1. Начато рассредоточение боеприпасов и вывоз в новые места хранения. Из 127 тысяч тонн боеприпасов в 2014 году на арсенале осталось 69 тысяч тонн, вывоз боеприпасов продолжался.

2. Большая часть действующих площадок хранения были обвалованы и укрыты сверху навесами.

3. Реактивные снаряды развернуты боеголовками в сторону от населенного пункта.

4. Расширена контрольно-следовая полоса, улучшено освещение.

5. Проведены противодиверсионные учения, посты охранения усилены.

6. Развернута система РЭБ и ЗУ-23 для борьбы с беспилотниками.

7. Придана новая противопожарная техника.

Что не было сделано, и какие были проблемы в организации защиты базы?

1. Численность охраны была недостаточной. Часть личного состава арсенала в Ичне прикомандировывали и продолжают прикомандировывать в настоящее время к другим воинским частям, что не позволяет применять для разгрузки арсенала и его охраны всех заявленных по списку людей. Нагрузка на охрану и такелажников высокая, подразделения не укомплектованы, огромная нехватка личного состава. Это же было и одной из причин катастрофы в Калиновке — выводы не сделаны.

2. На территории базы вообще отсутствует какая-либо система видеонаблюдения. Поразительно, но несмотря на многочисленные требования после катастрофы в Калиновке поставить систему видеонаблюдения, за год даже самые простые видеокамеры не установлены. Никаких средств объективного контроля для оперативного принятия решений нет. В результате следователи изучают характер взрыва на площадке №133 по аудиозаписи… домофона частного дома в Ичне, который передал местный житель! Странно, что несмотря на выделение 6-му арсеналу в 2018-м 13 млн гривен, средства не были направлены первым делом на видеонаблюдение. Учитывая острую нехватку людей на арсенале, большую нагрузку, обустраивать арсенал следовало именно с установки видеоконтроля. Ну можно было бы хотя бы к волонтерам обратиться, уж ради спасения склада страна бы сбросилась, это же все очень недорого!

3. Не были предприняты достаточные меры для того, чтобы обеспечить безопасность арсенала от детонации реактивных снарядов. Опыт Балаклеи и Калиновки говорил, что именно разлет ракет является главным фактором, обеспечивающим поражение и детонацию на всей площади арсенала и не позволяющим личному составу вести борьбу за живучесть и гасить пожары. За год следовало переместить ракеты в защищенные бункеры, вывезти их в другие, более безопасные хранилища. Этого не было сделано, а противник больше не дал времени. Даже в уцелевших бункерах в Ичне хранились не ракеты, а инженерные боеприпасы. За целый год не были предприняты многие элементарные меры — по усилению защищенности арсеналов. Подрыв любых других видов боеприпасов не привел бы к детонации всего арсенала, потери были бы минимальными.

4. Система ПВО арсенала, учитывая близость базы к границе с РФ, была неэффективной, и полноценной защиты от атаки беспилотника не обеспечивала. Зенитные установки ЗУ-23 могли вести огонь только по заметным днем в простых условиях целям, радиолокационного наведения у них нет. Система РЭБ «Нота» может ставить помехи только в случае обнаружения охраной беспилотника с помощью ушей и глаз — радиолокационного контроля маловысотных целей над базой не было. Поэтому защита с воздуха была весьма условной, и могла обеспечивать защиту только от самых примитивных средств воздушного нападения.

Как был взорван арсенал?

Сказать что-то определенное нельзя, поскольку средства объективного контроля на арсенале вообще отсутствовали, и картину можно восстановить только на основании слов охранников. Личный состав поста охраны, находившегося вблизи площадки №133, не мог наблюдать и видеть происходящее на ней. Поэтому какие события предшествовали взрыву — неизвестно. Была ли это мина замедленного действия? Или кто-то сумел инициировать запуск стартового двигателя реактивного снаряда? Или это был поджог? Или сброс бомбы с беспилотника?

Сейчас над этими вопросами бьются судебные эксперты, ведь от этого зависит ход следствия. В любом случае, на основании имеющейся информации, можно утверждать, что именно диверсия стала причиной гибели арсенала №6. Отрабатываются три версии.

1. Беспилотник. Версия атаки с беспилотника, на которой настаивает ряд военных и которую на СНБО также выдвинул глава Государственной пограничной службы, представляется в данном случае очень сложной для исполнения. Во-первых, не услышать в тихую безветренную ночь звук беспилотника довольно сложно, объект атаки находился недалеко от поста охраны, на котором было пять человек. Во-вторых, боеприпас должен быть направлен с очень высокой точностью — ведь рядом пустые площадки, легко промахнуться, площадка №133 крытая, разобрана только часть крыши, необходимо очень точное целеуказание. В-третьих, чтобы вызвать детонацию и воспламенение ракетного топлива, бомба должна быть очень мощной, а значит —беспилотник должен быть большим, то есть вероятность его обнаружения высока. В-четвертых, если бы была применена управляемая ракета, то звук и след пуска были бы хорошо заметны.

2. Диверсионная группа. В августе 2018-го на базе были проведены противодиверсионные учения. Группа спецназа ВСУ получила учебное задание организовать условную диверсию на базе. Группа успешно выполнила задачу — вследствие халатной организации охраны спецназовцы не были обнаружены, в реальных условиях склад был бы уничтожен. По результатам проверки был снят с должности и уволен из ВСУ командир базы. Насколько эффективной стала охрана после смены командира базы? Были ли устранены те бреши в обороне, которые использовал спецназ ВСУ? Вероятность атаки на базу диверсантов вполне вероятна. Об этом говорят источники ZN.UA в украинских спецслужбах.

О вероятных диверсантах говорят и представители прокуратуры — сообщается о телефонном звонке близ места взрыва, о наблюдении двух неизвестных в камуфляжной форме накануне взрыва у базы, и о неизвестном, который был обнаружен непосредственно перед взрывом с фонариком в лесопосадке у периметра базы.

Неизвестные люди в камуфляже вполне могли быть местными жителями, в запретную зону они не заходили, оснований для их задержания, проверки документов не было, это было за несколько дней до взрыва. Движение по дорогам вокруг арсенала обычных граждан было довольно оживленным.

Действительно, незадолго перед взрывом бдительный часовой одного из постов сообщил, что, предположительно, видел силуэт человека с фонариком недалеко от охранного периметра. Однако дежурный принял решение не высылать группу для проверки. Честно говоря, вероятность того, что настоящие диверсанты ходили бы вокруг освещенного периметра охраны с фонариками, невелика. Однако любой сигнал требует проверки. Очевидно, дежурный решил не беспокоить и не поднимать тревожную группу — ведь людей в охране не хватает, лишний раз беспокоить не хочется. А точных данных, что часовой видит именно человека и что ему не причудилось, все-таки не было. Что это было, теперь уже не разобраться.

По данным ZN.UA, телефонный звонок с телефона с так называемым «нулевым IMEI-кодом» был, но все-таки не во время взрыва. Владельцем телефона, предположительно, является местный житель.

Эта версия сейчас проверяется. В случае, если на площадке №133 был осуществлен поджог с целью воспламенить реактивные снаряды, телефон мог использоваться для проведения диверсии. Пожар мог быть инициирован за несколько часов, обнаружить, что внутри штабелей на площадке что-то горит, часовые на периметре не могли.

3. Диверсия осуществлена кем-то из персонала базы.Следствие считает эту версию весьма вероятной. Как минимум, противник был хорошо информирован о положении дел на арсенале. 5 октября на площадке №133 проводились погрузочные работы — часть ракет вывезли в грузовой вагон на железнодорожную ветку. Часть сотрудников базы находилась на площадке. Неизвестно, конечно, кто еще мог иметь к ней доступ. И вот незадолго до полной разгрузки именно здесь происходит взрыв. Это очень похоже на взрыв на арсенале в Калиновке. Там также взрывы начались на площадке хранения БМ-21 «Град», которые воспламенились и разлет уничтожил базу. Однако сценарий Ични сложнее. Площадка с «Градами» в Калиновке была полностью открыта, она не использовалась, ракеты много лет никто не трогал, там можно было действовать тихо и незаметно. Площадка №133, напротив, как раз накануне взрыва разгружалась, там была активность, и площадка была оборудована, по сравнению с хранением ракет навалом. То есть порядок хранения контролировался, вероятность обнаружения взрывного устройства и самого диверсанта была велика. И тем не менее, возгорание произошло именно здесь. Диверсию, вероятно, осуществил тот, кто был хорошо знаком с ситуацией на базе и получал оперативную информацию.

Кто виноват?

Я пишу о взрывах складов боеприпасов с 2003-го, и каждый раз основной причиной взрыва следует назвать одно — тотальная безответственность власти. А диверсанты или халатность при этом — лишь следствие этой безответственности. К сожалению, по сравнению с 2003-м сейчас страх быть привлеченным к ответственности у генералов отсутствует вовсе. Руководство страны, и прежде всего Верховный главнокомандующий, при планировании, оценке реальной боеспособности, управленческих решений и контроля исполнения, зачастую руководствуется самообманом и занимается очковтирательством. Общество системно дезинформируется о причинах взрывов складов и ответственности должностных лиц за эти катастрофы.

В октябре 2003-го впервые взорвались склады в Бахмуте (тогда — Артемовске), было проведено расследование, организована инспекция арсеналов и баз. Когда в мае 2004-го взлетели на воздух огромные склады в Новобогдановке, и выяснилось, что причиной взрыва вновь оказалась халатность, президент Кучма немедленно уволил начальника Генерального штаба Александра Затынайко и командующего сухопутными войсками Петра Шуляка. Их не судили, генералы у нас не привыкли отвечать за катастрофы, но они потеряли свои должности. В этом была логика, ведь потеря стратегических складов — это катастрофа для обороноспособности. Все решения по обеспечению безопасности арсеналов и складов хранения боеприпасов в полном объеме наработаны еще до войны, проблема прекрасно изучена, и то, что мы продолжаем нести такие огромные потери боеприпасов, — результат, как минимум, служебной халатности высших должностных лиц.

ичня

Michael Ku / Facebook

Начиная с 2015-го, в Украине произошло шесть взрывов складов боеприпасов:

1. 29 октября 2015-го — взрыв склада сектора АТО в Сватово. Уничтожено 3500 т боеприпасов. Причина — диверсия противника.

2. 23 марта 2017-го — взрыв крупнейшего в Украине арсенала в Балаклее. Уничтожено около 100 тыс. т боеприпасов. Причина — диверсия противника.

3. 22 сентября 2017-го — взрыв склада боеприпасов 56-й мотопехотной бригады в поселке Новоянисоль. Причина — халатность. Местные жители подожгли траву, но из-за отсутствия охраны склада возгорания никто не заметил, огонь приблизился к боеприпасам.

4. 26 сентября 2017-го — взрыв одного из крупнейших арсеналов в Калиновке. Уничтожено 39 тыс. т боеприпасов. Причина — диверсия противника.

5. 25 мая 2018-го — взрыв склада 92-й механизированной бригады в Старой Николаевке. Причина — артиллерийский обстрел противника. Склад длительное время находился в зоне действия артиллерии противника, вблизи крупного села, и о его значении и существовании были прекрасно осведомлены местные жители в округе.

6. 9 октября 2018-го — взрыв одного из крупнейших складов боеприпасов в Ичне. Уничтожено около 65 тыс. т боеприпасов. Причина — диверсия противника.

Балаклея, Калиновка и Ичня — три из шести крупнейших украинских арсеналов взорваны один за другим. За полтора года Украина потеряла примерно 40% всех запасов боеприпасов.

Более 210 тыс. т боеприпасов всех типов (начиная от пистолетных патронов и заканчивая баллистическими ракетами «Точка-У») взлетело на воздух.

Для сравнения — за пять лет войны и всевозможных учений и маневров Вооруженные силы потратили примерно до 70 тыс. т боеприпасов. То есть наши потери на взорванных складах в три раза превышают расходы на боеприпасы за время войны в течение пяти лет.

Министр обороны Степан Полторак на заседании СНБО 10 октября заявил, что виновные привлекаются к ответственности, и что за взрывы был уволен заместитель начальника Генштаба, и десятки других военнослужащих. Эта информация не точна, и с другой стороны — показательна. За взрыв штаба сектора «А» в Сватово был уволен заместитель начальника Генерального штаба Владимир Хыжий. Но это как раз пример, который говорит не об ответственности, а о безответственности.

Дело в том, что Хыжий никакого отношения к сохранности склада в Сватово вообще не имел. За сохранность боеприпасов непосредственно отвечает начальник вооружения ВСУ, заместитель начальника Генштаба генерал-лейтенант Николай Шевцов, а также начальник Генштаба Виктор Муженко как главнокомандующий ВСУ. Также следовало привлечь к ответственности за тяжелые потери двух батарей реактивной артиллерии БМ-27 «Ураган» и БМ-30 «Смерч», которые начальник артиллерии ВСУ Горбылев загнал на территорию склада в Сватово, и которые были уничтожены взрывом.

Сватово — очень показательный пример, как назначают непричастных людей виновными, и почему в управлении ВСУ кадровый беспорядок и безответственность процветают. За сохранность склада сектора в Сватово отвечает непосредственно командование сектора «А» — в то время генерал Павлов. Но вместо привлечения к ответственности тех, кто действительно отвечает за взрыв, уволили непричастного к этим событиям вообще зама НГШ. И уволили по другой причине: потому что Хыжий не устраивал министра обороны и его советника Бирюкова. Он отвечал за логистику и обеспечение ВСУ, а на таком посту в нашей армии востребованы люди, которые просто ставят подписи. Думать там и задавать вопросы начальству нельзя, можно легко потерять должность, что и показали армии на примере Хыжого. Взрыв в Сватово был предлогом для сведения счетов, а сейчас, когда власть поделена окончательно, за взрывы других складов увольнять никого не станут — ведь везде свои, лояльные люди! В качестве козлов отпущения определили и группу офицеров ракетно-артиллерийского управления Генштаба, которые также непосредственного отношения к безопасности склада в Сватово не имели. Ни Шевцов, ни Муженко, ни командование сектора «А» (Павлов) к какой-либо ответственности вообще не привлекались.

После Сватово Муженко и Шевцов на своих должностях спокойно пережили шесть взрывов складов, включая три арсенала стратегического значения, спокойно пережили потерю большей части всех запасов боеприпасов в стране.

Но теперь почему-то не увольняют никого. Странно — за склад сектора уволили якобы заместителя НГШ, а почему же никого не увольняют за ТРИ стратегических арсенала? Ясное дело, потому что увольнять надо Муженко, а этого Порошенко перед выборами не сделает, даже если взлетит на воздух остаток боеприпасов. Армией должен руководить тот, кто зависит и обязан всем президенту, тот, кто должен быть уверен — что бы ты ни натворил, какую бы беду ни принес, тебя все равно не уволят, если ты выполняешь любые, даже самые противоречивые и нелепые команды президента.

Под суд в каждом случае отправляют начальников взорванного склада, но в каждом случае их оправдывают, и если честно — справедливо. Потому что начальники арсеналов тасуются как колода, в этой чехарде наладить работу и отвечать за результат никто не может. Много начальников, куча противоречивых решений, и начальник арсенала в этих условиях просто «стрелочник», который должен принимать на себя ответственность за царящий наверху хаос. Вот почему никто не хочет идти на службу начальника арсенала, как отметил министр обороны Степан Полторак.

Порошенко позволяет руководителям, которые непосредственно отвечают за безопасность арсенала, спокойно уклоняться от всякой ответственности. Муженко позволил себе вообще не явиться на заседание СНБО под предлогом, что он якобы лично возглавляет тушение пожара. То есть все уже взорвалось, но управлять работой двух пожарных танков должен не кто иной, как лично главнокомандующий ВСУ, генерал армии! Но почему, в таком случае, на заседание СНБО не был делегирован заместитель начальника Генштаба Шевцов? Ведь безопасность арсеналов — это его непосредственные обязанности, ему в Ичне нечего делать, все уже взорвалось, пора отвечать! Но Шевцов молчит, нет его на пресс-конференциях. Он не отчитывается, почему не выполнена работа в том объеме, как было предписано планом СНБО 2017 г. по обеспечению безопасности арсеналов и баз.

Следует провести серьезный разбор действий военной контрразведки СБУ. Ответственность за диверсии на складах и получение противником информации о разгрузке площадки №133 несут контрразведчики. И не только генералов ВСУ следует привлекать к ответственности. Контрразведка, судя по фактам, допустила серьезный провал (и речь не только о диверсии на 6-м арсенале) и соответствующие выводы должны последовать.

Будут ли новые взрывы? Если руководство Украины, и прежде всего Верховный главнокомандующий, не изменит свои подходы к принятию решений и к контролю их исполнения в армии, если по-прежнему президент будет наплевательски относиться к выполнению собственных своих приказов и планов, то следующие катастрофы неизбежны.

Где может рвануть в следующий раз, и что делать?

Не может не вызывать тревогу организация живучести этих арсеналов. По результатам проверки комиссии Генштаба по проверки безопасности арсеналов и хранилищ топлива в апреле 2018-го, из 22-х складов оценку «ограниченно пригодные к выполнению задач по назначению» то есть «удовлетворительно», получило всего три склада, остальные получили «не пригодность» — «неудовлетворительно».

Даже в тех случаях, когда бюджет выделяет средства, командиры частей из-за крайне сложного процесса бюрократических согласований и отсутствия компетенции в составлении финансовых планов зачастую не могут быстро и эффективно организовать применение ресурсов. Нельзя перекладывать только на командиров арсеналов и хранилищ ответственность за программы строительства бункеров и систем безопасности — это должны быть системные проекты, и в армии есть специалисты, которые при правильной организации могли бы выстроить профессиональную систему работы.

В августе 2018-го в ходе противодиверсионных учений спецназ ВСУ получил задачу проникнуть и совершить учебные диверсии на всех крупнейших базах хранения. В результате спецназу удалось во всех случаях остаться незамеченным и проникнуть на объекты. В случае атаки противника все эти склады были бы гарантированно уничтожены.

Несмотря на многие мероприятия по усилению безопасности арсеналов и бравурные репортажи о строящихся укрытиях, предпринятых усилий все-таки недостаточно. Сегодня под угрозой диверсии — три оставшихся стратегических арсенала:

— 47-й арсенал командования Сухопутных войск, (Хмельницкая обл., с. Цветоха, в/ч А-1358).

— 222-я центральная артиллерийская база боеприпасов (Черкасская обл., с. Россошки, в/ч А-1588)

— 1322-я артиллерийская база боеприпасов (Житомирская обл., с. Ушомир, в/ч А-1796)

Работы в Цветохе идут масштабно, но они далеко не закончены. Вызывает серьезное беспокойство состояние меньших по размеру складов. В Центральной Украине на один из складов группа спецназа ВСУ зашла днем, открыто, не будучи ни замеченной, ни досмотренной, и успешно совершила учебную диверсию.

Нельзя ждать, пока, спустя годы, все склады будут оборудованы бетонными хранилищами. Надо действовать сегодня, сейчас. Несомненно, что противник захочет накануне выборов президента и парламента осуществить диверсии и на других складах.

ичня

Марьян Кушнир / Свобода

Прежде всего необходимо наладить нормальную системную кадровую работу. Специалисты в ВСУ есть, и вполне достаточное количество. Надо увеличить численность личного состава на базах, чтобы служащие не только ходили постоянно в караул, но чтобы еще находилось время для боевой подготовки и саморазвития. Нужно чаще проводить противодиверсионные учения, чтобы обеспечить постоянную боеготовность. Необходимо сосредоточить на отдельных базах ракеты и реактивные снаряды, хранить их отдельно от других видов боеприпасов, либо хранить ракеты на общих арсеналах исключительно в бетонных закрытых хранилищах. И, наконец, следует дать объективную оценку непрофессионалам и приспособленцам, по вине которых мы понесли такие тяжелые потери при предыдущих взрывах. Без личной ответственности начальников никакого порядка навести нельзя. Дураков надо учить хотя бы на допущенных ими ошибках. Иначе эти ошибки будут повторяться. Повторяю — еще три стратегических арсенала у нас осталось. Мы всего за три взрыва от разоружения страны. Что еще должно произойти, чтобы это осознать?

Юрий Бутусов

Поделиться:
Загрузка...