Последняя риторика украинской стороны в Трехсторонней контактной группе, перемирие на Донбассе, заявления, звучащие с обеих сторон, – всё это может свидетельствовать о том, что Кремль перешел к реализации «шага 2» по Донбассу. Есть признаки того, что Киев готов согласиться на прямые переговоры с Донецком и Луганском.
Сейчас из уст представителей власти не слышно упоминаний о федерализации, но определенный подготовительный процесс продолжается. Такое мнение высказал экс-заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Георгий Тука.
– Последние две недели после назначения новый глава ТКГ господин Кравчук делает много заявлений. Некоторые –противоречивы. В частности, об инвестициях, которые должны восстанавливать Донбасс.
– О свободной экономической зоне, о контактах с гражданским обществом…
– Да, с этого я бы и хотел начать. Давайте по очереди. Инвестиции. Господин Кравчук в эфире, отвечая на мой вопрос, сказал, что он уверен: если ситуация начнет улучшаться, мы возьмем под контроль эти территории, туда зайдут инвесторы. Какие? Ответ был не слишком понятным, но я сделал вывод, что украинские, иностранные – они будут заинтересованы. Теперь он говорит, что государство Украина должно восстанавливать эти территории. Почему риторика изменилась?
– При всем уважении непосредственно к первому президенту – он для меня был и навсегда останется символом обретения независимости нашей страны, – его сегодняшнее поведение и высказывания вызывают у меня глубокую озабоченность. Это неконтролируемый поток сознания.
Раз 12-15 я встречался с представителями деловых кругов разного уровня, и с представителями политической команды – Европа, Соединенные Штаты, Канада. Не является большой тайной, что в 95% среди самых больших препятствий для инвестиций в Украине отмечают далеко не войну. Речь идет о деятельности судебной ветви власти в нашей стране.
Я убежден, что реформы надо было начинать именно с этого. Потому что именно эти люди выносят окончательные решения именем Украины. То, что сейчас происходит вокруг пресловутого судьи Вовка – очередное свидетельство моей правоты.
– Относительно заявления Кравчука – инвестиции. Откуда брать деньги?
– Нет денег и не будет ни в Украине, ни в таких условиях и от внешних инвесторов.
– А не означает ли это заявление, что во властных кругах обсуждается вариант отказа от контрибуций от РФ за причиненный ущерб?
– То, что такие идеи бродят по коридорам власти, у меня сомнений нет.
– Договориться?
– Да. Ибо подобные заявления звучали не только от Леонида Кравчука, но и от, например, Алексея Резникова. Когда он обнародовал информацию о том, что сейчас разрабатывается план модернизации, экономического возрождения Донбасса, нужно еще полгода, чтобы сделать определенные расчеты. Тогда он отметил, что в качестве инвестора может выступать и государство Украина, создав определенный фонд. С моей точки зрения, мы уже имеем печальный опыт фонда по борьбе с коронавирусом.
Внутренних резервов Украина физически не имеет. Поэтому такие заявления я воспринимаю как политическую пустую болтовню.
«Мы уже наблюдаем постепенный переход к «шагу 2″ по Донбассу»
– Экс- депутат Госдумы Илья Пономарев сказал, что пока Путин у власти, нам будет трудно вернуть Крым, почти невозможно. А вот с Донбассом ситуация несколько проще, потому что Путин хочет снять ярмо санкций. Конечно, он хочет остаться победителем для своего народа и показать возвращение Донбасса в Украину как свою победу. Но может ли это быть элементом определенных договоренностей с РФ?
– Может. Но хотел бы сразу отметить: эти информационные вбросы я бы связывал с тем перемирием, которое начато сейчас. Сразу возникает один большой вопрос: зачем Путину этот мир? Все прекрасно понимают, что вопрос войны или мира зависит исключительно от его личного решения.
Поэтому тот факт, что сейчас более-менее соблюдают условия перемирия – это свидетельство лишь того, что Путин на это согласился.
– То есть Путин готов перейти к шагу 2?
– С моей точки зрения, мы уже наблюдаем постепенный переход к этому шагу. Вспомните тезисы, которые озвучивал и Кравчук, и Фокин относительно визита на оккупированную территорию, относительно диалога с гражданским обществом.
Кто и где увидел гражданское общество на оккупированных территориях вообще?
– Кравчук несколько расшифровывал это – что это люди, которые не участвовали в боевых формированиях, которые сейчас не у власти…
– Возникает соответствующий вопрос: на что влияют эти люди? Ни на что. О каком диалоге и зачем идет речь? Это исключительно подготовка к так называемому прямому диалогу Киева с Донецком и Луганском.
– Что же это за второй шаг, который будет делать и Путин, и украинская власть?
– Я думаю, это и будет шаг – начало прямых переговоров.
– Прекращают стрелять. Скорее всего, будет какое-то разведение войск, и затем делегация от Киева едет… куда?
– Куда-то – туда-то.
– Это не Донецк и не Луганск?
– Почему бы нет? Например, Сивохо повезут.
– С его платформой.
– Да. Или других подобных «голубей русского мира». У нас их хватает. Таким образом будут демонстрировать построение диалога. Параллельно с этим будет идти подготовительная работа, которую россияне требуют от Украины с 2014 года – изменения в Конституцию, связанные с так называемым особым статусом Донбасса.
Сейчас Зеленскому об этом не очень удобно вспоминать, но именно он во время последней встречи в Париже в рамках «нормандского формата» согласился на имплементацию формулы Штайнмайера. Когда он сейчас начал включать задний ход, рассказывая о наличии так называемых красных линий, по меньшей мере раз пять он уже получил грязной тряпкой по лицу от министра иностранных дел России Лаврова и Путина лично. Мол, вы же взяли на себя обязательства? Так выполняйте!
Все это время Украина защищала свои позиции тем, что Россия не соблюдает условий мира. Если сейчас отвечать на вопрос, зачем это Путину, я считаю, что такой шаг путинская администрация может совершать только в том случае, если от Украины получено согласование следующих шагов. Политических.
– То есть вы думаете, что с сентября в парламенте снова поднимется законопроект об особом статусе?
– Да. И не только. Это у нас довольно распространенный тезис, но он слишком узкий. Россиянами подготовлено до 45 украинских нормативно-правовых актов. Не только этот закон. И о прокуратуре, и о Национальной полиции…
– Откуда у вас эта информация?
– А она открыта. Они подавали эти изменения во время предыдущего периода в минской Трехсторонней контактной группе.
– Они могут подавать что угодно.
– Ими уже разработаны изменения, которые нам, с их точки зрения, надо сделать.
– Они могут прийти и сказать, что Донецк должен быть столицей Украины. Но украинская сторона может или покрутить пальцем у виска, или сказать: «Интересная идея, давайте обсуждать». Так по поводу этих изменений…
– У меня такое ощущение, что, по крайней мере, кремлевская администрация получила какие-то заверения со стороны нынешней украинской власти, что Украина готова идти на уступки именно в политическом контексте.
Владимир Путин
– Я снова возвращаюсь к словам господина Кравчука, который сказал, что понятие «особый статус» он хочет заменить на «особый режим административного управления».
– Это его желание. Прекрасно. Но Россия требует изменений в Конституцию.
– Не будет ли это просто подменой понятий?
– Здесь есть определенная юридическая эквилибристика. Если взять Закон «Об особенностях местного самоуправления», то его главное отличие от требований Российской Федерации – срок. Он предусматривает три года. Второе – это не изменение в Конституцию.
– Что в таком случае предусматривает особый режим административного управления?
– Это надо у Кравчука спрашивать. Юридически такого документа не существует. Я имел возможность общаться с совершенно разными людьми из разных регионов. И в 90%, если речь заходит о таких тезисах, сразу в ответ раздается: а чего это им можно, а нам – нет?
Кравчук у нас известный человек, который способен «между капельками дождя пробежать». Но даже такие выкрутасы не смогут быть с легкостью реализованы в законодательство.
– Если это происходит, мы оказываемся на односторонней магистрали к федерализации? Причем даже затормозить не сможем.
– Федерализация предполагает изменения в Конституцию, на чем и настаивает Россия. Пока со стороны руководителей нашего государства ни разу никаких тезисов о федерализации я не слышал. Но это не значит, что мы об этом не услышим через три месяца.
Продолжается период подготовительной работы, в том числе в информационном пространстве, среди лидеров мнений. Какие-то вбросы, опровержения… В информационном пространстве начнется игра, и потом такой тезис может прозвучать.
