Все надо начинать с того момента, как мокша, эрзя, весь, мурома и прочие народы, населяющие центральные области нынешней РФ, стали некой единой общностью, которая чуть позже получила название — Московия.
На самом деле, здесь не происходило тех процессов, которые были запущены киевскими князями, самостоятельно раздвигающие границы своего государства туда, куда было выгодно.
В первую очередь, Киев расширялся по плодородным землям и торговым путям. Логика этого расширения была понятна и даже классична. Ядро государства – Киев, распространяло свои интересы за существующие свои пределы, чтобы жить богаче и становиться сильнее. Собственно говоря, таким образом, все и происходило, в течение нескольких сотен лет подряд.
Московия же стала неким единым пространством не потому, что условный центр – Москва, осознала свои экономические интересы и стала расти туда, где кипела торговля, где были богатые урожаи или где все это можно было легко устроить еще на ровном месте. В единую административную систему этот регион привела пришедшая сюда Орда.
Причем, сама территория Московии была уже экстремальной для Орды. Суровый климат и отсутствие чего-то полезного, делало эти земли не слишком желанным призом, а потому – туда назначались гауляйтеры, типа Саши Невского или Димы «Донского», которые вышибали из местной публики положенную дань, а ежели таковой невозможно было получить в монетарном или товарном выражении, то в оплату шли невольники. Именно для централизации получения дани, Орда объединила эти земли в единый улус.
Что характерно, московиты с огромным удовольствием поступали на службу Хану и составляли довольно ощутимую часть его войска. Начиная от земель будущей Московии и далее на запад, вплоть до крайних точек, коими стали ныне чешский Оломуц и итальянский Триест, все битвы происходили с участием рекрутов с земель Московии. Штурм и уничтожение Киева – в том числе.
После достижения крайней западной точки своей экспансии, Орда стала постепенно отступать, а захваченные ею народы потихоньку начали скидывать ордынских наместников. Именно в этот момент московитские рекруты выступили в роли карателей, которые забивают бунтовщиков в хозяйское стойло. Еще не получив формальной самостоятельности, Московия уже взяла на себя функции держиморды или внутри европейского полицая.
Дальнейший распад Орды привел к расширению влияния княжества, а потом и царства Московского, на ранее принадлежащие Орде земли, при этом сама она оставалась вассалом крымского хана, ставшего наследником Орды в этой части мира. То есть, Московия впервые продемонстрировала экспансию, в основном – на Север и Восток.
Это сейчас известно, что на Волге и в Западной Сибири были открыты месторождения нефти и газа, а тогда все эти земли были бесплодными. Никакой ценности, ни в плане торговых путей, ни в плане сельского хозяйства, ни в плане природных ресурсов они не представляли совсем. Мало того, в тех местах, где нет природных ресурсов и сейчас делать нечего.
И Московия еще раз показала свою странную особенность – тягу к захвату ненужных земель.
Так длилось вплоть до прихода во власть Петра 1. Заметим, в Европе, к тому времени, уже в полном разгаре была Эпоха Возрождения. Через генуэзских и венецианских купцов туда стали возвращаться куски истории, науки, искусства и прочих знаний, которые были накоплены предыдущими цивилизациями, но практически табурованные ортодоксальным христианством. Те точки входа, где это произошло – Италия и Испания, вспыхнули новыми технологиями, архитектурой и прочими вещами, на которые туристы всего мира неустанно едут смотреть и сейчас.
Московия же находилась во мраке и опускала в тот же мрак всех тех, чьи земли ей удалось захватить. Европейские новации мгновенно отторгались, а их носители – преследовались. В общем, Московия уютно чувствовала себя в ордынской парадигме и, не желая меняться, пыталась вернуть в ордынское болото свои вновь плененные народы.
Карл-Фридрих-Иеронім, барон фон Мюнхгаузен, дальний родственник и последователь автора слова «Россия»
ПЕТРОВСКИЙ ПЕРЕЛОМ
Кстати, Петр Алексеевич, который Романов, в юношеском возрасте лично отметился эпистолярным жанром в написании челобитной крымскому хану, по поводу передаваемой ему дани. Аж до 1700 года, Московия жила как Орда, ее понятиями о мироустройстве и всем остальным. Кстати, привычно платила дань, теперь уже крымскому хану, и не видела в этом ничего плохого. Бесспорно, в 13 веке, когда Орда пришла на земли, ставшие Московией, она была исключительно прогрессивной силой, которая встретила на своем пути нечто аморфное и отсталое, а потом, за время оккупации, вытянула за уши к свету и прогрессу жителей мокшанских болот. Правда, за это же время Запад включил повышенную передачу и помчался вперед, а московиты, ставшие теперь полу-ордынцами, только усвоили уроки Орды, отставая почти от всех соседей на одну, две, а то и три ступени развития.
Только поездка Петра в Европу немного сдвинула точку сборки для Московии. Петр понял глубину пропасти, которая разделяла его отсталую страну и ушедшую вперед Европу. Это требовало радикальных перемен и Петр на них решился. Понимая пагубность московского вида православия, которое подмахивает любой оккупационной власти, он жестко урезал ее права, изменил название Московии на Россию и переписал историю, чтобы отклеиться от Орды раз и навсегда. Для этого были приглашены немцы, голландцы и англичане, которые стали строить новые здания и сооружения: от церквей, до дворцов, немецкие ученые написали несколько вариантов истории, один из которых был утвержден Петром. Там работал дружный коллектив специалистов с фантазией не хуже братьев Стругацких или Вачовски. История была написана в виде фантастического детектива с вымышленными героями, битвами и славными подвигами. Петр осознал и принцип экономической целесообразности тех или иных действий.
Но, перефразируя известную поговорку, можно сказать: «Московия может выйти из Орды, но Орда из нее никогда не выйдет».
Тем не менее, Петр изменил вектор завоеваний, которые диктовала ордынская суть государства, подвергшегося тотальному ребрендингу. Теперь экспансия пошла на плодородные земли Украины и к морям, Балтийскому и Черному, ибо Петр увидел, как процветает крохотная Голландия, успешно эксплуатируя свое удачное расположение на берегу моря. Да и все известные ему европейские державы процветали за счет морской торговли и производству товаров, которые и стали основой этой торговли.
Как гласит расхожее мнение: Петр прорубил окно в Европу, но никто из его наследников так и не усвоил назначения этого окна и как извлекать выгоду из его наличия. Спустя несколько десятков лет в крови российских царей уже не осталось и капли крови Романовых, но даже немецкие по сути, цари, так и не смогли понять, каким боком внедрить собственную отсталую страну в Европу. Для этого надо было производить что-то такое, что можно было продавать, а кроме леса, меда, пшеницы, соболей и чуть позже – некоторых видов полезных ископаемых, ничего российского Европе не было нужно.
Что характерно, к тому времени Московия уже распространилась до Восточных морей и могла бы наращивать торговлю уже не с Европой, а со странами Востока, но ничего подобного не произошло. Там успешно торговали англичане и голландцы, а позже к ним присоединились и французы, которым надо было добираться до того же Китая через половину мира. Россия, имеющая выход к морям, омывающим побережье Китая и способная обеспечить сухопутные торговые пути, ничего подобного не делала. В этом смысле, никто так и не задал простой вопрос о том, зачем надо было захватывать Дальний Восток, Аляску, Камчатку и Сахалин, если не было даже представления о том, что там делать и как использовать эти земли.
Именно по этой причине Аляска, впоследствии, была продана США. То есть, это был новый рынок для Европы, которая зарабатывала там баснословные деньги, а для России это стало обузой. Хотя, была еще одна причина продажи Аляски, которая указывает на искомую здесь глубину кроличьей норки.
Продолжение — здесь
