Офисом Простых Решений стоило бы назвать офис президента.
Вот он — истинный источник фонтанирующих идей:
— Война? Прекратить стрелять!!
— Денег мало? Напечатать!!
— Там народ что-то хочет? Пообещать!
— Позвонить! Надавить! Пригрозить! Посадить!
— Не садится?! Я сказал, посадить!!
И вот так мы живем уже год. А когда что-то происходит не так, как они себе это представили, не просто, а сложно — то виноваты порохоботы. Тоже ведь простое решение, так ведь?)
Журналистка взяла интервью у нашего министра юстиции — Дениса Малюськи. Честно, не досмотрела. Не потому, что глуп — нет, соросята имеют хорошее образование, прекрасно считают деньги, лишены тяги к тяжеловесной роскоши, подвижны, лишены многих комплексов. Они свободно читают на английском, смотрят зарубежные фильмы на языке оригинала, и так далее. У нас таких сейчас немало. Вот только у них корень короткий.
Нет, не то, о чем вы подумали. Дело в том, что у нас сейчас разные люди во власти, вроде новые есть, вроде прогрессивные есть, так, как они это видят или как они о себе думают. Но эти люди с легкостью соберут чемоданы и отчалят в Лондон, Нью Йорк, Израиль… Потому, что для них, образованных, прогрессивных, смотрящих фильмы на языке оригинала, война — это сложно. Дефолт — это сложно. Увеличивающаяся дыра в бюджете — сложно. И если в конце-концов они не вырулят и результат будет еще плачевнее — то соберут чемоданы. Подозреваю, что так. И это будет одно из самых простых решений.
Вот в 2014-м было очень сложно. И в 2015-м, и дальше. Не просто очень, а ОЧЕНЬ сложно. Сегодня же власть предпочитает отодвинуть от себя то, что сложнее простого — именно потому мы получили такой непонятный, упрощенный день независимости, без военного парада и «провокаций» в сторону Москвы, весь такой белый и гламурный. Именно поэтому мы привыкаем видеть президента в неформальных видео, потому что это проще, чем отвечать на вопросы в двустороннем общении. Потому мы так и не узнали результаты анализов нашего гаранта, потому что объяснять их, видимо, было бы сложно. Нам ведь никто не развенчал мифы и подозрения — в отличие от «алкоголика», который собрал все сми, пожелавшие прийти, и несколько бригад медиков из разных лабораторий. Это сложно.
Сложно усиливать свою армию — проще ее распустить или довести до состояния, когда сама разбежится. Сложно поддерживать уровень достойного питания солдат — проще дать им кашу и хлеб, как раньше. Ведь армия — это где-то там, явно не на Банковой. Ее не видно, что они там едят, так зачем все усложнять? Пока война не в Киеве, а на Донбассе — все просто. Вот будет в Киеве — будет сложно. По принципу «чего париться из-за будущего, которое еще не наступило»?
Нам сейчас напечатают денег, потому что, видимо, это самое простое решение. Сложнее поднять упавшую экономику. Сложнее удержать инвесторов. Сложнее думать, когда лето и жара, и хочется на море. Работать, как попередник — сложно, проще придумать причину, чтобы спрятаться.
Сложно назвать вещи своими именами — проще вилять хвостом в сторону России. Кстати, вилять хвостом тоже надо уметь, потому что Россия кормить не будет, а Запад потерять можно очень быстро. И потом, чтобы вообще рассчитывать на чью-то помощь (кроме России, разумеется), нужно будет уже делать это с новым лидером, адекватным, умеющим думать стратегически. Кстати, думать стратегически — тоже сложно. Да и вообще думать — сложно.
Ведь жизнь одна, и она у кого-то удалась. Так зачем все усложнять, правда?) Посмотрите на яркого представителя зеленого течения, Андрея Богдана. Вот это лицо наших новых лиц, даже если бывшее. Арахамия — тоже яркое лицо, прогрессивное. Женщина, которую они там бабой назвали — яркое. Как и у всех простых, а не сложных — тюнингованное лицо, пара Слуг выразились еще конкретнее. Сложно соблюдать какой-то деловой этикет — его проще назвать пережитками прошлого. Только вот странное дело, в мире есть масса прогрессивных людей, уникальных возможностей, диджитализированных систем, современных городов, совершенно уникальных и новых разработок, идей и бизнесов — но вот правительства их почему-то и этикет умеют соблюдать, и названия стран не путают, и первые их лица вовремя реагируют на стихийные бедствия, разбираются если не в экономике — то в юриспруденции. Если не в истории — то в военном деле. И даже если чей-то премьер-министр носит странные яркие носки, то помимо этого он в чем-то разбирается. В том, что является сложным.
Сложно — это затратно. Сложно — это когда корни надо пускать глубоко-глубоко, в историю, культуру, геополитику, национальное сознание. Для кого-то сложно произнести фразу «российские войска на Донбассе».
Вот это — оказалось сложно.
Елена Кудренко
Всі висміюють трускавецького академіка Людмилу Буймістер, наввипередки пояснюючи, яка вона ідіотка. Особисто я не впевнений, що справа тільки в цьому. У влади тупо закінчилися гроші. І ні 5 мільярдів від МВФ, ні 8 загалом їх уже не врятують — навіть при тому, що кошти вперше за чимало років дозволили пустити на покриття «касового розриву».
Я ще з минулої осені знав, що цей день прийде. Не уявляв лише, якої глибини буде задниця, в яку ми так впевнено прямуємо. Виявилося — бездонною.
А отже, у зелених засранців залишилися два шляхи. Або почати друкувати гроші і трошки (на декілька місяців) розтягнути агонію — при цьому, злити в каналізацію багаторічні зусилля постмайданної влади з макрофінансової стабілізації. Або визнати правду і зробити другий секвестр бюджету — набагато суворіший, ніж був попередній. Але, при цьому, навіть найдебільніші з виборців Зеленського зрозуміють, як жорстоко з ними доля пожартувала.
Втім, вони це відчують у будь-якому разі. А ми залишимося зі своїм сакраментальним «а нас за що?» і дикою люттю, яку вже нічим не вгамувати.
