Для российской экономики, со времен СССР существующей за счет экспорта углеводородов за рубеж, запущен обратный отсчет.
Старые, еще советские месторождения стремительно истощаются, а новых залежей с легкой и дешевой для извлечения нефтью обнаружить не удается.
Текущие уровни нефтедобычи в России «недостаточно обеспечены запасами разрабатываемых месторождений», говорится в проекте «Стратегии минерально сырьевой базы до 2035 года», которую подготовили в Минприроды и которую в пятницу подписал премьер Дмитрий Медведев.
До критической точки, согласно документу, остается около 7 лет.
Начиная с 2025 года фонд действующих месторождений перестанет справляться с нагрузкой. А к 2035-му, по оценке Минэнерго, объемы производства могут рухнуть практически вдвое — с нынешних 553 млн тонн в год (11,4 млн баррелей в день), до 310 млн тонн (6,3 млн баррелей в день).
Особенно остро проблема стоит в Западной Сибири, которая сейчас дает каждый второй баррель, извлекаемый из недр. Если ничего не предпринимать, в пессимистичном сценарии спад там будет более чем двукратным — с 330 до 146 млн тонн в год, говорил глава Минэнерго Александр Новак на заседании правительства 18 сентября.
Это означает, что нефти для экспорта (сейчас — 5,2 млн баррелей в сутки) просто не останется. А река нефтедолларов, дающая, по данным ЦБ, 30% валютных доходов российской экономики, может пересохнуть.
РФ полностью исчезнет с мирового рынка нефти к середине 2030х, заявил в интервью Bloomberg наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бен Сальман. Он добавив, что Эр-Рияд готов заместить выбывающие российские поставки.
Чтобы остаться в большой нефтяной игре, нужно разрабатывать трудноизвлекаемые запасы, следует из стратегии Минприроды. На сланец или глубоководные проекты на арктическом шельфе, по данным Роснедр, приходится две трети всей оставшейся нефти в стране.
Но проблема — в рентабельности: себестоимость такой добычи от 70 долларов на суше до 150 долларов за баррель в Арктике, отмечает партнер RusEnergy Михаил Крутихин. К тому же, нужны технологии, доступ к которым перекрыт санкциями Запада.
«Поддержать добычу можно было бы за счет традиционных месторождений с применением интенсификации (гидроразрыв пласта, в том числе многостадийный), путем разработки нетрадиционных запасов нефти на суше (Баженовской свиты) или за счет разработки морских месторождений (на арктическом шельфе)», — перечисляет директор энергетического центра «Сколково» Татьяна Митрова.
Но собственных технологий и оборудования для таких работ у российских компаний практически нет, констатирует она. Речь идет о бурении на шельфе, а также технологиях гидроразрыва пласта (ГРП), которые позволяют добывать нефть из сланцевых пород, оживлять старые месторождения и увеличивать отдачу скважин.
За все время санкций в стране не было построено ни одного флота гидроразрыва, а имеющийся флот стремительно ветшает, отмечает Митрова. П роблемой может стать даже поддержание добычи на старых месторождениях.
Масштаб надвигающейся угрозы таков, что ее обсуждение вышло на уровень Совета Безопасности.
В ноябре СовБез провел заседание, посвященное рискам для ТЭК. По его итогам президент Владимир Путин заявил, добыча энергоресурсов «приносит России не только ощутимые доходы, но и позволяет оставаться одним из главных гарантов мировой энергетической безопасности», а санкции создают «угрозы» и «вызовы» для такого положения вещей.
finanz.ru
