На пресс-конференции, которую дал президент для иностранных журналистов, на которой на обращение: «Слава Украине!» вообще никто не ответил, он сказал о дате получения Томоса – на наше Рождество, то есть – 6 января.
Он подчеркнул, что это будет самое запоминающееся Рождество в Украине. В общем, это вопрос уже решенный и канонически выверенный. Порох особо подчеркнул, что экзархи Вселенского Патриарха очень тщательно и настойчиво следили за тем, чтобы все процедуры оформления автокефалии были проведены в строгом соответствием с канонами.
Но в этот день закончится процесс формализации восстановления поместной церкви и начнется процесс ее собирания. И тут возникает множество интересных моментов, которые могут материализоваться из области гипотез в самую настоящую реальность. Все дело в том, насколько священники действительно считают свое занятие чем-то духовным и возвышенным. Это – не праздный вопрос, поскольку православная церковь московского типа всегда была бизнесом, еще со времен ее обособления под крылом ордынского хана. Сейчас она и вовсе превратилась в аналог индустрии развлечений. Достаточно зайти в московскую церковь, чтобы увидеть обилие ценников от свечек и баклаг с подозрительной водой, до каких-то паломнических туров.
Но по сути, вне Константинопольского благословения может существовать любой бизнес-проект или что-то подобное, но к православию оно уже не будет иметь никакого отношения. В зависимости от того, как там поставлен вопрос выкачивания денег из паствы, эта организация может потерять право называться христианской, поскольку сам Христос гнал торгашей из Храма, за что его и распяли, кстати. Если сейчас кто-то попробует сделать то же самое, его тоже распнут. И если эта организация имеет кровожадные повадки, то ее уже с трудом можно назвать церковью. В общем, если для священника его деятельность слишком связана с бизнесом, то он обязан себе задать простой вопрос о том, что он вообще делает и кому служит.
В этой связи довольно интересно выглядит следующий вариант, который мы рассматривали, но не озвучивали его до субботы, но кроме нас к нему пришли и некоторые другие наблюдатели. Речь шла о том, а не допустил ли Гундяев ошибки тем, что не послал всех своих архиереев на Собор для того, чтобы сорвать голосование, протолкнуть свою кандидатуру или просто войти в новую церковь, чтобы подорвать ее изнутри? Теперь об этом уже можно рассуждать спокойно, поскольку там никто до этого даже не додумался.
Рассмотрев подобную возможность с разных сторон мы пришли к выводу о том, что, возможно, в Москве этот вариант рассматривали, но отбросили как вредный и опасный.
Все аспекты мы здесь рассматривать не станем, чтобы не получился бесконечный трактат, но основной вопрос уж слишком интересный, чтобы его вовсе не коснуться. Итак, в обоснование своего решения по восстановления автокефалии Украинской Митрополии, были положены данные, ранее известные только богословам. Например, имела ли Москва каноническую субъектность для того, чтобы поглощать Киевскую Митрополию? Константинополь поступил мудро и дал Москве путь к отступлению, а именно – признал нарушения московской церковью условий синодального письма, на основании которого Москве было дано временное право на общее руководство Киевской Митрополией, без изъятия ее прав как отдельной митрополии.
То есть, Константинополь указал на то, что Москва не выполнила обязательств по незыблемости связи Киева и Константинополя, и на то, что синодальное письмо предоставляло Москве ряд полномочий временного характера. Поэтому Константинополь указал на нарушения и поставил Москву в известность о том, что время действия письма истекло и оно больше не имеет силы. Как все хорошо помнят, после этого заявления все епархии Украины перешли под прямое управление Константинополя, вплоть до образования единой поместной церкви.
Но мотивационная часть Синода Вселенского Патриархата имела и скрытый намек на то, что Московская церковь имеет вообще сомнительные основания для своих действий в качестве патриархии или даже митрополии. Там было указано а то, что Москва не прошла канонических процедур получения автокефалии, а просто присвоила себе тот статус, который был у аннексированного Киева.
Эта тема получила продолжение, когда официальный представитель московской церкви на своем известном соборе, на котором был объявлен разрыв евхаристических связей с Константинополем, в присутствии журналистов заявил о том, что митрополита Москва избрала самостоятельно и с тех пор уже не обращалась ко Вселенскому патриархату за подтверждением своего статуса. То есть, Московская церковь никогда не имела даже автокефалии, но пользовалась статусом, который присвоила от Киевской митрополии.
До сего дня Московская церковь остается самопровозглашенной и не каноничной.
Все это важно потому, что уже сейчас всем, кроме кириллической церкви Москвы понятно, что Украинская Митрополия просто связала те нити, которые связывают ее с Киевской Митрополией в историческом плане и теперь она становится образцово канонической.
Рано или поздно, архиереи и духовные чины рангом ниже встанут перед выбором, кому они служат и что они из себя представляют, поскольку канон может быть один, на то он и канон, а Москва уже давно выдумывает какие-то свои извращенные мыслеформы и пытается их выдавать за каноны. Она настолько заигралась в своих больных фантазиях, что все больше превращается в какой-то «аум сенрикё», что будет все больше заметно после 6 января.
Теперь стоит снова вернуться к тем обоснованиям, которые приводил Вселенский Патриархат, благословляя поместные церкви после развала совка. Было четко сказано, что есть общая традиция даровать автокефалию церквям, которые действуют в пределах политических границ того или иного государства, чтобы церковь не становилась яблоком раздора. В этом смысле, решение по предоставлении автокефалии Украины как раз укладывается в общую канву событий.
Но весь фокус в том, что указанное выше правило действует лишь в плане обратной реакции Вселенского Патриархата. Он не может быть инициатором пересмотра статуса той или иной поместной церкви. Применительно к Украине, инициатива должна была исходить из Украины. Причем, не просто инициатива, а четко обоснованное желание и решимость должна быть проявлена в самом непосредственном виде. Грубо говоря, такое решение должно вызреть и внутри церковной среды и найти поддержку светской власти. Без этого ничего не сработает.
Мы видим, что Украина обретает автокефалию спустя почти тридцать лет своей независимости. Церковь была более или менее готовой к началу процесса, но воли светской власти либо не было вовсе, либо она была вялой и дряблой. Только сейчас и церковь и светская власть уперлись основательно, чтобы сработать на результат и он не замедлил явиться.
Это к тому, что в январе 2019 года возникает каноничная территория Украинской митрополии, наследницы Киевской Митрополии, в несколько иных географических и политических границах. Киевская Метрополия имела свои епархии на территории нынешней Белоруссии и примыкающих территориях Московии, а Украинская Митрополия распространяется на территорию всей Украины и оккупированных территорий – в частности.
Понятно, что внутри Украины теперь начнется переход епархий и приходов просто в лоно единственной канонической церкви. В этом нет сомнений, и президент это отметил в своем интервью, еще раз акцентируя внимание на том, что государство гарантирует безопасность всем священникам и прихожанам, которые перейдут в каноническую церковь. Наши читатели пишут, что процесс уже пошел и приводят конкретные приходы, где прихожане поставили ультиматум священнику о переходе в каноническую церковь после 6 января. Этот процесс дальше будет нарастать. Москве будут принадлежать самые упоротые анклавы, которые уже просто наплевали на все.
Но есть один интересный момент, который вытекает из всего изложенного выше. Отныне на территории РФ нет канонической православной церкви. Причем – Константинополь только намекнул на это, а Москва сама эту тему артикулировала и теперь вопрос о каноничности не стоит. Вопрос в степени упоротости. И здесь важно то, что Москва никогда не просила и не получала Томос от Константинополя. Это значит, что РФ не имеет каноничной территории и даже ее не просила! Кстати, как и епархии на территории Белоруссии.
Это обстоятельство развязывает руки архиереям вне территории Украины, которые могут обратиться с просьбой войти либо в каноническую Украинскую Митрополию, либо осознав беззаконие и не каноничность московской церкви, просить покровительства Вселенского Патриархата и переходить под его сень. Это – вполне возможно и не противоречит канонам, поскольку территория Московии, Беларуси и все, что связано с московской церковью теперь утрачивает каноничность и по сути – перестает быть церковью. Те священники, которые это поймут – встанут перед выбором, кому служить, и вот тут эту дилемму как раз и решит вопрос веры. Если она есть в душе такого священника, то решение одно, а если же ее нет и не было, то решение будет другим. В любом случае, после 6 января будет много интересного именно на церковном фронте.
