Сегодня российская политическая элита будет проливать крокодиловы слезы по усопшему где-то на диком Западе бывшему мэру Москвы Юрию Лужкову. Крокодиловы — потому что люди, которые сегодня скорбят по Юрию Михайловичу — это те самые люди, которые два десятилетия назад сделали все возможное, чтобы не дать Лужкову придти к власти и отлучить его от финансовых потоков.
Ведь сегодня мало кто помнит, что в 1999 году именно Лужкова считали будущим «хозяином» России. Именно он был лидером спешно созданной номенклатурной партии «Отечество», именно эта партия собиралась выдвинуть на пост президента страны на предстоящих президентских выборах бывшего премьер-министра России Евгения Примакова. Именно этот тандем — будущий президент Примаков и будущий премьер-министр Лужков — воспринимался в качестве единственной реальной альтернативы власти Ельцина. И даже ближайшие соратники Ельцина уже предлагали ему сдаться на милость победителей и назначить Лужкова премьер-министром России еще до «выборов Примакова».
Но Ельцин предпочёл назначить Путина — и выиграл. В ближайшие месяцы семья Ельцина и чекисты смогли обнулить саму возможность победы Примакова на выборах, отправить «Отечество» в оппозицию и заставить Лужкова сосредоточиться на обворовывании Москвы. С должности мэра Лужкова снял уже не новый президент Владимир Путин, а его временный преемник Дмитрий Медведев, который — при серьёзной поддержке со стороны ельцинского семейства — мог решиться на политические шаги, которых не позволял себе в первый период президентства сам Путин. И на этом политическая карьера Лужкова закончилась навсегда и он превратился в обычного пенсионера-пасечника, хоть и очень богатого.
Однако политическая биография Лужкова от этого не становится менее поучительной. Потому что она — ответ на вопросы тех, кто считает, что в политическом развитии России и в ее отношении к Украине могла бы быть какая-то альтернатива, если бы к власти в 1999 году не перешёл ставленник Лубянки.
Я был свидетелем начала «большой» политической карьеры Лужкова, когда 26 апреля 1990 года на первой сессии демократического Моссовета новый глава советской столицы Гавриил Попов предложил Юрию Михайловичу занять должность председателя исполкома Моссовета, то есть, по сути, главы московского правительства. При этом одним из главных сторонников назначения Лужкова на этот пост был тогдашний глава демократической оппозиции Борис Ельцин.
Напомню, что этот самый Моссовета был самым первым в Советском Союзе органом местного самоуправления, в котором демократические силы получили большинство. Но это вовсе не помешало «демократам» доверить Москву Лужкову, старому советскому управленцу. Когда на той самой сессии один из депутатов спросил у Юрия Михайловича, на какой он платформе (имелось ввиду, демократ или коммунист он по взглядам), будущий московский градоначальник четко отвечал, что он — «на хозяйственной платформе». И зал удовлетворенно загудел.
А это на самом деле было делегирование полномочий будущей мафии — еще до того, как появилась возможность приватизации и организации новых криминальных кланов. И эта мафия, по идее, была готова к прыжку еще до ельцинских реформ, потому что занимала ключевые позиции в экономическом секторе еще до того, как были созданы соответствующие условия для обогащения. Просто на первых порах она прикрывалась «демократами», но не очень долго. Уже в июне 1992 года Гавриил Попов ушёл в отставку и передал Лужкову свои полномочия. Именно в это время Россия окончательно стала превращаться в страну «сильных хозяйственников» в государственном аппарате и олигархов в экономике.
Евгений Примаков (слева) и Юрий Лужков во время пресс-конференции в Москве, 17 августа 1999.
Но утверждать, что у этих хозяйственников не было политической программы и что они не понимали, в союзе с кем могут удержать власть. Не случайно в качестве партнера для полного захвата власти в стране Юрий Лужков избрал выходца из советских спецслужб Евгения Примакова — потому что прекрасно понимал, что без чекистов никакие бандиты и воры власти в России не удержат и зарабатывать не могут. Этот блок ЧК и криминала — единственная сила, которая могла править Россией тогда и которая может править ею сейчас. И тут не должно быть никаких иллюзий.
И не должно быть никаких иллюзий, какую политику по отношению к Украине могла бы проводить та или иная «альтернатива» Путину. Когда в ельцинской России делали вид, что не сомневаются в территориальной целостности Украины и не претендуют на Крым и на Севастополь — только вот чтобы Черноморский флот там сохранялся — Лужков не скрывал своей уверенности в российской принадлежности полуострова и тратил московские бюджетные деньги на Севастополь. «Нужно вести работу, чтобы Черноморский флот навсегда остался в Севастополе — это истинно русский город, город русской славы» — говорил Юрий Михайлович еще в 2007 году, во время своей мэрской — ! — избирательной компании. А уж Януковича они поддерживали все вместе — и Путин, и Медведев, и Лужков.
«И я готов снять свою любимую кепку, чтобы быть похожим на Януковича! — кричал бывший мэр.
Так что у нас не должно быть сомнений, как действовал бы Кремль, если бы в нем оказались Лужков с Примаковым. Единственное что — старый чекист мог бы действовать куда точнее и филиграннее, чем молодой. Хотя, с другой стороны, Путину — для того, чтобы стать настоящим Путиным, утвердиться в Кремле и отобрать Крым — понадобилось 14 лет у власти. А у Примакова и Лужкова не было необходимости взрослеть.
