Огромной своей стратегической удачей восприняла Москва появление в Белом доме человека, известного своим крайне скептическим отношением к НАТО и особенно к обязательствам США по 5-й статье Устава этой организации.
Он, в частности, был убежден, что «Таллинн — это пригород Санкт-Петербурга, и поэтому он не стоит новой мировой войны».
Вдохновлённые, видимо, этой сентенцией вежливые ветераны российских спецслужб добрались под крышей некой фейковой структуры «Эльба» лично до нового министра обороны Джима Мэтисса и прямо так по-солдатски, по-стариковски рубанули ему, что в случае сопротивления НАТО расширению «Русского мира» в Балтии Кремль будет готов нанести по неприятелю ограниченные ядерные удары (Nuclear De-Escalation Strikes). Деэскалация через ядерную эскалацию — так это называется на Фрунзенской набережной.
В доверительном интервью Бобу Вудворду уже после своей отставки Мэтисс поведал, что именно после этого судьбоносного визита геополитически озабоченных Russians он начал воспринимать Россию как экзистенциальную угрозу США. И не только лично генерал Джим Мэтисс, а Пентагон как институт в своих доктринальных установках и планах стратегического развёртывания. Американский ответ на угрозу Кремля использовать тактическое ядерное оружие в региональном конфликте в Балтии был предельно ясно сформулирован в апреле 2018 года в докладе «А Strategy for Deterring Russian Nuclear De-Escalation Strikes«: Limited Nuclear Reprisal (ответный ограниченный ядерный удар).
Этот концептуальный ответ был материально подкреплен в США созданием и поставкой на вооружение новых образцов ядерного оружия.
В начале февраля 2020 года Пентагон подтвердил размещение новых ядерных боеголовок W76-2 малой мощности (5-7 килотонн) для ракет Trident II на подводных лодках класса «Огайо», которые уже выходят с ними на патрулирования с американской военно-морской базы на восточном побережье США.
Логика этих решений в том, что четко сформулированная достоверная угроза ответного ядерного удара должна послужить инструментом deterrence (сдерживания) Москвы от нанесения первого ядерного удара, а следовательно, и вообще от изначальной агрессии в Балтии.
Принятие новой стратегии и размещение ядерных боеголовок малой мощности не оставляют никаких сомнений, что Соединенные Штаты обязательно отреагируют, если Russians применят тактическое ядерное оружие. У США теперь более широкий выбор ответа на ядерную эскалацию Кремля, нежели только капитуляция или полномасштабная ядерная война, т.е. взаимное гарантированное уничтожение.
А что касается Трампа, то ему на российском направлении глубинное государство (deep state) оставило только песочницу телефонных разговоров с Путиным об их совместной борьбе с коронавирусом и возвращении Путина в G8.
Путин и Патрушев были абсолютно убеждены сами и убедили почти всю правящую верхушку, что у них есть уникальная возможность одним броском костей переиграть мировую историю и взять реванш за поражение СССР.
«Пиндосы отступят перед ядерным шантажом и сдадут балтийские государства», — полагали кремлевские мудрецы. Они ошиблись. Изменилась политическая воля одной из сторон, которая осознала экзистенциальную угрозу и предельно ясно (концептуально и затем в металле) артикулировала свой ответ на нее.
15 марта мы обсуждали эту новую стратегическую ситуацию с профессором Валерием Соловьем в прямом эфире на YouTube. Мы проводили своего рода штабную игру, в которой я играл за Пентагон, а Соловей за путинский бункер, и, как всегда, он был в этой роли аутентичен и убедителен.
Вот его концентрированный репортаж «в реальном времени» из бункера:
Ответ США изучен в Кремле, план войны в Балтии модифицирован, но от него не отказались. Кто-кто, а Владимир Владимирович не боится угрозы ядерной войны.
Его окружение готово идти со своим Верховным Главнокомандующим, но некоторые из них не до самого конца.
Коронавирус способствует планам Кремля. Европа парализована, учения Defender2020 фактически свернуты. Макрон управляем. Кремль уверен в способности Трампа парализовать на несколько дней возможный военный ответ американских военных. А России и не потребуется более пяти дней.
Это не прогноз Соловья. Прогнозы могут сбываться или не сбываться. Это слепок ментальности бункера на 15.03.2020. Он противоречив, что соответствует возникшей в бункере ситуации. Он содержит детали, которые невозможно выдумать вне бункера. Их можно только услышать от обитателей бункера.
Я был прав. Животворящие боеголовки W76-2 начали оказывать свое психологическое воздействие на вождей «Русского мира». В самом ближайшем окружении Верховного Главнокомандующего появились субъекты, готовые идти за ним, но не до самого конца. Это понятно. Когда все они были убеждены, что бездуховные пиндосы дрогнут перед непреклонной русской волей и капитулируют, им легко и приятно было идти за Верховным и обрести вместе с ним геополитическое величие. А сейчас только Владимир Владимирович может не бояться ядерной войны. Попик Тихон Шевкунов убедил его, что уж он-то обязательно попадет в рай. А остальные уже начинают догадываться, что, скорее всего, они просто сдохнут.
И это новое знание, в котором столько печали, отпечаталось на их модифицированном (компромиссном) плане 4-й мировой войны.
Как вы думаете, зачем им вдруг понадобился Трамп напрокат на целых 5 дней? В первоначальном плане ведь предполагалось одноразовое использование Президента США в момент предъявления Москвой ядерного ультиматума в разгар конвенционального конфликта с НАТО. На Трампа возлагалась функция капитуляции, переходящей в новую «Ялту».
Из того массива информации, что озвучил коллега, следует, что, несмотря на браваду Владимира Владимировича, коллективный Путин «идти до конца» не готов. А называя вещи своими именами, не готов идти на ядерный шантаж, теперь уже определенно чреватый реальным ядерным столкновением. К ядерному оружию они теперь опасаются прикасаться.
У обречённого, казалось бы, на уход из мировой истории сытого, гедонистского, декадентского Запада оказался в запасе последний полк — американское Deep State — решивший исход 4-й мировой войны.
Но признать свое поражение в ней путинский Мордор не желает. Для того, чтобы оттянуть момент этого мучительного признания, продлить свой дурманящий имперский самообман, мобилизационная партия планирует абсолютно бессмысленный даже с точки зрения их геополитических комплексов и хотелок «утешительный» сценарий:
За 5 дней захватить и оккупировать как минимум одну из балтийских стран. (Европа беспомощна, американские военные парализованы Трампушкой.) Взять в заложники все население этой страны: «Пусть НАТО попробует стрелять в наших ихтамнетов, когда они будут стоять за спинами женщин и детей!» Поручить товарищу Э. Макрону миротворческую миссию по урегулированию «внутреннего конфликта двух этнических общин страны».
Мой ответ за Пентагон в следующем туре сводился примерно к следующему — любопытно, на чем основана уверенность кремлевских в желании и, самое главное, в способности Трампа прослужить у них гаулейтером США в течение 5 дней.
Он и 5 часов не продержится. Немедленно будет актуализирован 4-й пункт 25-й поправки к Конституции США, позволяющий the principal officers of the executive departments (Помпео, Эспер) объявить, что the President is unable to discharge the powers and duties of his office. А «парализованные» военные и 5 часов дожидаться не будут. Закон позволяет им немедленно использовать силу для защиты американских военнослужащих, находящихся на территории балтийских стран.
Рычание, доносящееся из бункера, становится по ходу событий по-прежнему злобным, но все менее амбициозным. Уровень обсуждаемых утешительных сценариев военной эскалации снизился сначала до «решительной поддержки пророссийских сил» в Украине и Беларуси, а затем до восстановления территориальной целостности ОРДЛО в масштабе Донецкой и Луганской областей УССР.
На эти последние сигналы из бункера я даже не успел ответить в нашей игре. Это любезно сделал за меня советник президента США по национальной безопасности Роберт О’Брайен, позвонивший 17 апреля Патрушеву-Рязанскому. Трамп, поглощенный своей навязчивой идеей вернуть Путина в состав G7, не успел, видимо, парализовать своего советника.
По сведениям моих источников в Вашингтоне, новый дворянин Патрушев был предупрежден, что в случае попыток Кремля аннексии Украины и/или Беларуси США примут в ответ жесткие меры невоенного характера. Имелись в виду такие акции, как нефтяное эмбарго, отключение от системы SWIFT, замораживание активов путинской «элиты» на территории США.
А по сведениям источников моего коллеги в Москве, предупреждение О’Брайена произвело серьезное впечатление практически на всех членов мобилизационной группы. За одним исключением. Верховный Обнуленыш по-прежнему нацелен на окончательное решение украинского вопроса. До последнего своего вздоха во власти и в жизни не оставит он Украину в покое. И он уверен в своих украинских «козырях», список которых не исчерпывается Ермаком и Коломойским.
А беспорядки в США, вызванные гибелью чернокожего правонарушителя от рук задержавших его полицейских, казалось бы, повышали политические шансы его единственного американского «козыря».
Примерно 90% американских избирателей уже твердо определились со своим выбором на президентских выборах с преимуществом ~5% в пользу Байдена. Борьба идет за 10% колеблющихся. Трамп рассчитывал продемонстрировать им свою крутость, мобилизовав как Верховный главнокомандующий армию для подавления грабежей и погромов, с которыми не могли или не решались справиться губернаторы-демократы. С политтехнологической точки зрения это был совершенно правильный расчет.
Но 3 и 4 июня к хозяину Белого дома прилетела целая стая черных лебедей. Первым был действующий министр обороны Марк Эспер, который на своей срочно созванной пресс-конференции не только дистанцировался от своего Верховного главнокомандующего в вопросе о возможном использовании армии, но и осудил состоявшийся накануне по приказу Трампа разгон мирной демонстрации у Белого дома.
Затем такое же совместное заявление сделали члены комитета начальников штабов. И, наконец, на следующее утро в журнале «The Atlantic» появилось интервью авторитетнейшего (и не только в военных кругах) Джима Мэтисса под более чем определенным заголовком «JamesMattisDenouncesPresidentTrump, DescribesHimasaThreattotheConstitution«.
Такое единодушное публичное несогласие высших военных чинов со своим президентом беспрецедентно в американской истории. (Вспоминается только знаменитое противостояние Макартура и Трумэна во время корейской войны. Но вызов Макартура не был поддержан военным истеблишментом, и национальный герой США был немедленно уволен президентом с поста командующего силами ООН в Корее.)
У Мэтисса и у военной корпорации в целом накопилось много претензий к Трампу. Прежде всего в сфере внешней политики. Это и разрушение системы отношений США с их союзниками, о чем Мэтисс прямо говорил в своем прошении об отставке, и загадочное путинофильство Трампа.
И, конечно, в Пентагоне с большим интересом прочли протоколы кремлевских мудрецов о способности Трампа парализовать на 5 дней американских военных.
Американские военные решили не рисковать и предпочли парализовать на 5 месяцев избирательную кампанию Дональда Трампа. Первый же опрос, проведенный после демарша военных, принес небывалый результат: Байден — 55%; Трамп — 41%.
«Военные против Трампа» — это исключительно болезненный для Трампа электоральный удар. Потому что воздействует он не на давно потерянную для него леволиберальную, а на самую что ни на есть трампистскую традиционно-консервативную аудиторию. Авторитет армии в этой среде огромен.
