Столь любимая россиянами случка власти и церкви привела к тому, что править светской Российской Империей стал облаченный в новый «национальный» костюм вождь-мессия — красный царь самодержец Сталин!
«Не меч, но вера, убеждения человека может быть тем оружием через которые можно покорить его страну, а самого его поработить»,— именно таким образом можно выразить мысль тех, кто 500 лет назад подсадил подхудавший, но весьма строптивый улус Золотой Орды на шизофрению.
Крайне сложно воевать с идеологическими противниками. Крайне сложно заставлять примкнуть к твоим рядам тех, кто видит в твоем лице врага страны, врага нации, врага веры. Несколько столетий Москва безуспешно вела войну с Римом, обвиняя того в предательстве христианства и прочей другой ереси. Вела, до того как не воспользовавшись приемами византийских императоров не стала сеять семена вражды в стане своего врага, параллельно развивая сюжет о спасении единоверцев из-под ига католиков. Жертвой данной компании стала Русь, известная сегодня как Украина. Московские «единоверцы», спасли Русь от гнета католической Польши, уничтожив или переподчинив руськую церковь себе и заковав ее на столетия в жестокое рабство московского православия.
Именно в те годы был придумано клише про то, что «руський значит православный, а православный значит руський». Клише, благодаря которому русины ВКЛ поверили в миф о единоверии с Москвой. И надо отдать должное, Москва немало тому способствовала, устроив реформу Никона, свергнув старообрядцев и перекрестив своих рабов в новую веру, которую принесли им киевские просветители.
Трюк удался. Но вот только после того как Русь, часть Польши, Новгород да Литва были оккупированы, причины оправдывавшие войну за освобождение единоверцев исчерпались и настало время для рождения нового мифа! Мифа о «России матушке», спасительнице славянских (пускай даже католических) народов их под гнета османов и германцев! Данная гениальная идея значительно расширила ареал территориальных претензий Кремля на Западе. Теперь можно было «освободить и присоединить» к себе все «славянские» страны. Даже несмотря на то, что они ни желания на то не испытывали, ни рабами Кремля стать не стремились.
Успешна ли была такая единокровная «славянская» компания, пришедшая на смену единоверной «руськой»? Так чтобы да, то нет. Так, если Сербия и стала российской колонией, то в Болгарии данный фортель не прошел, страна выразила благодарность за неожиданную независимость, но в семью рабских народов России не вошла. Надо было что-то решать, как-то изменять «справедливую причину войны». Да так, чтобы под одну гребенку можно было загнать буквально всех!
Идти через религию дальше было нельзя, а потому и было предпринято решение от Имперской православной идеи отказаться, и взять на вооружение Пролетарскую идею классового неравенства, возникшую благодаря усилиям Карла Маркса!
Кремль очень лихо сыграл на всеми любимой, но нереализуемой идее несправедливости и неравенства. Она была также чиста да понятна, как столь любимая всеми тиранами идея антисемитизма. Понимая, что широкими массами руководят инстинкты, и ненависть разгоняется до истерии в народной толпе за считанные секунды, ей навязали мысль о том, что можно изменить положение вещей в обществе, а чтобы быть еще более точным, предложили уровнять положение всех в обществе «справедливо разделив» все имущество, ценности и припасы. Воодушевлённые идеей «справедливого» грабежа, массы поддержали большевиков, которые быстро очистили страну от адептов старой, отжившей свое идеологии, и насадили идеологию новую. Идею, масштабирование которой теперь не должно было вызывать никаких осложнений.
Если роль Ленина и Троцкого в этом перевороте ценностей «Третьего Рима» была понятна не до конца (были ли они наемниками, или как это сейчас модного говорить фрилансерами, сейчас и не скажешь), то Сталин определенно зашел в процесс как смотрящий со стороны той силы, которой и дальше страной руководила.
Заняв техническую должность генерального секретаря, Сталин стал медленно, но уверенно уничтожать тех, кто совершил переворот и очистил ряды адептов от потерявших желание способствовать восхождению Москвы, и стал строить новый светский — советский патриархат, с республиками — митрополиями.
Устрялов уже в 1929 году с ликованием писал:
«Жирондисты, умирая, назвали революцию Сатурном, поглощающим своих детей… Вы еще не видите, что она, по жирондистам… закусывает своими детишками. Что за куриная слепота? А Троцкий, Зиновьев, Каменев, Радек, Раковский, Шляпников, Бухарин… и прочая, и прочая? Протрите глаза. Вся железная когорта — в луженом желудке Сатурна. А на ее местах новые люди, новое племя… Не нужно даже быть археологом, чтобы поставить прогноз: среда бонапартистской «реакции» зреет, почти дозрела…. Тут великая историческая роль Сталина. Достойна восхищения его расправа с партийным мозгом…. Поразительно ловкими маневрами, быть может, даже бессознательно, как медиум, партийный диктатор завершил процесс формальной дереволюционизации… правящего слоя… Сталин формально осуществил термидор и формально подготовил брюмер».
Надо отметить, Сталин не особенно скрывал своей фанатичной приверженности идее «Третьего Рима. Как-то играя в бильярд с братом своей первой жены, Александром Сванидзе, Сталин заметил, что: «Русский народ глубоко самодержавен и монархия естественная форма его существования».
О том, что коммунизм — это ширма, за которой прячется идеология «Третьего Рима», понимали многие, но написать об этом позволить могли не все.
«Никто не наносил идее пролетарской революции таких страшных ударов и не истреблял коммунистов с таким ожесточением как Сталин»,— писал Муссолини.
«Сталин лишь притворяется, будто он герольд большевистской революции. На самом деле он отождествляет себя с Россией и царями, и просто возродил традиции панславизма. Для него большевизм только средство, только маскировка, цель которой обмануть германские и латинские народы», — писал о сущности Сталина, его ставленник Гитлер.
Добавить к словам Гитлера что-то сложно, Сталин действительно стал Красным Царем Пролетарской Монархии, в лоне которой продолжала гнить идеология «Третьего Рима». Идеология, которая требовала войны со всем миром, до его полной православизации. После которой бы наступил страшный суд.
О том, что Сталин — царь, говорил не только Гитлер. Глава учрежденной в 1943 году РПЦ Алексий I, называл Сталина Избранным Богом или Данным стране и РПЦ тем же самым Богом, то бишь: «БОГОИЗБРАННЫЙ» или «БОГОДАННЫЙ гениальный товарищ Сталин». Что полностью соответствовало концепции самодержавия, на которой собственно идеология «Третьего Рима» и выросла.
Надо отметить, что после провальной для Сталина Второй Мировой Войны (он то намеревался в результате ее захватить как минимум всю Европу), он постоянно пытался получить у Константинопольского Патриарха звание Вселенского Патриарха, и Патриарха Московскому и всея Руси для вышеназванного Алексия I, но, каждый раз получал отказ.
Зачем он это делал? А для хотя бы минимального, но приближения к цели. Сталин собирался создать в Москве Православный Константинополь, который бы считался столь же значимым центром как Ортодоксальный Константинополь или Католический Рим.
Попытки сделать Москву центром православия Сталин оставил в 1948 году, когда Константинопольский Патриарх Максим, ушёл по собственному желанию в отставку.
Со смертью Сталина дела «Третьего Рима» стали и вовсе плохи. Потеряв контроль над властью, адепты «Третьего Рима» не нашли лучшей идеи, чем дать Красной Империи развалиться. Вернуть былую славу идеологическому проекту сегодня поручили новому Сталину, которого венчали на царство в 2004 и с тех пор он, в попытке вернуть «Третьему Риму» мифическую славу и величие, напал на Украину. Но, это уже другая история…
