За последние месяцы среди политического истеблишмента Вашингтона и Брюсселя сложился беспрецедентный консенсус в отношении режима Путина. Очередной раунд санкций неизбежен.
Однако чтобы сделать санкции по-настоящему эффективными, Запад должен направить их против коррумпированных российских олигархов, поддерживающих преступную систему в России. Эти меры очистят западные финансовые системы от криминальных активов, ослабят режим, а также будут поддержаны абсолютным большинством россиян.
18 марта 2014 года Владимир Путин выступил в Кремле с торжественной речью, посвященной де-факто аннексии Крыма Россией. В своем выступлении российский президент открыто использовал аргументы и риторические фигуры, хорошо знакомые западной публике по печально известной судетской речи Адольфа Гитлера. «Данциг был — и есть германский город. Коридор был — и есть германский. Обе эти территории по их культурному развитию принадлежат исключительно германскому народу», — говорил Гитлер в 1939 году. «В сердце, в сознании людей Крым всегда был и остается неотъемлемой частью России», — вторил ему Путин спустя 75 лет.
До этого момента, шокировавшего весь мир, режим Путина ограничивался разграблением внутри России, что позволяло Западу при необходимости закрывать глаза на происходящее. Клептократичная путинская элита — выходцы из спецслужб, легализованные криминальные группы и примкнувший к ним лояльный крупный бизнес — воровала у российских граждан, но предпочитала хранить и тратить украденное в условиях цивилизованного Запада, где законы надежно защищали их права на частную собственность и роскошный образ жизни. Открывая двери своих финансовых систем для щедрого потока российских активов, отмытых через многочисленные офшоры, западные элиты по сути выступали бенефициарами методичного выкачивания из России огромных средств — порядка одного триллиона долларов, по оценке Национального бюро экономических исследований.
К 2014 году, нарастив капиталы и влияние на Западе, путинская элита не остановилась на достигнутом и потребовала для себя особого статуса на международной арене — заключения новой «ялтинской сделки» и передела сфер влияния в мире.
Крымский прецедент, казалось, произвел на Западе отрезвляющий эффект. Евросоюз и США по очереди вводили экономические и персональные санкции против России, однако их воздействие поведение путинской элиты до сих является предметом горячих дебатов. Для окончательного пробуждения Запада и осознания угроз, исходящих от режима Путина, потребовалась санкционированная Кремлем масштабная кампания по вмешательству в президентские выборы США 2016 года.
Уже в январе 2017 года на рассмотрение Конгресса США был внесен закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (CAATSA), который в августе того же года был принят в обеих палатах почти единогласно. И в Вашингтоне, и в Москве закон воспринимался как необратимый механизм санации американской финансовой системы и ее очищения от криминальных русских активов. Следуя закону, финансовая разведка США должна была в течение 180 дней представить в Конгресс доклад об активах «политических фигур, тесно связанных с правящим в России режимом». Безусловно, все ключевые лица и их активы в США были установлены уже давно — оставалось только огласить публично их имена, а затем применить к ним давно существующие американские законы, касающиеся отмывания капиталов, нажитых преступным путем.
В середине ноября 2017 года Атлантический совет, влиятельный американский мозговой центр, подготовил для Конгресса и администрации США аналитический доклад «Как идентифицировать правящую элиту Кремля и ее агентов» (How to Identify the Kremlin Ruling Elite and its Agents), в котором был подчеркнут ключевой эффект предлагаемых санкционных мер: «данный процесс может привести к будущей заморозке активов коррумпированных лиц и запуску юридических процедур по возвращению российским гражданам украденных у них активов».
Однако этого не произошло. Как впоследствии стало известно, накануне публикации доклада Вашингтон посетила группа высших руководителей российских спецслужб. Директор Службы внешней разведки Сергей Нарышкин, глава ФСБ Александр Бортников и руководитель главного управления российского генштаба (ГРУ) Игорь Коробов (двое последних на тот момент находились под персональными санкциями) провели закрытую встречу с главой ЦРУ Майком Помпео якобы для обсуждения проблемы ИГИЛ. К тому времени так называемый «кремлевский доклад» (Kremlin Report) уже был согласован работавшими над ним ведомствами и подготовлен к передаче в Конгресс. Утром 30 января, когда доклад на исходе дедлайна был опубликован министерством финансов США, оказалось, что в последний момент в документ были внесены существенные изменения. Соответствующее решение было принято в Белом доме на высшем уровне.
Большинство наблюдателей саркастично назвали доклад «телефонной книгой администрации президента и правительства РФ». Проблема заключалась в том, что статья 241 CAATSA требовала от американской исполнительной власти не только представить список людей, «близких к режиму Владимира Путина и вовлеченных в его деяния», но и предоставить по каждому из них подробнейшую финансовую документацию, включая размер состояния, источники дохода, коррупционные схемы, собственность родственников, а также полный список всех активов, находящихся в юрисдикции США. Вся эта информация была перенесена в закрытую секретную часть доклада, что не позволяло использовать ее для дальнейших юридических процедур. В Москве 30 января вздохнули с глубоким облегчением. Трудно было не связать произошедшее с таинственным визитом трех руководителей российских спецслужб в Вашингтон.
И все же под давлением Конгресса 6 апреля 2018 года американский Минфин заморозил активы 24 представителей путинской элиты — 7 олигархов и 17 высокопоставленных чиновников. Все их финансовые активы, находившиеся в юрисдикции США, были заморожены, любые взаимодействия с ними запрещены. Однако спустя девять месяцев один из фигурантов этого списка, Олег Дерипаска, добился частичной отмены санкций, введенных против принадлежавшей ему энергометаллургической группы En+ (контролирует «Евросибэнерго» и «Русал»). Для этого бизнесмен отказался от контроля над своими активами. Поскольку «Русал» является одним из крупнейших в мире производителем первичного алюминия и глубоко интегрирован в международный бизнес, санкционирование его активов больно ударило по мировой алюминиевой отрасли, что в свою очередь отразилось на американской экономике, а как следствие — и на политике. Бизнес Дерипаски в США создавал рабочие места на заводах в штатах, являвшихся ключевыми для переизбрания Дональда Трампа. Среди владельцев пакетов акций En+ фигурировали влиятельные американские политики. После этого прецедента в санкционной борьбе США с российскими криминальными активами наступило затишье.
Однако в августе этого года режим Путина снова шокировал весь мир, попытавшись отравить лидера российской оппозиции Алексея Навального химическим оружием. Хотя кремлевская пропаганда продолжает все отрицать, разжигая беспрецедентную кампанию ненависти к Западу внутри России, расследование отравления, проведенное самим Навальным, не оставляют сомнений о глубоко преступной природе этого режима.
За последние месяцы в Вашингтоне сложился беспрецедентный консенсус политического истеблишмента в отношении режима Путина. Эту возможность необходимо правильно использовать. Выступая недавно в Европарламенте, Алексей Навальный призвал западных лидеров сосредоточить санкционные меры на наиболее одиозных российских олигархах, являющихся важнейшей опорой режима. Ранее Навальный совершенно справедливо отмечал, что для «нормального человека и Дерипаска, и Вексельберг, и Ротенберги, и Шамаловы — враги России и ее народа».
Это суждение разделяют, вероятно, 99% населения России. И каждое расширение «кремлевского списка» будет встречаться единодушным одобрением большинства россиян. Вашингтону стоит воспользоваться этим преимуществом — санкционировать крупных олигархов, оказывая огромное психологическое и политическое давление на режим Путина и одновременно вызывая массовый благожелательный отклик россиян.
Режим Путина развернул полноценную гибридную войну против Запада. Медлительность и попустительство западных элит позволили Путину совершить ряд тактических побед, однако Запад может выиграть эту войну, если он ясно покажет, что противостоит не России и россиянам, а кремлевской клептократии, ограбившей и унизившей собственный народ. Еще не поздно кардинально изменить ситуацию и, строго следуя собственному законодательству, арестовать огромные активы путинской элиты, чтобы затем передать их законному владельцу — первому посткриминальному правительству России.
