После унизительного уничтожения отрядов ЧВК «Вагнер» у завода «Коноко» в Сирии российское государство принялось купировать и глушить эту очень неприятную накануне выборов Путина тему.
Будет неточным сказать, что это проблема одного Кремля, Лаврова или ФСБ. Для «замыливания» разгрома в данном случае привлечены именно все ресурсы, которые есть в распоряжении всего государственного аппарата РФ, в том числе специфические.
Во-первых, бросается в глаза кампания полного информационного подавления. Ранее использование наемников достаточно подробно освещалось петербургским изданием «Фонтанка». Это был сливной рупор в рамках противостояния между главными российскими спецслужбами – ГРУ и ФСБ.
Однако в этот раз видно, что сирийское ЧП – слишком деликатная тема, чтобы ее можно было использовать для взаимной компрометации спецслужб и всей путинской политики перед широкими массами.
Несмотря на то, что ранее «Фонтанка» без проблем получала доступ к информации о деятельности наемников в Сирии, и их дальнейших проблемах с ФСБ дома, в этот раз питерское издание не сообщило никаких инсайдов. И это при том, что сотни раненых привезли именно в питерские больницы.
Однако ФСБ удалось эффективно ограничить любой доступ к ним. По факту, на сегодняшний день удалось установить не более десятка имен погибших в Сирии боевиков-наемников. И эти имена всплыли в основном в российском захолустье, где видно местные оперативники ФСБ неответственно отнеслись к вопросу.
Можно поверить в версию, что тела погибших действительно будут еще месяц держать в холодильниках моргов, и они будут переданы для захоронения родственникам только после выборов Путина, намеченных на 18 марта этого года.
Во-вторых, МИД РФ начал признавать то, что уже нельзя утаивать, поскольку это уже невозможно отрицать. Пресс-секретарь МИД РФ Мария Захарова сквозь зубы и с привычной неконтролируемой, а также неприкрытой нервозностью, признала на брифинге наличие только 5 погибших в Сирии россиян.
Очевидно, чтобы полностью уйти от этой темы и отвлечь на другое, в ведомстве Лаврова придумали вытащить на свет дело двухлетней давности о контрабанде российскими дипломатами 400 кг кокаина из Аргентины в РФ с использованием дипломатической почты, выдав его за «совместную» успешную операцию аргентинских и российских правоохранителей и забив этой версией все эфиры федеральных каналов и новостные ленты.
Для Лаврова это очень удобная тема для перебрасывания камня из своего огорода в огород ФСБ. В деле контрабанды кокаина в официальной версии МИД РФ является образцом законопослушания и бдительности, а виновниками-стрелочниками – временные сотрудники.
«Стрелочник» – это классический русский формат назначения козла отпущения. Но в этом случае можно подозревать и не менее классический формат – «ихтамнет», хотя он уже более советский.
Это – заготовка Лаврова для прессы, которая должна заставить отстать от собственно МИДа и сфокусироваться на непосредственных исполнителях попытки контрабанды кокаина. В частности, на возможной их причастности к российским спецслужбам – ГРУ или ФСБ.
Не секрет, что под крышами советских и российских посольств действовали шпионы под прикрытием. Во время Путина офицеры ФСБ вообще полностью вытеснили собственно, как чистых мидовцев, так и сотрудников СВР под прикрытием, и поставили их условия жизни и работы даже не в условия зоопарка, а скорее вивария.
Не секрет так же, что дипломатический статус и иммунитет открывает неограниченные возможности для ведения международной преступной деятельности, в частности, контрабанды наркотиков. И следует обязательно добавить, что контрабанда наркотиков – это очень старая схема зарабатывания валюты еще советскими спецслужбами, санкционированная секретными распоряжениями самого Политбюро ЦК КПСС в середине 70-х.
Контрабанда наркотиков в советское время была прерогативой ГРУ, однако с самого начала 90-х на эту «тему» сели собственно офицеры КГБ. В том числе и лично Путин во время своей работы в мэрии Санкт-Петербурга. Причем в его распоряжении были уже и целые легионы организованной преступности, которую КГБ спустил с цепи для зарабатывания быстрых денег на всех видах законных и преступных схем.
Надо признать, что у Лаврова отлично придумали вытащить уже архивное дело о контрабанде аргентинского кокаина для отбеливания репутации страны и отвлечения от скандальной темы с «Вагнером».
Более того, именно ведомство Лаврова вовлечено в оформление похоронок и сопровождение фарша из «ихтамнетов», а поэтому объективно располагает самой точной и задокументированной информацией о количестве погибших, их установочных данных, месте гибели и причинах смерти. Но по понятным причинам у Лаврова предпочли бы комментировать более удобные темы – вроде аргентинского кокаина. Тем более, что легендированию посольского наркобарона пусть и в лысеющего, пусть и в российского гражданина, но с украинскими корнями и гейропейской пропиской, можно аплодировать стоя. И директор Департамента информации и печати МИД РФ может по этому поводу далеко не один брифинг «насухую» дать…
Ведомство Шойгу придерживается похожей информационной стратегии. Только вместо кокаина для медийного отвлечения было решено использовать новые секретные самолеты Су-57, которые пригнали в Сирию специально посреди белого дня и с помпой, чтобы они обязательно попали на камеры и стали главным информационным поводом.
Су-57 является полностью «сырой» машиной, как и всем уже известная «Армата», где работы над комплексом вооружения находятся в лучшем случае на ранней стадии. Об испытании в боевых условиях тоже можно говорить только весьма условно – в феврале в Сирии слишком курортная погода, чтобы можно было делать какие-то выводы о поведении техники в жарком климате. Но свою главную задачу – отвлечь от Вагнера, «сушки» уже выполнили.
Так же функцию отвлечения от «Вагнера» летчики Шойгу выполняют и на усиленных бомбардировках Восточной Гуты, которые заставляют говорить о массовых гражданских жертвах, в том числе детях, и разрушениях вместо гибели наемников на восточном берегу Евфрата.
Труднее всего сейчас самому Путину. Путин почти месяц не появлялся на людях. Он исчез из эфира с момента гибели майора Филиппова. Ни гибель майора, ни авиакатастрофа Ан-148, ни разгром «Вагнера» не стали поводом для выхода Путина в телевизор с личными комментариями и обращением.
Но Путин не мог пропустить реально важное событие в его системе координат – юбилей корпорации «Газпром», который Владимир Владимирович все-таки удостоил личным посещением. После этого больше ничего не надо говорить о том, что является важным для Путина.
Однако для Путина остается главный неприятный момент, который изначально был очевиден – это личное одобрение операции ЧВК «Вагнера» против американцев. Ситуация почти полностью аналогична с 2014 годом, когда принималось решение о переброске ЗРК «Бук» на Донбасс, результатом чего стала гибель сотен пассажиров рейса МН-17 «Малазийских авиалиний».
Разница только в том, что в Сирии погибли уже сами россияне. Причем примерно в том же количестве, что и пассажиров «Боинга». В обоих случаях именно Путин давал лично приказ на проведение этих операций в тайном и «гибридном» формате, которые давали бы иллюзорную и формальную возможность отрицать прямую связь с российским государством, а значит – и уклоняться от юридической ответственности.
В случае с американцами нападение находящихся на действительной военной службе граждан России означало бы не более и не менее, как объявление войны США. Поскольку российское военное и политическое руководство прекрасно знали, что на заводе «Коноко» находятся военнослужащие США, нападение на которых является нападением на государство США.
Путин решил не заходить так далеко, поэтому санкционировал только применение наемников, и только без поддержки и участия официальных российских военнослужащих – то есть боевой авиации, принадлежность которой к российскому государству невозможно было бы отрицать.
Американцы, несмотря на развернутую россиянами информационную кампанию даже в американских СМИ, знают, что это было именно так, и что операция ЧВК «Вагнера» не была ни личной инициативой начальника оперативного отдела ЧВК, ни самого главного «повара» Путина Пригожина, ни еще кого-то.
Но американцы до сих пор не знают, как это публично комментировать и как на это официально реагировать. В истории США был только один случай, когда с американцами одновременно вели мирные переговоры, и планировали военное нападение на них. Речь идет о нападении на Перл-Харбор, которое готовилось именно во время мирных переговоров между Японией и США.
В случае с «Вагнером» ситуация полностью аналогичная – Путин планировал нападение ЧВК «Вагнера» именно во время пребывания руководителей главных российских спецслужб на переговорах в США.
