Віктор Бобиренко
Феномен «черного августа» продолжает преследовать Россию. Кто-то смело возразит, что Путин смог переломить печальную тенденцию. Теперь каждый месяц в стране чернее предыдущего, а потому проклятой можно назвать уже всю текущую эпоху, а не только августовскую аномалию. Но россиян, привыкших за 22 года не жить, тяжело чем-то удивить, однако верхушка старательно работает над все новыми и новыми шоками для «глубинного народа».
Августовские беды, порожденные то ли отпускной расхлябанностью, то ли критическим сезонным падением деловой активности, а может, просто вспышками на солнце и грозовыми облаками, – всегда повод изрядно напрячься для кремлевских воротил. Это тот месяц, когда природа и общество сами, без особой помощи правительства, организуют хоррор.
В копилке российских бед восьмого месяца – события ГКЧП, похоронившие обожаемый Путиным СССР. Здесь же крах пирамиды МММ, банковский коллапс 1995 года и дефолт 1998. Техногенные и природные катастрофы также не отстают: падения самолетов, аварии поездов, пожар на Останкинской башне, катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС, взрывы складов, лесные пожары, наводнения.
Август как магнитом притягивает военные катастрофы для росармии: захват ВС Ичкерии Грозного в 1996, вторжение чеченских ополченцев в Дагестан и начало второй чеченской войны,
катастрофа Ми-26 над Ханкалой, забравшая 127 жизней. Список можно продолжать и продолжать. Особое место в нем принадлежит гибели АПЛ «Курск» и всего экипажа из 118 подводников.
После 12 августа 2000 года Россия увидела Путина, которому плевать на людей, ведь подумаешь: подводная лодка просто «утонула». До сих пор реальные причины трагедии остаются под грифом «секретно», а версии, скормленные публике, походят на плохие отмазки.
Между тем после «Курска» начался открытый авторитарный поворот и закручивание гаек по части свободы слова. Тогда были лишь цветочки, а теперь – ягодки. Шумиха вокруг «Курска» испугала Путина, а потому было принято решение строить непроницаемый пропагандистский частокол. Кто сейчас помнит о гибели атомохода К-159 в Баренцевом море в 2003 году или о взрыве ядерной ракеты «Буревестник» в Неноксе в 2019 году? На лицо информационная пелена.
Вот и сейчас, в ходе пресловутой «спецоперации», где по признанию пропагандистки Симоньян все же «твоя армия воюет», россияне не владеют подлинной картиной потерь. Из каждого утюга твердят: все идёт по плану, но в это не верит никто. Наоборот, пугает картина, когда Путин проводит в дни «СВО» чистку армии и отстраняет от дел министра обороны Шойгу, главу Генштаба Герасимова, а вместе с ними – 40% высшего комсостава.
Аналогичные шаги предпринимал Сталин после тотального краха РККА летом 1941 года! Получается, что все обстоит хуже некуда.
Переломным моментом невойны во многих смыслах стали инциденты со взрывами 9 августа на военном аэродроме «Саки» (Новофедоровка) во временно оккупированном Крыму. В результате серии взрывов были уничтожены или повреждены около дюжины «Сушек». Ущерб нанесен множеству объектов наземной инфраструктуры. Нельзя исключать гибели большого числа пилотов. По своим масштабам инцидент является самой крупной разовой потерей ВС РФ авиатехники со времён Второй мировой войны. Что особенно досадно – все случилось перед Днём ВВС РФ. Теперь август стал черным и для росавиации.
Но в Минобороны тишина. Никто не хочет сообщить реальный объем потерь, и их причины. Версий великое множество: от удара неизвестным типом ракет до действий украинских ДРГ в Крыму. Все варианты будоражат умы, и дают однозначный ответ о грядущей судьбе полуострова.
То, что Путин после крымских взрывов отправил в отставку командующего ЧФ Игоря Осипова, говорит, что «Саки» – куда более масштабная трагедия, чем гибель крейсера «Москва». Такой он – август-диверсант. И он ещё только начался, а значит, болезненные шоки для россиян лишь на подходе.
