Комитет Сената США по международным делам поддержал введение санкций против строящегося газопровода «Северный поток — 2».
Это же решение фактически вводит санкции и против другого российского «альтернативного» трубопровода — «Турецкого потока» — в части, которая касается украинского транзита. Решено, что санкции коснутся всех участников строительства «Северного потока — 2». Их активы, которые находятся в американской юрисдикции, должны быть заморожены, им самим запрещен въезд на территорию Соединенных Штатов.
Это один из первых шагов на пути к столь серьезным санкциям. В дальнейшем за санкционные поправки должны проголосовать Сенат и Палата представителей, закон должен быть подписан президентом США. Однако в данном конкретном случае интересы конгрессменов, которые стараются ограничить энергетический диктат России, и интересы Дональда Трампа, старающегося увеличить продажи американского газа в Европу, практически совпадают. Трамп не раз и не два предупреждал европейские правительства, и прежде всего руководство Германии, об опасности наращивания энергетического сотрудничества с Москвой. Однако европейские лидеры, нередко упрекавшие американского президента в слишком снисходительном отношении к Владимиру Путину, этих предупреждений предпочитали не замечать. Или просто делано обижались на неловкого американца, не уважающего их суверенитета.
Тем не менее опасность завершения строительства альтернативных российских трубопроводов и отказа Москвы от украинского транзита очевидна. И это не только потеря Киевом бюджетных доходов — это как раз не самое страшное, напротив, потеря доходов может заставить западных кредиторов быть более жесткими с украинским руководством, а само это руководство — провести необходимые экономические реформы и раз и навсегда забыть о «хотелках» собственного населения, на которые просто не будет денег.
Самое опасное в российских трубопроводах — не деньги, а война. Москва до последнего времени удерживалась от широкомасштабных военных действий на украинской территории просто потому, что не хотела рисковать энергетическим транзитом и своими обязательствами перед европейцами. Понятно, что настоящая война с использованием авиации и танков может в любой момент сказаться на «трубе», даже если не будет конкретного намерения ее уничтожить и стороны будут пытаться воевать так, чтобы не затронуть газовый маршрут. Но просчитать военные действия до километра не удавалось еще никому. Кроме того, большая война — это всегда хаос, радикализация настроений, отчаянные действия. Если Украина будет проигрывать такую войну — а выиграть ее она вряд ли сможет, — у украинского руководства может возникнуть естественное искушение самому остановить транзит, чтобы заставить Запад вспомнить об Украине и вести себя решительнее. И в Москве это прекрасно понимают. Потому и строят новые трубопроводы — чтобы в дни войны Киев не мог никого шантажировать остановкой транзита, чтобы он был беспомощен.
Европейцы, и в особенности представители немецких властей, ни о чем таком слышать не хотят. По непонятным причинам они убедили себя, что Путин никогда не решится на большую войну, что она ему невыгодна, что он может достичь своих целей и с помощью «гибридной» войны. Такое впечатление, что все эти люди живут в голове у Путина! А ведь до 2014 года они и в «гибридную» войну не верили, не верили, что Путин пойдет на аннексию Крыма, а потом — что он вторгнется на украинский материк! Но все это произошло.
И большая война может произойти. Украинская газотранспортная система — один из немногих факторов, эту войну предотвращающих. А строительство новых «потоков» — один из многих факторов, эту войну приближающих. Европейцы это строительство остановить не только не могут, но и не хотят (хотя датчане, нужно отдать им должное, очень стараются).
А у американцев еще есть шанс.
