Сегодня мы с вами, пользуясь открытыми источниками и вышедшей «Белой Книгой»-2018 попробуем проанализировать военную реформу Украины в прошедшем году.
Куда мы движемся? Как быстро? Почему так, а не иначе? В этот раз без шуток про «борошна нашого народу» и минимумом громких слов — цифры максимально говорят о текущих делах и без художественных образов. Ссылка на документ. Каждый может проверить факты лично и оспорить выводы в статье, если посчитает нужным.
Учения Сухопутных войск — 29 бригадных учений, 182 батальонных. Личный состав максимально мотивируют проходить сколачивание и подготовку в составе батальонов, при помощи недавно введённых премий в 3000 грн по результатам работы на полигоне. Ещё и потому, что после деплоймента ехать не домой в отпуск, а на поля «Шри-Ланки», где неделями глотать пыль и умирать на жаре, нелегко — это нужно даже для того, чтобы сохранять мотивированный костяк. Высокий уровень подготовки, практически по 2 на батальон, и сколачивание почти каждой бригады, выдвигающейся на ротацию, — выше, чем в 2017 году. Даже при СССР с его бюджетами такого уровня боевой подготовки достигали только некоторые «придворные» дивизии и подразделения ГСВГ. В группе советских войск в Германии, например, за 1970 год проведено 216 батальонных учений, а это были войска высокой степени готовности, которые должны были противостоять НАТО, пока не закончится 45 суток мобилизации по стране. По-прежнему больше учений, чем у РФ в среднем по больнице, — уже несколько лет подряд.
Учения подразделений морской пехоты — запланированные два бригадных учения не провели, батальонных 21 при плане в 32. Причина на поверхности — на формирование 140-го отдельного разведывательного батальона и 35-й бригады отвлекались подразделения 36-й бригады в качестве «ядра». А так как морпехам нужно было помимо ротаций обустраивать ППД и привлекать в принципе небольшой наряд сил на формирование новых частей (в 2019 году планируется еще 2 бригады), то результат вполне логичный. Но подразделения береговой обороны и зенитная часть флота — жизненно необходимы для контроля побережья, поэтому организационные вопросы влияют на результаты учебного года.
Резерв — вырос со 170 до 200 тысяч. Тут не только люди с боевым опытом в первой очереди, но и просто годные по здоровью и прошедшие переподготовку по ВУС, плюс контракты резервиста — все оптом. Если учесть, что в сборах ОР-1 во время военного положения за месяц принимало участие до 40 тысяч человек, а всего, по словам Муженко, в 2018 году в той или иной форме (от резервистов в территориальной обороне до офицеров запаса) из резерва привлекали до 80 тысяч персонала — хороший прогресс. Далеко от идеала для 40-миллионной страны, но достаточно оптимистично от наших позиций несколько лет назад.
Налёт авиации — армейская авиация 62 часа на человека, ВВС — 39 часов на человека. Рост на 10 часов у АА, несмотря на то, что достаточно много бортов передавалось, и обучались активно новые пилоты. А у ВВС как раз опустилось на эти же 10 часов, почти до уровня 2014 года. Значит, тенденция — это не экономия на фоне роста количества бортов. Выходит, у ВВС поддерживается минимальный уровень налёта, чтобы экономить ресурс самих планеров и двигателей в самолётах, самые молодые из которых — 1989 года. В общем, когда мы пишем, что Украину ждёт весьма трудная и дорогая замена 100+ истребителей в ближайшие 6-8 лет — это не научная фантастика и не гадание пальцем в небо — это факты. У вероятного противника налёт в среднем 70+часов — конечно, это не как у НАТО по 140, но и не 40-50 как в Украине.
Новые части — реактивная бригада в сухопутке, танковый батальон и ОРБ в ДШВ, 3 зенитно-ракетных дивизиона в ВВС. С реакторами понятно — 107-й полк реорганизован в бригаду, куда будут идти восстановленные «Смерчи» с хранения и проект «Ольха», длинная рука Генерального штаба, подразделение оперативно-тактического уровня. 3 ЗРДН подняли с хранения из травы, кроме того, восстановленные комплексы начали помимо штата отправлять в резерв командования — впервые за многие месяцы у нас железо начало обгонять возможности подготовки расчётов и просто штат подразделений.
БПЛА — передано в войска 75. «Sparrow», «Спектратор», «Лелека», «Фурия». Очень крутая цифра, для ВСУ это гигантский шаг вперёд. Для примера, у Войска Польского состоянием на 2016 год порядка 100+ БПЛА, из которых часть производства США и Израиля. При даже текущей разнице в бюджетах втрое, ещё несколько лет назад мы не производили беспилотные аппараты вовсе, и для Украины — это прогресс, который нельзя не отметить. В связке с 13 контрбатарейными радарами США 75 БПЛА + поставки «Воронов» это те самые РОК — разведывательно-огневые комплексы, позволяющие вести как контрбатарейную борьбу, так и пополнять запасы видео с приходами по машинам снабжения и опорным пунктам противника.
ПТРК — 200 пусковых юнитов и 1902 ракеты. Противотанкисты в каждой бригаде и ракетные ударные группы у разведчиков и СПН получают новые пусковые. Растёт плотность постсоветских ракетных комплексов в боевых порядках на фоне отгрузки «Стугны» и «Корсара». Производство увеличено в разы — 2-3 тысячи ракет и сотни пусковых отправлено на экспорт минимум в 12 стран мира. Это дало возможность, помимо притока валюты, обновить станочный парк, и теперь если нам понадобится максимум ракет за период в 12 месяцев — в 2018 году «Луч» со смежниками смог в 6000 штук. Для экспорта или для купирования большой войны мы получили мощный задел по второму поколению переносных комплексов, вертолётных и корабельных «ПТУР» и неуправляемым ракетам.
Самолёты — 14 единиц в войска с хранения и модернизация уже летающих. 12 истребителей Су-27 и Ми-29, 3 штурмовика «грача» и Су-24 в ударном и разведывательном варианте. Плюс учебные «эльки» и транспортная авиация — 6+2+1. Постепенное доведение Миг-21 до модификации МУ-1, работа с МУ-2 по высокоточному оружию. Ничего сверхъестественного, но мы удерживаем рост числа боеготовых бортов, несмотря на проблемы с запчастями и ресурсом. На воздушное наступление не хватит, но под прикрытием ПВО не дать захватить небо над ТВД — вполне.
Бронетранспортёры — 21 штука ушли в войска. Всех — санитарных модификаций, БРЭМ, командирских машин. Если в ближайшее время не закончим клоунаду с приёмом, сертификацией брони и истериками по поводу, кто получит ГОЗ — Лозовая или Харьков, то в обозримом будущем будем умирать финансово и организационно, меняя сотни «БТР-70» и «копеек». 50–80 машин в год это абсолютный минимум, который необходим для Украины.
Станции постановки помех — 18, комплексы РЭБ с БПЛА–13, комплексы радиотехнического контроля. А это мы сформировали под шумок целый батальон радиоэлектронной борьбы. И основной начинкой в нём французская техника от «Thales» — РТР-сканеры, беспилотники, работающие по УКВ связи, и постановщики помех. Смешанный батальон РЭБ с французскими станциями и дронами, способными душить электронику противника, контракты «Искры» с французами на локализацию и Р-330КВ1М «Мандат» уже серийно и в строю. Вкусно, очень вкусно.
Пехотные огнемёты — 618 штук. РПО «А» «Шмель» с хранения — им проведено ТО, заменены пороховые двигатели, отстреляна контрольная партия. Слава дедам и экономии, первые подтверждённые пуски и летающие на видео огневые точки уже в свободном доступе.
РЛС-31. Модернизации станций и техническое сопряжение их с «Буками» и «трёхсотками». Оцифровка, трёхкоординатные решетки и сведение модернизированных комплексов с АСУ «Ореанда» и командными пунктами ПВО. На сегодня у нас свыше 300 работающих радиолокационных станций, самое плотное покрытие РЛС полем в Восточной Европе и одно из самых плотных в мире.
Бронетанковая техника — 101 танк и БРЭМ. Модернизация тепловизорами, системами навигации и цифровыми рациями, снятие с хранения и комплектование уже не только корпуса резерва, но и новых подразделений у ДШВ и формирующегося танкового батальона для ОК «Север».
Краткие итоги. В 2018 году Украина потратила на все силовые структуры и оборону 4.8 млрд долларов — абсолютный рекорд за годы Независимости. В войска пошли первые пакеты «Ольхи» и восстановленные РС к «Смерчу». Началась работа над производством боеприпасов — от 60-мм мин до 152-мм снарядов, неуправляемые ракеты, высокоточные снаряды. В ВСУ рекорд по закупкам автомобилей — 685 машин, почти сколько же, сколько за 16-17 годы. 120 санитарных автомобилей и БТР всех уровней. Идёт масштабное инфраструктурное строительство — 483 объекта, не только казармы и столовые, но и модули для хранения боеприпасов.
Ну и «по мелочи» там — пуски «Нептуна», испытания корректируемых авиационных бомб, комплексы против БПЛА, постановка в строй «Торов» и С-300 В. 2018 год — абсолютный рекорд как по номенклатуре, так и по количеству переданной техники. Несколько долговременных программ и несколько программ, выстреливших с прошлых годов. Впервые серия, впервые системная работа, а не только хранение и консервация, серьёзные подвижки по ПВО и высокоточному оружию. До момента написания «Белой книги 2019» осталось месяцев семь — совсем скоро мы все увидим, как идут дела при новой каденции. По принятому бюджету есть все перспективы для оптимизма. Пока же — все достижения и провалы в свободном доступе, читаем и анализируем.
