Одним из наиболее наглядных проявлений полного краха широко разрекламированной в 2000-е годы «стабильности» стал так называемый «совокупный финансовый результат» российских предприятий, представляющий собой сальдо прибылей и убытков по всем предприятиям, за исключением малого бизнеса, банков, страховых компаний и бюджетных организаций.
Михаил Делягин
Несовершенство этого показателя понятно: с одной стороны, он не носит всеобщего характера, с другой — российские бизнесмены, как правило (и особенно в условиях кризиса, когда привлечение внешних капиталов стало невозможным), занижают прибыль, руководствуясь принципом еще 90-х годов «высокая прибыль — это не хороший бизнес, но плохой бухгалтер».
Однако масштабы изменения его динамики намного превышают все возможные погрешности.
Совокупный финансовый результат российских предприятий в I квартале 2008 года вырос по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 17.2%, а во II квартале (в основном из-за взлета цен на нефть) — 61,3%. Однако уже в III квартале из-за начала кризиса совокупный финансовый результат оказался на 2,5% ниже прошлогоднего. В октябре же 2008 года совокупный финансовый результат составил лишь 63,4 млрд.руб. по сравнению с 532,1 млрд.руб. в октябре 2007 года, то есть упал в 8,4 раза. В ноябре ситуация чуть улучшилась — совокупный финансовый результат вырос до 73,3 млрд.руб., сократив отставание от прошлогоднего до 6,9 раз, однако в декабре ситуация качественно переломилась: совокупный убыток российских предприятий превысил их совокупную прибыль аж на 581,3 млрд.руб. — при том, что в декабре 2007 года совокупный финансовый результат был не просто положительным, но составлял 1.169,5 млрд.руб.!
В результате в IV квартале 2008 года российская экономика работала «в убыток»: превышение убытков над прибылями составило 442,2 млрд.руб., а годовой финансовый результат 2008 года (4,0 трлн.руб.) оказался ниже прошлогоднего на 30,4% — а с учетом общего роста цен в экономике снижение составило около 40%!
Основная часть «чистого убытка» — 374,8 млрд.руб. по итогам IV квартала — сконцентрирована в торговле и ремонте техники; совокупный убыток обрабатывающей промышленности составил 115,8 млрд.руб., добычи топливо-энергетических полезных ископаемых — 69,6 млрд.руб., железнодорожного транспорта — 20,2 млрд.руб. и, наконец, рыболовства и рыбоводства — 1,3 млрд.руб..
При этом некоторые отрасли — по-видимому, злоупотребляя монопольным положением — существенно улучшили свое финансовое положение именно в это бедственное время. Так, производство и распределение электроэнергии, газа и воды, закончившее II квартал с совокупным убытком в 3.4, а III квартал — уже 41,9 млрд.руб., в IV квартале полностью вернуло упущенное и обеспечило превышение прибылей над убытками в размере 68,2 млрд.руб. (лишь на 4,0% меньше уровня IV квартала 2007 года).
Управление же эксплуатацией жилищного фонда получило в IV квартале относительно небольшой совокупный финансовый результат — лишь +0,3 млрд.руб.. Однако он оказался в 9,0 раза выше уровня аналогичного периода прошлого года, что трудно трактовать иначе, как результат сознательных злоупотреблений реформаторов в жилищно-коммунальной сфере.
Характерно, что, если за 2008 год совокупная прибыль снизилась (в номинальном выражении, то есть без учета роста цен) лишь на 10.2%, то совокупный убыток подскочил в 4,7 раза. При этом он оказался достаточно жестко локализован в ограниченном круге юридических лиц, проваливающихся все глубже, так как доля убыточных предприятий выросла в 2008 году незначительно — лишь до 25,2% по сравнению с 23,4%.
Тем не менее, в 2008 году Россия начала работать себе в убыток, даже с учетом погрешности совокупного финансового результата как статистического показателя. В самом деле: финансовое положение страхового бизнеса в целом плачевно, банковскую систему государству пришлось спасать, и она до сих пор прямо зависит от его поддержки, положение малого бизнеса как минимум не улучшилось, а бюджетные организации в принципе не генерируют прибыль. Склонность к сокрытию прибыли от налогообложения, конечно, повысилась в результате кризиса, но все же не настолько, чтобы за один только IV квартал скрыть дополнительно более 400 млрд.руб.; кроме того, налоговые органы проявляют повышенный интерес к убыточным предприятиям (вероятно, это является одной из причин незначительного роста их числа: корпорации предпочитают «вешать убытки» всей своей деятельности на одно предприятие просто для ограничения налоговых проблем.
Превращение России в убыточную страну знаменует собой не просто полный крах натужных пропагандистских заверений о «прочной стабильности», «модернизации и конкурентоспособности», «поднимания с колен» и так далее.
Превращение России в убыточную страну знаменует собой крах всей социально-экономической модели, заботливо выстраиваемой в 2000-е годы, и делает не просто неизбежным, но и достаточно близким крах политического режима, создавшего эту заведомо нежизнеспособную модель.
При этом новая пропагандистская мантра о том, что сокращение доходов приведет к оздоровлению экономики и политики, стоит не больше, чем предыдущая, по которой «нефть будет дорогой всегда, поэтому у нас всегда будет денег, сколько надо, поэтому мы всегда будем делать все, что хотим».
Мы прекрасно помним, в том числе по 90-м годам, из которых вышла основная часть правящей и владеющей нашей страной клептократии, что рост убытков не только не снижает общий уровень воровства, но, напротив, через небольшое время начинает даже подстегивать его. Одни, как некогда светские директора, воруют «от отчаяния», другие, как «эффективные менеджеры» — в трезвом понимании, что воровать скоро станет совсем нечего.
Кроме того, не стоит забывать, что коррупция, насколько можно судить, является подлинной основой государственного строя, заботливо созданного в нашей стране в 2000-е годы, и никакие экономические убытки не позволят сломать этот государственный строй его же собственным элементам.
Он рухнет сам, под грузом собственной чудовищной неэффективности, — и задача ответственной части нашего общества заключается в том, чтобы сначала не дать России погибнуть под его обломками, а затем, оздоровив государство, начать комплексную модернизацию экономики и общества.
Михаил Делягин
