Государственный секретарь Хиллари Клинтон встретилась в швейцарской Женеве со своим российским коллегой Сергеем Лавровым. Повестка дня включала переговоры о контроле над вооружениями и НАТО. Но в центре всеобщего внимания должно быть тайное письмо, недавно направленное президентом Бараком Обамой президенту России Дмитрию Медведеву. О нем сообщила на этой неделе New York Times, отметив, что в письме Обамы содержалось предложение "отказаться от развертывания новой системы противоракетной обороны в Восточной Европе" в обмен на помощь Москвы в предотвращении "разработки Ираном систем вооружения большой дальности".
Это нельзя назвать здравым мышлением. Громкие протесты России против системы ПРО никогда не были связаны с реальными стратегическими опасениями. Они всегда были уловкой, призванной отвлечь внимание от реальных вопросов.
Сохранение власти для Путина, занимающего в настоящее время пост премьер-министра России, во многом обусловлено доходами от продажи нефти. В его интересах нагнетать напряженность на Ближнем Востоке с целью повышения глобальных цен на нефть. США не могут сделать ничего для того, чтобы Россия Путина прекратила вооружать ближневосточных террористов и помогать Ирану в осуществлении ядерной программы.
Помимо тайных писем от администрации Обамы исходят и другие тревожные сигналы. Один из них был дан на прошлой неделе в Японии, где государственный секретарь Клинтон говорила о трех столпах национальной безопасности США. Ими она считает оборону, дипломатию и развитие. Но в этом списке нет демократии. Безусловно, такое упущение радует Путина.
Еще один тревожный сигнал поступил в феврале из немецкого Мюнхена, где вице-президент Джо Байден говорил о необходимости "нажать кнопку перезагрузки" в отношениях Америки с Россией. Но перезагрузка не заставит Путина вести себя ответственно на мировой арене. Она лишь сокроет на время пагубный и заразный вирус российского авторитаризма.
Пока Кремлю предлагаются эти сделки и протягиваются оливковые ветви, имеется масса доказательств того, что путинский режим катится к краху. Один из признаков: Россия укрепляет свои силы безопасности для жестокого подавления общественных протестов. Например, в феврале режим создал "Национальный центр управления в кризисных ситуациях", который будет направлять бойцов в форме на подавление "беспорядков".
Вероятно, этого будет недостаточно для того, чтобы загасить общественное недовольство. Протесты в России ширятся потому, что многих избирателей фальсификация выборов не волновала до тех пор, пока они не ощутили на себе результаты инфляции. Время иллюзорного экономического благосостояния рядовых россиян подошло к концу.
Между тем, из российского Фонда национального благосостояния, дублирующего государственную пенсионную систему, изымаются средства для поддержки монополистических концернов, принадлежащих ближайшим союзникам Путина. Таким олигархам, как Олег Дерипаска, Сергей Чемезов или Роман Абрамович, передаются миллиарды — эти деньги идут на обслуживание долга, а не развитие промышленности.
Теперь, когда худо приходится даже миллиардерам, этого может быть недостаточно для того, чтобы остановить спад. По данным журнала "Финанс", в прошлом году число российских миллиардеров сократилось вдвое — со 101 до 49. Многие из оставшихся, возможно, являются миллиардерами только на бумаге; похоже, что долги многих из них превышают активы. Возможно, именно поэтому Путин на Всемирном экономическом форуме в Давосе призывал к списанию задолженностей.
Следует также принять во внимание, что только что Кремль подписал с Китаем контракт о продаже нефти по фантастически низкой цене (менее 20 долларов за баррель) на 20 лет в обмен на кредит в 25 миллиардов долларов. Сильные страны заключают такие сделки только в том случае, если они отчаянно нуждаются в наличности. Происходящее в России — это гамбит за выживание коррумпированного режима. Вопрос заключается в том, будет ли Запад спасать российскую диктатуру или позволит ей пасть.
Кто-то может усомниться в хрупкости путинского правительства. Но в истории есть множество примеров того, как режимы, казалось бы, прочно стоявшие на ногах, быстро падали. В конце 1989 г. многие на Западе с удивлением наблюдали за "бархатной революцией" в Чехословакии. Другие не предвидели свержения тоталитарных режимов в Польше и Венгрии.
Путин и его союзники живут в страхе перед народным восстанием, поскольку оно вполне может привести их к банкротству, ссылке и даже тюрьме. Более того, для них желательно жестокое столкновение с воображаемым врагом ради получения националистической поддержки — возможно, прошлогодняя война с Грузией была лишь прелюдией.
Запад не должен поддаваться на соблазн поддержания теплых отношений с нынешними российскими властями. После многолетней преступной бесхозяйственности российская экономика распадается быстрее, чем экономики других промышленно развитых стран. Народное возмущение, которое приведет к смене режима, будет связано с осознанием общественностью того, что российская экономика находится в худшей форме, чем экономика других развитых стран.
Действительно, в России уже нет табу на открытое обсуждение послепутинской эпохи — даже среди тех, кто лояльно настроен по отношению к режиму. Зарубежные бизнесмены и политики, готовые к взаимодействию с Путиным, должны иметь в виду, что Путин, по всей видимости, вскоре выйдет из игры. И те сомнительные сделки, которые он и его друзья совершают от имени России ради собственной прибыли, не останутся неисследованными после их ухода.
Оригинал статьи опубликован в газете The Wall Street Journal, США
Гарри Каспаров
