Заявления японской стороны, ставящие под сомнение принадлежность Южного Сахалина, а также Курильских островов России, неприемлемы и наносят существенный ущерб двусторонним отношениям, заявил официальный представитель МИД РФ Андрей Нестеренко.
Андрей Нестеренко
"Совершенно очевидно, что такие заявления не способствуют совместной конструктивной работе по развитию российско-японского сотрудничества и наносят существенный ущерб общей позитивной атмосфере двусторонних отношений, доверию и добрососедству, без которых невозможно рассчитывать на урегулирование сложных вопросов, имеющихся в двусторонних отношениях, включая и проблематику мирного договора", — заявил Нестеренко.
27 февраля правительство Японии в ответе на запрос одного из депутатов японского парламента о том, не равнозначна ли поездка премьер-министра Таро Асо в Южно-Сахалинск признанию принадлежности Южного Сахалина России, отметило, что вопрос о принадлежности этой территории «окончательно не определен».
При условии признания суверенитета Японии над Итурупом, Кунаширом, Шикотаном и грядой Хабомаи она намерена проявить гибкость по поводу сроков и формы их фактического возвращения
Кроме того, в правительстве указали, что вояж Асо, как и учреждение генконсульства Японии в Южно-Сахалинске, «не оказывают влияния на вопрос о юридическом статусе Южного Сахалина». При этом, правда, кабинет министров оговорился, что после подписания Сан-францисского мирного договора в 1951 году Япония неправомочна давать разъяснения по поводу того, кому принадлежит эта территория.
От редакции: Как известно, исторические территориальные претензии — это совсем не то, что претензии какого-то определенного правительства. Скажем, претензии правительства Таро Асо могут быть связаны с внутриполитической ситуацией, скажем. падением рейтинга кабинета министров и необходимостью привлечь к себе симпатии электората.
Исторические претензии — это вещь объективная, не зависящая от сиюминутной коньюнктуры. Эти претензии могут жить десятки лет в латентном состоянии, но вновь и вновь активизироваться с наступлением благоприятной обстановки. Какими бы договорами не гарантировалась территориальная принадлежность Курил и Сахалина России, всегда, пока существует Япония, будут внутри японского общества существовать настроения, связанные с возвратом "северных территорий".
Разрешением подобных исторических претензий может быть только ликвидация одной из сторон конфликта. Скажем, ряд исторических претензий Австро-Венгрии самоликвидировались с исчезновением этой империи. И сегодня оживление исторических претензий к России со стороны ряда стран — Китая, Японии, Финляндии, Германии и даже Дании с Норвегией свидетельствуют о слабости Российской Федерации, ее кризису. Соседи ожидают распада и заранее готовятся "застолбить" участки.
Единственной гарантией от таких исторических претензий может стать только сила, а именно с этим у нынешней России большие проблемы. Касательно Курил и Сахалина — Тихоокеанский флот крайне ослаблен, состояние армии плачвное. Производственные мощности, расположенные на Дальнем Востоке, снабжают авиационной техникой вероятного противника, за счет чего только и выживают. Население сокращается, частично замещается китайцами и корейцами. Ясно, что Япония намекает, что когда Китай начнет раздел российского наследства, японские претензии должны быть удовлетворены — собственно, именно об этом речь, и ни о чем другом. Страна восходящего солнца просто "столбит участок".
А МИД РФ может сколь угодно долго высказывать возмущение: единственным адекватным дипломатическим ответом в таком случае могут быть только действия Министерства обороны. Но именно с этим у России большие проблемы. И соседям это прекрасно видно.
Анатолий Баранов
