Время, чтобы понять смысл грядущего дефолта, практически исчерпано

15

 Мир изменяется бесконечно. Нашим предшественникам было не менее тяжело воспринимать крах своего "прошлых миров", как и нам – крах нам знакомого.

Чтобы не вдаваться в дебри сравнения, приведу банальный пример: представьте себе, что программа тележурналиста Савика Шустера "Свобода слова" выходит в 20-е года 20-го века, а тема дискуссий – воспоминания о жестокостях до-столыпинской деревни, "достоевщина" в городских низах, уровень образованности побежденных и победивших революционеров, "а был ли Каротин". Эфиры 2007-2009 просто отдыхают!

В условиях трансформационного кризиса конца 1980-х – 2000-х для "все еще молодой" Украины ситуация усложняется тем, что экономически глобальный кризис компенсировался за счет ресурсов развивающихся стран, которые были превращены в "доноров".

Это тема отдельного разговора, но если кратко: кредитные и потребительские пирамиды, искусственная капитализация и затем резкое падение стоимости активов с целью их перераспределения, многомиллиардная кредитная "игла" для банковского и корпоративного сектора, "раскрытие" внутренних рынков через ВТО – лишь часть характеристик нашего "донорства".

Угроза расплатиться дефолтом в 2009 году – реальна, потому что нас "дефолтируют".

Украинское общество и экономика оказались не готовы ни к внешним, ни к внутренним испытаниям. Разогретые популизмом и примитивизмом, мы вместе даже не пытались разбираться в сути происходящего. Как результат, в условиях надвигающегося хаоса создаются реальные предпосылки для авторитаризма.

В плане экономического регулирования и реализации антикризисных мер коридор возможностей в 2009 году с каждым месяцем становится все уже.

Приходится выбирать между углублением нынешнего хаоса (что угрожает дефолтом, регионализацией и маргинализацией населения, несет риски для страны уже к концу года), жестким "примитивным" госкапитализмом с авторитарной властью (продажа дешевеющих активов вовне – как источник социальной компенсации) и новыми реформами при сохранении нынешнего конституционного строя (большие социальные потери, слабая база поддержки – но сохранение перспективы).

Судя по развитию событий с начала 2009 года, реально будут развиваться лишь первый — хаос — и второй — авторитаризм-примитивный госкапитализм.

Высока вероятность того, что в результате бездумного прохождения трансформационного кризиса Украина вынужденно лишиться еще части индустриальных производств и укладов — машиностроение, авиа- и ракетостроение, часть "старой индустрии". Произойдет частичная архаизация общества — падение образовательного уровня, доминирование низкоукладных сфер экономической деятельности. Украина вернется в евразийский формат – этоторгово-экономическая кооперация, политические связи с РФ, кредитная поддержка, формирование макрорегиональной "зоны рубля".

И это еще не худший вариант.

Остается риск нарастания социального протеста, который к концу 2009 года может приобрести характер гражданского сепаратизма — государственный нигилизм, регионализация общественного сознания, рост влияния местных элит на фоне кризиса инфраструктуры страны.

Что можно успеть? Скорее зарисовка, чем план

Прежде всего, ничего не распродавать "всуе", не спешить с госмонополией, не скатываться к какой-либо диктатуре. Все эти умные глупости будут дорого стоить.

Олигархи и олигополия. Об этом еще будем говорить серьезно и в отдельном материале.

Но если кратко: главный упрек национальной олигархии – близорукость в использовании ренты от своей "старой индустрии".

Был шанс за последние несколько лет "войти" в новые отрасли, стимулировать развитие производств с высокой добавленной стоимостью. Пожадничали, не успели, увлеклись властью, недооценили глубину глобального кризиса.

В условиях сочетания рисков глобального и внутреннего экономических кризисов украинский вариант правления – политическая олигополия – теряет эффективность (политическая олигополия – со-правление нескольких крупных ФПГ, имеющих контроль над представительной властью и госаппаратом, термин автора).

Политические лидеры, опирающиеся на интересы отдельных бизнес-групп, не в состоянии стать системными лидерами и довольствовались до последнего времени лишь разного рода типами компромиссами.

Но когда началась борьба за буквальное выживание и бизнеса, и физическое, олигополия быстро мутирует в монополию одной силы или даже одной личности. Выживает сильнейший – за счет других. Иллюзий быть не должно.

Поэтому война правительства Тимошенко на "уничтожение" группы Фирташа с неизбежностью может перейти к войне за ресурсы Ахметова, Пинчука и др.

Значит ли это, что кризис может стать для Украины приговором? Ведь грядущая Новая Депрессия может просто добить "старую индустрию" уже во второй половине 2009 года. А дефолт финансового сектора и части корпоративного угрожает нам уже во втором квартале.

Первый шаг. Нужен новый пакт элит. Договариваться нужно уже сегодня.

Предметом нового пакта могут стать:

1) сохранение рыночного и демократического формата антикризисной стратегии, недопущение авторитаризма. Недопущение корпоративных дефолтов, поиск коллективных способов выживания.

Должно наступить понимание: свалится один – посыпятся все. А как поддержать – это уже серьезный и прагматичный разговор, тут советы постороннего не нужны, лишь бы начали разговор;

2) согласие на глубокие реформы, определение "социальной цены" и путей ее компенсации — прибыль и ее перераспределение, государственные компенсаторы.

Главное – не бояться сказать об этой цене обществу, иначе динамика событий 1917 года в Российской империи перестанет быть метафорой…;

3) поддержка и лоббирование политической реформы.

Три задачи перемен в политической системе: единая исполнительная вертикаль – желательно, под премьером, сильный президент с полномочиями главы правительства – это удар по парламентаризму, судебная реформа – ее независимость, механизмы формирования, бюджет, реформа самоуправления — исполнительные структуры, реформа бюджетной системы, сворачивание вмешательства государства в жизнь громады и региональную экономику.

Три эти задачи в случае их решения позволят сделать страну более эффективной и управляемой.

Но без структурных реформ и инвестиций в новые отрасли, образование, и инфраструктуру политическая реформа только катализирует конфликты. Ведь в зависимости от хода экономических и социальных событий на ключевые посты в государстве могут претендовать реформаторы и консерваторы, а могут – демагоги-выскочки и идиоты с диктаторскими замашками.

Олигархи могут создать своеобразный негосударственный Совет Национального Капитала (ну есть такой феномен в Украине, и нет – в Польше, Чехии, Литве и др. странах ЦВЕ, что уж поделаешь). Привлечь к диалогу представителей менее влиятельного, но более организованного малого и среднего бизнеса, от свободы и возможностей которого во многом зависят тактические успехи антикризисных мер.

Второй шаг – выход ведущих политических сил, под давлением договорившихся инвесторов, на новый Конституционный договор, условный его аналог – договор 1995 года.

Политическая реформа 2004 года незавершенна. Но отказываться от ее содержания – близоруко и даже преступно. В условиях кризиса, когда коалиция в парламенте существует лишь на бумаге, а правительство помещается в одном кабинете премьер-министра на приставных стульях, Конституционный договор может помочь:

— создать над-коалиционное антикризисное правительство за счет приостановления действия статей Конституции, связанных с коалиционным принципом формирования КМ, на 1 год, "без понтов";

— установить параметры и сроки разработки новых изменений в политической системе, которые бы завершили формирование полноценной парламентской модели с сохранением еще на один период президентского поста с уже ограниченными функциями (без влияния на исполнительную вертикаль);

— параметры реформы самоуправления;

— параметры реформы судебной ветви власти;

— срок действия Конституционного договора (не более 1 года) и сроки выборов (президентские и парламентские – 2009 или первая половина 2010). Не исключено – вместе с президентскими выборами – избрание временной Конституционной ассамблеи, которая занялась бы собственно политической реформой.

Третий шаг — антикризисная программа.

Кратко — о подходе к программе действий.

В общеполитическом плане – нужен негласный мораторий на эксперименты с исторической памятью и традицией. Политика социального равновесия – прежде всего. Разорванность "украинского проекта" связана не столько с историей, сколько с нынешним уникальным его "со-творением".

В 17-19 веке экономическим локомотивом молодого капитализма выступала консервативная Англия, ее "философским духом" — до-бисмарковская Германия, а политическим "драйвером" — бунтарская Франция.

В Украине экономическим локомотивом национального становления был и остается Восток, "хранителем традиций" — бывший малороссийский Центр, а политическим романтиком – Запад и столичный Киев. Не выбирать, а "сближать" — вот главная политическая задача в условиях кризиса.

В геополитическом плане неизбежен выбор модели макрорегиональной интеграции. В какой системе глубокого разделения труда сможет участвовать украинская экономика? В Европе? В Большой Евразии? Или за Украиной закрепится ее нынешняя судьба межрегионального лимитрофа?

Судя по последним сдвигам в большой политике, частичное включение в новый евразийский макрорегион и европейская лимитрофность – наиболее вероятный вариант.

В экономической плоскости. Главная задача, с которой обязаны справится экономические и политические власти, — "связать" собственно антикризисные меры с программой реформирования.

Налоговая, бюджетная, структурная реформы должны составить неотъемлемую часть и тактических, и долгосрочных антикризисных мер.

Одним из инструментов выхода из сложившейся ситуации могло бы стать развитие ёмкости и создание новой структуры национального рынка. Государство в этих условиях должно стать не только модератором, но и заказчиком и со-инвестором программы.

Краткосрочные меры должны быть связаны в первую очередь со сбалансированием госбюджета и сохранением финансовой стабильности в банковской системе. Нужен секвестр, и как можно скорее.

Честный бюджет – это первый шаг к новым внешним заимствованиям, но одновременно – и более откровенный диалог с обществом, где безработица и обнищание растут с каждым днем.

Возможно, именно сейчас возникает шанс и потребность создания Национальной социальной службы, которая смогла бы выполнить роль "социального пожарного" в условиях критического дефицита социальных средств и катастрофического положения провинции.

Много надежд на капитальное строительство (социальная инфраструктура, национальная сеть дорог) и отрасли, ориентированные на внутренний рынок. Это могло бы частично перераспределить спрос на сырьевые отрасли с внешнего на внутренний рынок. Но лишь частично.

Поэтому перспективное антикризисное направление – местные региональные программы, "связывающие" на местах освобождающуюся рабочую силу.

Люди хотят и будут работать, их желанию и готовности нужно придать смысл и форму. Местная инфраструктура, социальные учреждения, локальные агро-программы – все имеет значение.

Без изменения бюджета уже в 2009 году и законодательства о коммунальной собственности этого не достичь. Нужны и новые нестандартные суррогатные финансовые инструменты на местах (муниципальные бумаги – под коммунальную собственность, под "региональные больницы" и пр.).

Среднесрочные меры – инвестирование и поиск заказов для оборонного комплекса. В мире кризис всегда сокращает рынки и услуги "мирного времени", но резко повышает спрос на "продукцию войны". Это могло бы дать шанс для постепенного выведения из оцепенения и национальный ОПК.

Его долгосрочная ориентация должна быть связана с модернизацией для создания материальной базы активного нейтралитета и периметральной безопасности для Украины.

В ОПК нужно вовлекать и частный капитал, заинтересованный в использовании технологии двойного назначения.

Кроме того, машиностроение, ориентация на модернизацию отечественных отраслей. Нужен мониторинг и поддержка прорывных технологий в сфере энергетики, информационных технологий, биохимии и АПК.

Долгосрочные меры – подготовка и реализация программ развития высокотехнологических отраслей, связанных с освоением новых технологических укладов (авиа, космос, нано-, биохимия, …). Эти программы и должны составить основу для новой структуры экономики, более взвешенной и конкурентной, чем нынешняя "старая индустрия".

Инвестиционные источники – самая сложная задача. Самый примитивный рецепт уже дан правительством – распродавать одно, чтобы вырученные деньги вкладывать в ёмкий национальный рынок, спасая производителей, страдающих от рецессии на глобальных рынках. Проблема состоит только в том, что, выигрывая в одном, мы проигрываем в другом.

Автор не исключает, что совпадение во времени кризиса фондовых рынков и дефицита кредитных средств, и возможной земельной реформы в Украине, является спроектированным результатом.

Одно дело — выходить на глобальный рынок земельных ресурсов в условиях высокой капитализации с перспективой привлечения крупных инвесторов и крупных кредитных программ.

И другое дело — распродавать активы на падающем рынке, т.е. по дешевке. Земельная реформа нужна, но нужен ли открытый первичный рынок земли – большой вопрос.

Возможно, следует сохранить за государством право контроля и регуляции земельных ресурсов, ограничившись лишь моделью гарантированной долгосрочной аренды земли для инвесторов, где гарантом и оператором всех сделок по аренде является государство.

Слишком ценен этот ресурс, чтобы разбазарить его за два-три года! Потому нужны нестандартные решения, сохраняющие тот минимальный геоэкономический ресурс, который еще остается у Украины в контексте начавшихся глобальных трансформаций.

Кроме собственно скудных бюджетных ресурсов, Украина может рассчитывать

во-первых, на ресурсы населения,

во-вторых, на межгосударственные кредиты под крупные и взаимовыгодные программы,

в-третьих, на финансовую поддержку международных организаций (МВФ, МБРР, ЕБРР, возможно – банки крупных региональных организаций),

в четвертых, на остатки прибылей национального капитала, которые могут быть инвестированы под перспективные национальные программы на условиях партнерства бизнеса и государства.

В каждом конкретном случае речь идет о сотнях миллионов привлекаемых средств, и в каждом случае эти средства могут быть использованы в разных направления: деньги населения – под государственные капвложения (социальная инфраструктура и ЖКХ прежде всего), внешние кредиты – на инвестиционные проекты и стабильность финансовой системы, внутренние инвестиции нацкапитала – под новые программы структурной перестройки экономики.

В ближайшие два года вместо большой индустриальной и инфраструктурной приватизации – нужен выпуск финансовых инструментов для внутренних заимствований под номинал консолидированной госсобственности — конечно, с ограниченными возможностями оборота, с расчетом на будущую выгодную продажу и возврат займа.

Необходимо принудительное укрупнение банков и новые национальные программы консолидированного кредитования (банки и государство).

На мой взгляд, Украине обязательно стоит прислушаться к предложениям, которые сейчас звучат в России и в ЕС (последняя встреча стран ЕС в Берлине) о разработке скоординированных программ выхода из кризиса, где группы стран будут формировать стабилизационные фонды, обеспечивающие стабильность на региональных рынках и заказы для своих производителей.

Для Украины это означает, что нужно вновь вести серьёзные переговоры как с европейскими кредиторами, так и с Россией.

Выход есть, но выход связан, прежде всего, с консолидацией усилий комплиментарных геополитических игроков (франко-германский дуэт, РФ, возможно Китай, развернувшийся сейчас в сторону развивающихся стран).

Это лишь очень контурный набросок пути. Альтернатива – политическая война, "улица", бесконечные медиа-шоу – на фоне отчаяния и растущей нищеты.

Выбор сложен и несет серьезные риски: либо олигархи, заручившись поддержкой широкого бизнес-класса, успевают провести управляемые реформы, либо их сметет авторитаризм. Либо – что сомнительно с точки зрения перспективы – их втянут в регионализацию.

Слабый президент. Жесткий, но растерянный и мечущийся премьер. "Деклассированные" силовые структуры. Неуверенная в себе оппозиция. Все это — огромный риск, который будет нарастать по дням. Критическая точка самоопределения – не позже апреля 2009 года.

Трансформационный кризис может действительно изменить судьбу Украинского проекта (не будем цитировать очередные провокационные прогнозы западных гуру от спецслужб). Автор хотел бы ошибиться, но вариантов немного, если не сказать грубее.

Время для того, чтобы "успеть понять" смысл нашего грядущего национального дефолта, угрозу поворота к авторитаризму и всю игру вокруг Украины, практически исчерпано.

Андрей Ермолаев

Поделиться:
Загрузка...