Любой иностранец, который сейчас приедет в Москву — а автор за последние месяцы был здесь четырежды, — утонет в глубоком и яростном чувстве недовольства, которое российская элита испытывает по отношению к Западу в целом и к США в частности. «Мы видим, что Соединенные Штаты каждый день затевают что-то против нас», — сказал автору один из высоких российских чиновников не далее как в декабре.
Это недовольство нарастало уже давно: триумфализм Запада в конце холодной войны, бомбардировки Белграда в 1999-м, война в Ираке, «оранжевая революция», расширение НАТО, а в добавок ко всему признание независимости Косово и планы США в области противоракетной обороны… Однако реакция западной прессы и западных политиков на конфликт в Грузии и Южной Осетии, которая была расценена Россией как однобокая и несправедливая, способствовали еще большей деградации и без того сложных отношений с Западом. В Москве распространено мнение, что Запад охвачен неискоренимой русофобией и стремится лишь подорвать и ослабить Россию.
Русофобы vs американофобы
Есть ли на Западе русофобы? Да, конечно, как и в России есть американофобы. Да, Запад использует двойные стандарты. Да, иные высказывания западных политиков по поводу конфликта в Южной Осетии были неуравновешенными, преувеличенными и даже истерическими. Однако далеко не все, ведь Запад — это не монолит, а западная пресса отнюдь не всегда является точным барометром политики правительств (хотя западные СМИ имеют тенденцию жестко критиковать власти собственных стран). Кстати говоря, комментарии по поводу газового конфликта между Россией и Украиной были вполне сбалансированные, и большинство европейцев скорее склонны разделять точку зрения замминистра экономики Германии Петера Хинце, который сказал: «Сложилась невозможная ситуация, когда в разгар холодной зимы Россия и Украина начинают конфликт, который ударяет по всей Европе». ЕС, заметьте, не призывал кого-то наказывать, напротив, взял на себя роль конструктивного переговорщика. Но конечно, эта история нанесла урон отношениям Европы как с Украиной, так и с Россией: странно было бы ожидать от замерзающих людей понимания и симпатии. Однако многие политики в сегодняшней России склонны видеть Запад исключительно сквозь призму горьких обид, а это, в свою очередь, мешает видеть реальность. А реальность состоит в том, что Россия вовсе не окружена врагами. И у Запада нет никакого плана поставить Россию на колени. Но вот это ложное представление, что Россия в кольце врагов, может привести к тому, что Россия станет на путь самомаргинализации — путь разрушительный для страны.
Между тем 2009 год и, что особенно важно, вступление в должность нового президента США создает новое окно возможностей — и для России, и для Запада.
Выбор Обамы
Итак, каковы эти возможности, способные разрушить модель отношений, которая сложилась в последние 5 лет?
Первое — это экономический кризис. Он показал, что мы очень зависимы друг от друга, гораздо больше, чем многие себе представляют. США, ЕС, Китай, Индия, Россия — все столкнутся с чудовищными проблемами и трудными решениями в 2009 году. Спасительного рая не будет нигде. И если мы хотим избежать трагических ошибок 1930-х годов, справляться с кризисом нам придется всем вместе, другого выбора у нас просто нет.
Второе — уверен, что администрация Обамы будет сильно отличаться от администрации Буша и Чейни. Автору приходилось уже слышать, что-де разницы нет, что в команде Обамы мало новых лиц, что такие люди, как Джо Байден и Хиллари Клинтон, а также их советники враждебно относятся к России и что «русофобы-американцы» продолжат агрессивную политику Дика Чейни. Это ошибочное мнение. И тем не менее придется приложить усилия, чтобы это не стало самосбывающимся прогнозом. Улучшение отношений с Россией не является приоритетным вопросом для Обамы, но при этом у него нет и причин желать плохих отношений с Россией, и он публично объявил о своем стремлении «перезагрузить отношения между Россией и США».
Наконец, и это третье, задачи, которые ставит перед собой новая американская администрация, открывают и множество возможностей для России (и не только для России, то же самое можно сказать о странах ЕС) в области совместной работы с Соединенными Штатами. Или же, если Россия выберет другой путь, сохранится разлад, который присутствует в отношениях сейчас. Основным приоритетом станет борьба с мировым финансовым кризисом, так же как и борьба с международным терроризмом и распространением ядерного оружия — Пакистан, Афганистан и Иран останутся основными заботами Америки. Буквально сразу же новая администрация не от большого желания, а по необходимости вынуждена будет сформулировать свой подход к конфликту между Израилем и ХАМАСом в Газе. В сфере интересов как Вашингтона, так и Совета Безопасности ООН останутся Зимбабве и Конго. Америка будет по-прежнему пристально следить за ситуацией в Северной Корее. Серьезным для администрации Обамы будет и вопрос изменения климата на планете. Так что нет никаких оснований полагать, что отношения США с окружающим миром не претерпят изменений. Обама уже показал свое явное несогласие с политикой администрации Буша, в особенности в отношении Ирака (еще до его вступления в должность США стали на путь вывода войск). Он намерен усилить попытки по урегулированию конфликта с «Талибаном» и «Аль-Каидой» в Афганистане и Пакистане. И по прошествии некоторого времени, уверен, он, скорее всего, даст санкцию на прямые контакты с иранским правительством, но при этом продолжит давление на Иран с целью заставить его отказаться от притязаний на роль ядерной державы.
Каких бы вопросов мы ни касались, Россия имеет все возможности внести свой, и весьма конструктивный, вклад в их разрешение. Если, конечно, Россия выберет путь сотрудничества. Есть основания полагать, что Россия, в свою очередь, обнаружит, что новая администрация США, в отличие от предшественников, более расположена к диалогу по вопросу о противоракетной обороне (размещение ПРО в Европе всегда вызывало немало сомнений у демократов), равно как будет вести переговоры по новому соглашению о стратегическом вооружении, ведь срок ранее заключенных соглашений истечет во время первого срока Обамы.
Выбор России
Все вышеперечисленное говорит о том, что отношения между Россией и Западом, которые сегодня полны желчи, могут быть самым серьезным образом изменены. Беда в том, что Москва пока не торопится показывать свою заинтересованность в реализации этого нового окна возможностей. Давно заезженная пластинка недовольства и обвинений продолжает играть. Если и есть в Москве какие-то новые идеи в отношении внешней политики, то они тщательно скрываются от остального мира. Причины?
Одна — собственная внутренняя российская политика, для которой модель «плохого Запада» становится своего рода объединяющей «национальной идеей». Другая — все расширяющаяся пропасть между Россией и Западом в вопросах, которые касаются ценностей: понятно, что чем больше и чаще в России нарушаются права человека, тем более жестко ее критикует Запад, для которого эти ценности являются приоритетом и выстраданы десятилетиями.
Разделенная Европа?
Серьезный, если не главный источник напряжения в отношениях между Россией и Западом — это ситуация на постсоветском пространстве. По этому вопросу Россия и Запад имеют диаметрально противоположные взгляды. Россия хочет, чтобы Запад признал ее особые, привилегированные интересы и ее особый статус на этом пространстве. (Министр иностранных дел Сергей Лавров так недавно и заявил, что Россия рассматривает бывшие республики СССР как зону «исторически сложившихся и взаимовыгодных привилегированных отношений».) Ровно поэтому любые западные инвестиции в независимые государства бывшего Советского Союза Россия рассматривает как действия, направленные непосредственно против нее. «Почему американцы находятся в Грузии?» — месяц назад задал автору вопрос один из тех, кто формулирует российскую внешнюю политику. И сам же ответил: «Несомненно, они находятся там, чтобы работать против нас».
Однако Запад убежден, что страны бывшего СССР имеют полное право самостоятельно выбирать свой путь развития, что предполагает и выбор — стать или не стать членами таких организаций, как Европейский союз или НАТО, при условии, конечно, что эти организации готовы принять их. Ни США, ни ЕС никогда больше не будут придумывать что-то, что вновь разделит Европу на «зоны влияния». Если же Россия будет настаивать на этом, полагая, что это необходимая плата за сотрудничество, то она должна отдавать себе отчет в том, что Запад эту цену не собирается платить. И это принципиальная позиция, которую Запад будет и дальше отстаивать. А попытки России продавить иной подход приведут только к одному — еще большему расколу в отношениях. Что пользы никому не принесет.
Угрозы
Можем ли мы позволить, чтобы эти разногласия оказались сильнее совместных усилий и привели к еще большему разладу в отношениях между Западом и Россией? Очевидно, такое развитие событий крайне нежелательно по причинам, перечисленным выше. Но мало этого: такая модель отношений еще и крайне опасна. Осетинский конфликт, в котором не было победителей и который навредил как России, так и Грузии, это лишь один пример напряжений, которые существуют на постсоветском пространстве и которые могут привести к взрыву. Однако мы все делаем слишком мало, чтобы подобные взрывы, которые представляют реальную и серьезную угрозу европейской безопасности, предотвратить. Между тем понятно, что эти вопросы должны обсуждаться за столом переговоров и совместными усилиями должны вырабатываться пути разрешений конфликтов — в рамках международного законодательства и существующих соглашений. Иначе мы неизбежно зайдем в тупик.
Сэр Родерик Лайн, посол Великобритании в России в 2000–2004 годах
