Проханов Александр Андреевич
И Европа и Россия оказались заложниками Украины. Украине наплевать на Европу, как это выяснилось, и наплевать на Россию. Украина показывает, что вообще газовая эра в России кончилась. …
Россия, которая делала ставку на газовую монополию, на газовую экспансию, на газовую империю, на «Газпром», в конце концов, и является настоящей Россией, — все, что за пределами «Газпрома» — это не Россия, это какие-то жалкие предместья России, включая Урал и Дальний Восток. Вот Украина показала, что эра «Газпрома», эра газовой империи и вообще газовая эра России закончена. И ей, Украине, хоть мы и говорим, что там кризис власти, два процента поддержки у Ющенко, непрерывные клановые схватки, — Украина показала, что она не будет слушать ни объединенную Европу, этот Евросоюз, — Евросоюз ничто для Украины. Он вообще ничто, он распадается на глазах. И Россия, у которой нет никаких способов воздействия на Украину — она для Украины тоже ничто. У России нет инструментария воздействия на Украину. У России нет армии, которая на нее могла бы воздействовать, у России неосмысленной политики по отношению к Украине — там очень небольшое про-российское лобби. Российские бизнесмены, олигархи, которые присутствуют на Украине в бизнесе — они действуют врастопырку: одна часть поддерживает один клан, другая часть — другой клан. До сих пор Кремлю не удалось создать консолидированную политику России в отношении Украины. И поэтому все, что сейчас происходит — это трагическая ситуация. Миллер, Путин, Сечин, — они как шарики в этом круге казино мечутся вокруг. На них лица просто нет, на них смотреть жалко. Другое дело Ющенко — спокойный, слегка прыщавый, знает свое место в украинской политике, вальяжный, которому наплевать на все, которого нельзя отыскать по телефону в течение нескольких суток, который то на горных лыжах — это значит, они настолько чувствуют свою силу, свою уверенность, беспомощность России, что, по существу, они издеваются и глумятся и над Россией, и над «Газпромом» — вот это первое суждение. Второе суждение на этот счет — есть, конечно, конспиралогия — это же для дураков: какие-то наблюдатели, манометры, какой-то вентиль открыли, не открыли, Сунжа, кто-то приехал, допустили, — это для нас с вами, смертных. Существует огромная борьба в той же Германии, связанная с идеей энергетики германской. Есть лобби, которое отстаивает строительство атомных станций. Они считают, что газовая эта кончена. Хватит с газом, газ ненадежен, газа мало, газ кончится — надо строить атомные станции. И вот этот конфликт, который показывает, что газ в Европу может идти, а может и не идти, — из-за прихоти нескольких странных людей в украинской раде или в украинском правительстве, дает карт-бланш этой энергетической ядерной мафии, или лобби в Германии, которая отринет русский газ, выкинет Шредера и будет строить свои ядерные станции. …
Конечно — провести северный газопровод. Я проехал по этому газопроводу и дошел до места, где труба должна уже окунуться в Балтику и идти в Германию. Во-первых, этот газопровод заблокирован, потому что труба проходит чуть ли не территориальным водам Эстонии и других стран — его очень трудно провести, должна быть гигантская политическая работа с этими странами, с прибалтами, которые ненавидят Россию. И потом, строить этот газопровод — это не вопрос одного дня, а вопрос нескольких лет. И за это время Европа сдохнет, за это время Европа, не получая газа, конечно, начнет развивать ядерную индустрию. …
«Набукко»? — Европа рассматривает такие взгляды, возможно, рассматривает Ливию как источник очень близкого газа — там много всякой всячины. Но драма в том, что ставка России на «Газпром» как на кристаллическую имперскую организацию, которая вырабатывает идеологию, политику, практику, создает главные бюджетные накопления — ставка на газовую экспансию кончена, она бита. Это совпало знаете, еще с чем? — с тем, что в недавнее время западные спецслужбы развернули бешеную лихорадочную работу, связанную с наездом на наших газовых олигархов. Те, кто держит деньги где-нибудь в «Барклае» или в швейцарских банках, или в "Бэнк оф Нью-Йорк» — европейских приличных банках — они стали наезжать на эти неучтенные криминальные деньги, и поэтому наши газовые олигархи — их довольно много у нас, ив правительстве, в том числе, — они стали спешно переводить эти деньги в Китай — ну, не в Гонконг, а в китайские банки. И там эти деньги они просто-напросто теряют. Если в Европе за эти деньги можно бороться, потому что эти деньги имеют вкладчиков, эти деньги имеют банковские счета, эти деньги юридически оформлены, то там, в Китае, этим людям говорят — мы вас не видели, мы эти деньги не получили — идите к черту. …
Сейчас идет гигантское разорение и банкротство этих вчерашних сильных газовых олигархов. Повторяю — банкротство газовой эры. …
В конце концов, газ, наверное, пойдет. Но он пойдет уже после того, когда все просядет. Ведь нельзя, повторяю, великую страну, которой считается Россия, которая является великой, в течение всей этой недели так унижать. Такие жалкие лица у наших газовиков, какой несчастный Миллер — на нем лица нет, он не спит уже двенадцатую ночь, у него руки трясутся. И украинцы, которые являются враждебным правительство по отношению к России, они просто глумятся над нами, они глумятся над нами так, как будто они знают, что у нас нечем принудить их к транзиту, у нас нет хороших танков, у нас нет хороших самолетов, у нас нет хорошей политики. …
В политике иногда выгодно говорить одним людям одни вещи, а другим другие, как это было недавно на Украине — Дубина говорил одно, а Ющенко другое, — это было выгодно, это запутывание, это тоже форма глума, это форма издевательства, издевки. …
Да мы готовы им дать деньги, мы готовы их субсидировать, мы готовы дать им кредиты, в конце концов, мы будем умолять их пропустить русский газ бесплатно. Повторяю — кончена газовая эра. Не знаю, читали ли вы — только что появилась статья Лужкова в «Российской газете». …
Лужков, которого вот уже снимают 10 лет подряд и никак не могут снять, он в правительственной газете, «Российской», официальной газете, которая, по-существу, является рупором президента, рупором премьера, он говорит, что политика этих 8 лет — она была бездарной, она была неправильной, она была гибельной для России, за это время монетаристский курс, который реализовывался самыми близкими к Путину и к Медведеву людьми, такими, как Кудрин, он привел нас к катастрофе, мы потеряли эти самые благоприятные в истории России 8 лет. Мы не создали новой экономики, ни нефтяной, ни газовой, у нас нет ВПК, у нас нет накоплений. Он кидает перчатку в лицо прямо Кремлю, через стену забрасывает — такую лужковскую мохнатую перчатку. И это свидетельство тоже этой драмы — он не боится Кремля, так же, как не боится Украина. …
Нельзя пересмотреть прежние догматы, не пересмотрев носителей этих догм — так не бывает, что они носят эти догмы 8 лет, а потом мы их пересматриваем, а носители этих догматов остаются. Он обвиняет их в провале, в стратегическом провале российской политики. …
Это свидетельство раздрая, начавшегося раздрая, это свидетельство отсутствия консолидации в недрах власти, это свидетельство того, что Лужков почувствовал силу, что он не боится судебных приставов, которые придут к нему, возьмут за руки и куда-то уведут. Он чувствует свою безопасность и безответственность. Это очень опасный симптом — когда Лужков в правительственной газете выступает против центральной власти. …
Слово «кризис» стало как бы как и слово «смерть» — оно витает над каждой семьей, даже благополучной — многие спятили над этим. Я думаю, что больше всего на слове «кризис» спятила наша «аристократия». … Это те, о ком писал «Коммерсант» в предпоследнем номере, которые во время бушующего в мире и в России кризиса, когда увольняют без пособия, когда стенают женщины, когда целые города останавливаются вокруг остывающих домен, они опять все, суки, съехались в Куршевель, — хотя им Путин приказывал — не езжайте, парни. … Их предупреждал премьер — ну, остепенитесь хоть ненадолго, — наплевали, поехали. Губернаторы поехали, депутаты поехали, бизнес поехал, шоумены все туда поехали, танцевали на столах, кидались тысячными опять деньгами за эти бутылки — блестящий репортаж сделала там женщина, — это опять пир во время чумы. … «Египетские ночи или Пир во время чумы» — это на пророке Данииле «текел, мене» — надпись на стене во время Валтазарова пира — вот эти люди — они спятили. Но я это объясняю тем, что они тоже чувствуют кризис, они чувствуют последние деньги, они чувствуют, как летят пули. И вот под свист пуль они танцуют на столах лезгинку. …
Белоруссия, несмотря на льготную цену на газ, собирается строить атомную электростанцию? … Существуют две концепции энергоснабжения стран — ядерная энергетика, от которой отказались мы в пору нашего газового бума, она в других странах не отменена. По-прежнему ядерная энергетика считается наиболее экономной, наиболее эффективной энергетикой и белорусы вправе искать кредиты для построения этой станции. Но здесь другое. Когда я встречался с Лукашенко несколько лет назад, он упрекал Россию в том, что Россия гонит свою трубу по дну Балтийского моря, а через Белоруссию продолжен уже газопровод «Ямал-Европа» — там только вторую трубу нужно класть по этим трассам — они там все имеются эти трассы и приспособления. Он готов был дать льготные условия России, чтобы эта труба прошла по Белоруссии, он готов был… мы не пошли. … Мы не хотим, мы, видите ли, желаем свой альтернативный путь через балтийские воды провести. Повторяю — за эти 8 лет у нас нет ВПК — он разрушен, у нас нет хороших танков и самолетов, у нас ничего нет… Американцы спустили авианосец «Джордж Буш-старший». … Они строят огромные авианосцы. А мы строим себе яхты Абрамовича. …
Стоит ли ожидать России исков от зарубежных компаний, которые пострадали от недопоставок газа? … Думаю, что да. Думаю, что у России будут массовые неприятности. … Ничего нельзя сделать в этой ситуации. Нужно в корне изменить стратегию развития страны. Нужно вернуться к идее развития. Нужно перестать заниматься газовыми спекуляциями. Нужно сделать ситуацию в газовой сфере прозрачной, нужно понять, какое количество газа русского уходит налево, неучтенного. Нужно понять, какие суммы получают. … Я, например, не знаю, сколько получают газпромовцы — это государственная тайна. Почему фирма государственная, «Газпром», не может открыть уровень зарплат своих служащих, своего высшего истэблишмента? Почему депутатов заявляют заполнять декларации, а я не знаю, сколько получают директора «Газпрома». … Я не знаю, что такое «Газпром». Вы предлагаете мне решать проблему газовых отношений с Украиной, где, с одной стороны, участвует «Нафтогаз», а с другой «Газпром», но я не знаю, что такое «Газпром» и что такое «Нафтогаз», и не является ли это все лишь внешними аббревиатурами. И не существует ли под этими структурами какие-то другие, закрытые, конспиралогические структуры? Я не знаю этого.
Проханов А.А.
