Газовый конфликт между Киевом и Москвой возник из-за действий руководства Украины, которое не соблюдало достигнутые ранее договоренности. Теперь Россия пытается получить от Европы деньги на новые газопроводы по дну Черного и Балтийского морей, а также стремится установить контроль над украинской газотранспортной системой.
Об этом в интервью заявил украинский экономист, эксперт Центра исследования корпоративных отношений Вячеслав Бутко.
— Кто виноват в нынешнем конфликте?
— Безусловно, ситуацию спровоцировали действия украинской стороны. Неаккуратность, необязательность, невыполнение достигнутых договоренностей. Несут ответственность все – и Тимошенко, и президент, и «Нафтогаз».
Другое дело, что от этого конфликта проиграют и Россия, и Украина. Обе стороны серьезно дискредитировали себя в глазах мирового сообщества. Евросоюзу не очень хочется разбираться, кто же виноват, они хотят получить газ. Даже в жизни очень редко бывают конфликты, где можно сказать, что однозначно на 100% виновата только одна сторона.
Помимо имиджевых потерь, есть и экономические. Нет поставок газа – нет выручки и у «Газпрома». Британия и Норвегия уже увеличили свою долю на европейском рынке газа, спотовые цены возросли.
— То есть «Газпром» теряет долю на европейском рынке. Неужели в Москве не просчитали такие риски?
— Речь идет не о потере даже 5%, там гораздо меньшие цифры. К тому же, «Газпром» имеет возможность в будущем предложить газ по более низкой цене, чем Норвегия и Британия.
Я думаю, «Газпром» в условиях конфликта с Украиной надеется на реализацию явно застопорившихся проектов «Южный поток» и, в особенности, «Северный поток». Надоел украинский бардак. К тому же, кто откажется от дополнительных альтернативных путей транспортировки газа?
В ближайшей перспективе потребность в газе будет расти. Доказав необходимость достройки «Северного» и «Южного потока», Россия получит дополнительный способ избежать противоречий с Украиной и Белоруссией. «Газпром» получит еще и дополнительные мощности для транспортировки более высоких объемов газа в Европу. К тому же, достройка газопроводов будет производиться не за счет денег «Газпрома», а на кредитные средства, на деньги потенциальных потребителей газа.
— А на Украине есть потери от газового конфликта? Вот, например, было сообщение об остановке Одесского припортового завода из-за отсутствия газа.
— Еще не известно, отчего они останавливаются. Сейчас можно будет отсутствием газа объяснить даже поражение украинских клубов в кубке УЕФА.
Проще заявить об отсутствии газа, чем признать отсутствие спроса на продукцию. Неудобно ведь признаться, что мы производим продукцию, которую никто не покупает. Я не говорю конкретно по Одесскому припортовому заводу, но призываю более взвешенно относиться к заявлениям об остановке предприятий из-за отсутствия газа. Могут быть другие причины, например, отсутствие денег, чтобы его покупать.
Кстати, как же «нет газа», если нам говорили, что в подземных хранилищах его 17 или 19 млрд кубометров?
— Вы наверняка слышали заявление Владимира Путина о том, что одной из причин конфликта является борьба украинских кланов за контроль над схемой поставок газа.
— Возможно, речь идет о сохранении посредников. Буквально на каждом углу пишут, что одно из высших должностных лиц Украины заинтересовано в наличии посредника. Возможно, есть и предвыборный момент борьбы за голоса электората. То есть показать, что вот он или вот она провалили переговоры по газу, поэтому как же можно за такого политика голосовать? То есть один из украинских руководителей пытается помешать другому, а другой — первому.
— Владимир Путин заявил, что российская сторона готова участвовать в приватизации украинской газотранспортной системы. Еще при Леониде Кучме обсуждалась идея создания консорциума, что предусматривало допуск к управлению украинской «трубой» Германии и России. Как вы считаете, идея консорциума еще актуальна?
— После этого конфликта, возможно, идея консорциума еще более актуальна. Это то, чего хочет Россия. И это то, чему противится Украина. Возможно, противится неразумно. Например, есть экономический аспект. Газотранспортная система Украины (ГТС) находится в далеком от идеального состоянии. Конечно, не нужно слушать, что она разваливается, я видел данные 2006 года. Украинская ГТС ничем не хуже венгерской, словацкой, словенской. Но есть необходимость масштабной реконструкции. Украина не имеет финансовой возможности осуществить это самостоятельно.
Одна из целей этой ситуации, которая сложилась, — вовлечь Евросоюз, вовлечь потребителей в вопрос транзита газа через Украину. Россия отдает себе отчет, что Украина не согласится отдать даже часть трубы Москве. Поэтому, я думаю, делается ставка на то, что часть трубы будет отдана солидным европейским концернам, которые, возможно, перепродадут долю, либо через взаимное участие в капитале «Газпром» будет опосредованно владеть частью украинской трубы.
— Для чего России нужен контроль над украинской ГТС?
— Россия реализует эту политику давно и с большим успехом. В той или иной степени в ГТС подавляющего большинства европейских стран присутствует капитал «Газпрома». Обычно он не превышает 50% — колеблется от 30% в Эстонии, 37% в Ирландии до 50% в Чехии. Это – возможность управлять, это – возможность получать доход.
Беседовал Сергей Терентьев
