Если бы Владимиру Владимировичу кто-то мог подсказать, что политика в чем-то похожа на его любимое дзюдо и что боец — если только это настоящий боец — не должен показывать сопернику, чего он боится на самом деле, то этого глупого просчета с плутониевым шантажом не произошло бы.
nashed.info
Потому что дело, конечно же, не в плутонии. Дело в том, что Владимир Владимирович ясно и четко дал понять, что его беспокоит на самом деле. Что его не устраивают санкции. Что от "антисанкций" проблемы прежде всего у России, а не у Запада. Что его не устраивает, когда его чиновники, повинные в гибели Магнитского или в оккупации украинских территорий, не могут ездить за рубеж. Что он бесится, когда видит усиление позиций НАТО на востоке Европы.
Еще вчера путинские доброжелатели на Западе утверждали, что никакого смысла в санкциях нет. Что на Россию они все равно не действуют, что над ними насмехаются всеми "Искандерами", да еще и вводят в ответ "антисанкции", разрушающие западную экономику. И проблемы в результате только у западных бизнесменов, а не у российского руководства. А наиболее радикальные недоброжелатели говорили практически то же самое, но со знаком минус: что это никакие не санкции, что так Россию не угомонить, что Путин не обращает внимания на западные меры и нужны куда более серьезные шаги.
Теперь мы знаем, что все это не так. Что он обращает внимание. Что все это его весьма беспокоит. Что он ищет возможности для ослабления санкций — и не находит. Потому что понятно, что история с плутонием — совсем не то, что может повлиять на американцев. "Искандеров" у них таких, конечно же, нет, но смеяться они тоже умеют.
Теперь ясно, что санкции — это оружие. И оно работает. Что это ошейник, который сдерживает российского правителя. И от тех, кто держит в руках поводок, зависит, ослаблять или усиливать давление. Хищник изловлен, испуган, растерян. Начинается непростой процесс дрессировки.
Именно поэтому сейчас, когда Путин и Асад свирепствуют в Алеппо, в западных столицах обсуждают, не ввести ли против российского руководства новые санкции — уже в связи с Сирией. Да в новых и нет нужды — достаточно просто сохранить или усилить санкции по Донбассу и Крыму.
Так сложится парадоксальная ситуация. Путин влезал в Сирию, чтобы иметь возможность нейтрализовать последствия своей украинской авантюры. Чтобы с ним стали разговаривать, стали считаться. И на первом этапе вроде бы добился своего. Американцы так и говорили: мы будем разговаривать по Сирии — несмотря на то что не приемлем российского поведения в Крыму и в Донбассе. Но сейчас они же говорят прямо противоположное: мы будем разговаривать по Донбассу — несмотря на то что не приемлем российского поведения в Сирии. А это означает, что и давление по Донбассу можно использовать, чтобы менять поведение в Сирии, — и наоборот.
Этот замкнутый круг — вернее, все же ошейник, ошейник ведь тоже круглый — Путин изготовил собственными руками. И поводок он тоже смастерил сам, когда признался в своих санкционных страхах.
Осталось только посадить его на цепь.
Виталий Портников
