Ультиматум, который российский президент сегодня выдвинул Соединенным Штатом, не может не вызвать беспокойство у широкой публики.
Мало кто понимает, в чем смысл российско-американских договоренностей об утилизации плутония — но каждый видит, что речь идёт о ядерном оружии. А эта тема всегда беспокоит людей — бомба есть бомба, пишет Виталий Портни. Но беспокоиться не следует. На самом деле российско-американские договоренности об утилизации плутония — часть общего процесса разоружения, довольно длительного и противоречивого.
Договор, из которого решила выйти РФ — скорее проект соглашения, так что утверждать, что указ Путина что-то изменит на практике, было бы весьма опрометчиво. И если стороны за 16 лет, которые прошли за годы действия договора, так и не сделали серьезных практических шагов по его реализации — то это явно не тот документ, который окажет влияние на безопасность.
Тогда почему же Путин не просто решает приостановить действие договора, но и выдвигает в адрес Соединенных Штатов целый ряд нелепых требований — тут не только отмена санкций, которые введены против России после оккупации Украины, но даже требование компенсировать — ! — ущерб не только от санкций, но и от антисанкций!
И это при том, что еще недавно российская сторона утверждала, что санкции ее ничуть не затрагивают, а антисанкции и вовсе бьют по интересам западных стран и помогают российскому производителю.
Чтобы ответить на этот вопрос, нужно помнить, что главная цель Путина — это заявить о себе как о президенте "великой страны" и заставить с собой считаться. Если не на самом деле, то понарошку — в программе "Время".
Решение Путина демонстрирует, что помимо войн в Украине и Сирии новых возможностей для дестабилизации у российского режима нет. Остаются ультиматумы — и это уже хорошо. Потому что мы не можем не понимать, что великая держава — это не та, которая ставит ультиматумы, а та, к ультиматумам которой прислушиваются. У Путина вряд ли есть шансы на такое понимание.
Но практический эффект от его заявления все же может быть. Сейчас на Западе начинают активно обсуждать возможность усиления санкций против российского режима — уже не из-за Донбасса, а из-за Сирии.
Ультиматум Путина может внести новые акценты в эту дискуссию. Среди западных политиков обязательно появятся сегодня те, кто будет настаивать на конструктивном сотрудничестве и указывать, что давление на Россию приводит только к нерациональной ожесточенности с ее стороны.
Путин специально для такого вывода и изображает эту нерациональную ожесточенность.
Виталий Портников
P.S. Истерика испуганного мальчика
Соглашение было заключено для того, чтобы помочь России утилизировать лишний оружейный плутоний. Именно утилизировать. И то, что делает сейчас Путин, больше похоже на детский шантаж — "отморожу уши, чтобы мама расстроилась".
Это игра. И реакции не будет. Она просто не нужна, потому что этот мальчик-хулиган просто пытается обратить на себя внимание. Психологи не рекомендуют вступать в конфликт и спорить с такими в подобных случаях. Лучше всего не замечать такого поведения. Это будет самая правильная тактика.
Путин ведь понимает, что если это примет серьезный оборот, то на его шантаж будет ответ. А серьезного ответа он боится. Потому что у США, у европейцев в запасе есть более жесткий инструменты. Например, эмбарго. Это то, о чем еще никто не говорил, но то, что применяется в таких случаях, то, что применялось уже против Ирана. А поведение Путина в данном случае настолько детское, настолько неадекватное, что я думаю, об этом речи не идет. Все понимают, что это истерика. Истерика испуганного мальчика. Он боится, ему страшно, он один. Дальше светит Гаага. На самом деле он загнал себя в безвыходную ситуацию.
Путин хочет, чтобы все начали играть по его правилам. Но это невозможно. Извиняться за то, что ему погрозили пальчиком за Крым, никто не собирается. Скорее, наоборот, санкции будут усиливаться. А то, что касается оружейного плутония, это просто смешно. Это абсолютно для внутреннего потребления реакция, потому что она требует объяснения тоже неадекватного. То есть нужно делать вид, что это серьезная угроза для США, при том, что никакой угрозой она не является.
Это не их проблема, на самом деле, это проблема граждан России, которые должны заниматься своим президентом. Он в отчаянном положении. В отличие от нас, Путин знает реальную ситуацию в России, экспертные службы достаточно хорошо работают, легко прогнозируют ее, ситуация катастрофическая и в экономике, и в политике.
Скоро, возможно, начнут граждан России разворачивать на границе. Вполне реальная ситуация. Его ближайшие друзья, которые инвестировали огромные деньги в западные инструменты, они сейчас в изоляции, заморожены многие активы. Компания "Ганвар" (друга Путина Геннадия Тимченко, — ред.), которая стоила четверть триллиона долларов, перестала работать. Все очень плохо.
И Путин очень боится, он сейчас уже боится не США, не европейцев, он боится своего окружения, он понимает, что вполне может получить за свои фокусы по голове (как это принято в России) тяжелой табакеркой. Он боится уже собственного окружения. Недаром он, как говорят, практически не покидает бункер, усиливает там охрану. Истерика, обычная истерика уже неадекватного правителя.
Но американцы и европейцы они, конечно, тоже садисты: стараются России не наносить ущерб, ни о каком эмбарго нет и речи. Тут как бы взвешиваются за и против. Сегодня аргументов за эмбарго больше. Но есть аргумент гуманистический. Им жалко русский народ, жалко Путина, они — гуманисты. Понимаете, если бы это был XIX век или первая половина XX века, то с ним бы разбирались совершенно по-другому: и быстрее, и эффективнее. А в данном случае это принимает такую форму садизма.
Сейчас же, повторюсь, реакции вообще никакой не будет. В дипломатии это может быть самый оскорбительный шаг — когда на заявление политического лидера никто не реагирует. Это такая форма презрения…Которой Путин, видимо, достоин.
Константин Боровой, apostrophe.ua
