Доброе утро Вьетнам (конец сентября)

23

 Одни аналитики говорят, что это затишье перед бурей и противник готовит масштабное наступление; другие — что ситуация на Востоке постепенно стабилизируется и впереди только постепенное отползание агрессора.

Позиции украинских бойцов у населенного пункта Луганское на Артемовском направлении. 30 сентября 2015

Есть мнение, что не будет ни мира, ни войны, но люди продолжат гибнуть, а полоса соприкосновения превратится в измочаленную обстрелами линию с бетонными колпаками, пулемётными гнёздами и минными полями.

Так, кстати, живут многие не последние страны на нашей планете. Южная Корея — яркий пример (постоянная угроза нападения неадекватного соседа, столица в радиусе поражения РСЗО, армия в поле, регулярные обстрелы и провокации). Покушение на президента в 1968 году, обстрелы островов в Южном море, уничтоженный патрульный катер, торпедированный корвет, регулярные постановки мин в демилитаризованной зоне, формирование отрядов диверсантов из приговоренных к смерти солдат — это не фантастический боевик. Это реалии жизни Республики Корея, которая (к слову, союзник США, включая базы для армии и ПВО) тратит на оборону впечатляющие 37 миллиардов долларов и производит собственные спутники, реакторы и тяжёлые корабли.

То есть вы должны понимать: ни КМП США, ни второе в мире место по спуску на воду торгового флота, ни телефоны, операционные системы и роботы, ни одна из самых оснащённых армий в регионе с 700 тысячами персонала не гарантируют ничего. Вы можете добиться впечатляющих успехов в экономике и летать в космос, но если сосед решит есть чашку риса в день, чтобы усложнить вам жизнь, то вся королевская конница не поможет сковырнуть местечкового пухлого диктатора с оружием середины прошлого века. Поэтому любой, кто утверждает, что Россия завтра развалится, а США проведут гей-парад в Петербурге, должен прилежно изучать историю Республики Корея и радоваться, что Киев не находится в зоне действия артиллерии сумасшедшего соседа.

Уже сейчас можно с уверенностью заявить: проект «Л/ДНР» на нынешнем этапе существует только для того, чтобы доставлять Украине проблемы. Сепаратистам не нужны выборы, не нужно устойчивое перемирие, совсем ни к чему хоть какое-то отличное от мародёрства и чёрных схем налаживание экономической модели. Это дно мира будет стрелять в самый неподходящий момент, угрожать разорвать Минский формат, обещать освободить «свои сакральные земли». Слесари и электрики с миномётами будут делать всё, чтобы сохранить возможность пилить заводы и получать помощь из РФ.

Территории на Востоке необходимо воспринимать как продолжение традиционной политики Кремля в плане перекрытия газовой трубы, запрета шпрот, «Боржоми» или поиска диоксина в конфетах. Просто внешний рычаг, не дающий соседям проводить модернизацию и бьющий по их экономике. Для Украины, которая выравнивает тарифы на таможнях и месяцами ищет инвесторов для постройки всего одной дороги на стратегическом участке Одесса – Рени, экономическая война едва ли не опаснее прорывов на фронте.

Любые обострения на Востоке стоит рассматривать только сквозь призму ущерба для нашей страны, никакого другого хитрого плана для обстрела села из миномётов или манёвра батальонной группы в передовой полосе нет и быть не может. Война в поле, действительно, обходится Украине в 4–5 млн долларов ежедневно: только питание и снабжение личного состава — это титаническая проблема, учитывая состояние ресурса техники, ситуации с оснащением холодильными установками, специальными автомобилями, штаты тыловых частей, отсутствие самых банальных вещей, включая мобильные пункты для стирки или машинки для чистки овощей.

Если же взглянуть на 320 км фронта как на потребность в топливе, запчастях, восстановлении пораженной огнём инфраструктуры, убитые танками дороги, создание опорных пунктов, потери в сельском хозяйстве и промышленности, компенсации погибшим и лечение раненных — эта сумма будет стремиться к очень внушительным цифрам. Поэтому одна из задач гибридной армии — удерживать ВСУ в поле по штатам особого периода и заставлять нас наращивать бюджет на оборону и косвенные траты.

Цель боевиков номер два — создать постоянную устойчивую угрозу для государственности Украины. Разворачивание новых бронированных групп севернее Новоазовска, создание батальонных районов обороны на второстепенных участках, появление мобильных снайперских команд, работающих в связке с миномётными батареями, наращивание минной войны, создание минимум трёх «учебных заведений» армии сепаратистов говорит лишь о том, что проект «Л/ДНР» далёк от закрытия.

Они будут ждать — политической нестабильности, экономического кризиса, усталости от войны, реванша пророссийских сил, кумулятивного эффекта от действий ДРГ, момента, когда старенькая техника спустя месяцы активности выработает ресурс, а артиллерия — стволы и дефицитные боеприпасы. Тогда они ударят или попробуют спровоцировать ударить нас. Территории на Востоке — угроза на месяцы и годы. Мы сомневаемся, что кто-то пойдёт на передачу границы под контроль ВСУ и Украина отправит малочисленные гарнизоны в степь между молотом и наковальней. Будут вечные торги, угрозы и попытка заставить Европу снова откатиться к моменту демонстративных санкций за Крым и тучным временам обмена икры и нефти на дорогие машины и сыры.

Как и раньше, наша задача — модернизироваться быстрее, пока сохраняются ещё советские военные припасы и решимость стран Запада оплачивать наш банкет именем будущих рынков и демократии. И чёткое осознание того, что инженерное укрепление линии, борьба с диверсантами, контрабандой и огневое поражение наступающих, а не таргетирование целей за «нолём» — повестка дня номер один на месяцы вперед. То есть мы будем умирать на опорных пунктах без видимого результата, и очень многие внутри и снаружи страны захотят воспользоваться этим в информационном плане.

Режим тишины в целом соблюдается, но 5–7 обстрелов в сутки стабильно фиксируются. Работают и миномёты, и иногда крупнокалиберная артиллерия. Так, орудиями калибра 122 мм был обработан опорный пункт ВСУ в районе Красногоровки, некоторое количество огневых контактов по-прежнему происходят в треугольнике и близ фаса вокруг Донецка и на Артёмовском направлении. Минная война неуклонно нарастает с каждой неделей; потери несут как боевые части, так и тыловые структуры и мирные жители.

ДРГ боевиков завершили ротацию. Судя по данным разведки, на Востоке снова замечены части ГРУ РФ. Это означает, что вокруг ВОП ВСУ снова начнутся масштабные подрывы дистанционно управляемых ВУ, фугасов, расстановка противопехотных мин. В секторах уже начали всплывать ОЗМ-72 и ПМН-4 свежих годов выпуска. Но основное нарушение прекращения огня со стороны боевиков — быстрый миномётный обстрел, удары очередями из АГС и крупнокалиберных пулемётов, служащие прикрытием для снайперов.

Цель — нанести потери, поддерживать напряжённость в информационном и пропагандистском поле, создавать «дымовую завесу» для прохода диверсантов, удерживать части регулярной армии на передовой в преддверии холодов. Троицкое, Зайцево, Попасная, Ленинское, Кирово — провокации из степных районов и застройки перемещаются на север.

Традиционно — пострадавшие от травм в результате взрывов в секторе «А»: неподалёку от Крымского один боец погиб, подорвавшись на противопехотной мине, двое — получили тяжёлые осколочные ранения. Также следует упомянуть небоевые потери от взрыва на своей же гранате и санитарные потери на растяжке. В секторе объявлены трёхдневные сборы сапёров и инженеров, проходят контрдиверсионные мероприятия, ведётся работа с личным составом по технике безопасности в потенциально опасных районах.

Но, увы, это явно не последние эпизоды близ Луганска. Судя по показаниям одного из диверсантов, вручившего бойцу взорвавшуюся банку с мёдом несколько месяцев назад, в районе действует разветвлённая сеть гибридной армии, причём за линией фронта она имеет пособников. Большинство эпизодов подрывов и диверсий происходят в результате взаимодействия бандитского подполья внутри и рейдов специальных армейских групп через ноль. В центре «подковы» Марьинка обстреляна миномётным и гранатомётным огнём. В посёлке — пожар, четыре человека получили ранения различной степени тяжести.

Со стороны Спартака работали снайпера и спорадически пулемёты. Потери ВСУ на фронте есть и они значительные. Среди известных нам эпизодов — около двенадцати раненных за три дня (правда, здесь были и небоевые моменты: неосторожное обращение с оружием и своя граната). Но нахождение армии в поле и масштабные учения, слаживание и регулярные стрельбы даже в мирное время собирали кровавую жатву. Поверьте, огонь АГС и снайперов не уменьшает подобную статистику.

Украина продолжает усиливать свои оборонительные возможности. Мы формируем ещё одну горную бригаду с ППД в Коломые (там, кстати, довольно неплохие условия для инструкторов и спортсменов-альпинистов). 10 ГШБ могут пригодиться как для операций в районе высот и балок Донецкого кряжа, так и гипотетических боевых действий в Крыму или по профилю в Карпатах против Румынии. Наконец-то приходит понимание, что все мирные договоры и союзы — просто бумага, которая может не стоить практически ничего в определённых условиях. И лучше бы иметь подобную «пожарную» команду, ведь и будущая горная часть, и анонсированная бригада СпН НГ, и масштабные сапёрные курсы от Канады — это элемент расширения борьбы против диверсантов и специализация по приоритетным направлениям. Радует, что, помимо создания моторизованных частей для закрытия фронта, началась генерация узких подразделений. Это означает, что кризис пройден.

А, вообще, хочется сказать, что Украина совершила почти невозможное: батальонами со штатом роты, сводными группами, убитыми «коробками», танками и орудиями середины прошлого века (23 года медленно ржавеющими под дождём и снегом на кладбищах техники) мы остановили агрессию РФ. И гибридной армии не помогли ССО, «казаки», диверсанты, вагоны снарядов, неизвестные РСЗО и батальоны «трофейных танков». Полтора года фронт продолжает стоять, ни одно требование агрессора не выполнено, всё идёт к тому, что оперативная пауза ещё немного затянется.

Несмотря на все жертвы и раненых, мы выиграли самое ценное — время для страны. Теперь в Украину идут системы контроля над границей, средства связи и беспилотные аппараты из США. Мы договорились о глубокой модернизации небронированных «Хамви», а поляки организуют здесь завод с мощностью производства около 45 тысяч бронежилетов в год. На повестке дня — локализация производства тепловизоров и беспилотных аппаратов, а в НГУ поставляются тяжёлые снайперские системы и одноразовые болгарские гранатомёты.

Обе стороны явно готовятся к очередному раунду — это видно и по инженерным работам, и по спецификации поставок, и по формированию новых частей. Когда и как случится обострение — мы не знаем, хотя по косвенным данным не видно, чтобы «лавочка» «Л/ДНР» закрывалась. Но оперативная пауза продолжается, а, значит, у нас есть время на подготовку и модернизацию.

Оставайтесь на связи и оставайтесь живыми. Мы победим!

Ронин

Поделиться:
Загрузка...