В Псковской области с 24 августа хоронят десантников. Точное число потерь — пока неизвестно. Не подлежит сомнению только то, что несколько десятков военнослужащих 76-ой Псковской дивизии ВДВ (в их числе — и контрактники, и срочники) перестали выходить на связь с близкими 15 — 16 августа — с тех пор они ничего не знают об их судьбе. На вопросы родителей и жен командование дивизии не отвечает. Прибывший в Псков 22 августа командующий ВДВ ВС РФ генерал-полковник Владимир Шаманов публично заявил: «В нашей десантно-штурмовой бригаде все живы и здоровы». Днем раньше начальник управления пресс-службы и информации минобороны РФ генерал-майор Игорь Конашенков назвал «фальшивкой» сообщения украинских СМИ о «захвате на Украине российской БМД и гибели военнослужащих».
Но 25 августа корреспонденты «Новой» и петербургской газеты «Фонтанка.ру» стали свидетелями похорон десантников в Псковской области, информация о гибели которых скрывается. Сегодня родственники военнослужащих 76-ой Псковской дивизии ВДВ обращаются к нам с просьбами помочь узнать: живы ли те? Где они находятся? Когда вернутся?..
Трагическое сообщение о гибели старшего сержанта 76-ой Псковской дивизии ВДВ 29—летнего Леонида Кичаткина появилось 22 августа, в соцсети «ВКонтакте», на странице его жены Оксаны: «Дорогие друзья!!!!!!!!! Леня погиб похороны в понедельник в 10 часов утра отпевание в Выбутах. Кто хочет с ним попрощаться приезжайте». Для связи указывался номер мобильного телефона жены. 23 августа страница Леонида Кичаткина «ВКонтакте» была удалена (скриншот страницы имеется в редакции — Н.П.).
А 24 августа корреспонденты «Новой» позвонили Оксане (есть аудиозапись разговора — Н.П.):
— Вы жена Лени Кичаткина?
— Да. А в чем проблема?
— Есть информация, что Леня погиб.
— Нет! Мой муж рядом со мной стоит. Ему дать трубку?
— А что за информация такая? Откуда?
— Непонятно. Мой муж рядом со мной стоит. Дай Бог, ему здоровья и всего остального. И побольше, и получше. Я по-моему непохожа на вдову плачущую.
— Эта информация есть в Интернете…
— Ну, во-первых, у нас взломали страницу «ВКонтакте». Оттуда пошла информация. Мы удалили страницу. Она не наша. Опровержение писать я не собираюсь. Чушь она и в Африке — чушь собачья. А Леня — рядом со мной. Слава Богу, жив и здоров!
— Можно его услышать?
— Да, без проблем.
Трубку взял мужчина:
— Але, здравствуйте.
— Здравствуйте. Вы никуда не уезжали? Ничего страшного с Вами не случилось?
— Нет. Я вот с вами разговариваю — живой, здоровый. Как я могу куда-то уехать, когда у меня здесь жена беременная плюс еще трое детей. Как я могу уехать? Вот я с вами стою, разговариваю, живой, всё в порядке. Пусть мою страницу взламывают и что хотят пишут. А я вот с вами разговариваю. Я Вам могу еще песню какую-нибудь спеть и станцевать могу на видеокамеру…
Выслушав эти заверения «семьи Кичаткиных», в понедельник, 25 августа, мы приехали в деревню Выбуты (17 км от Пскова) на погост церкви Илии Пророка. Прошли всё кладбище и на самой окраине заметили военную машину, крытую тентом. Метрах в десяти от нее стоял майор в полевой форме (о звании судим по погонам — Н.П.) и боец в форме ВДВ. Еще двое закапывали могилу. Больше — ни души. Мы направились к могиле.
— Куда Вы? — окликнул майор.
— Прощаться…
На табличке прочли: «Кичаткин Леонид Юрьевич 30.09.1984 — 19.08.2014». На фотографии в траурной рамке — Леонид (множество фотографий десантника на странице его жены Оксаны Кичаткиной «ВКонтакте» позволяют это установить — Н.П.). Подошли к майору. Он, наверное, должен нас прогнать или хотя бы выяснить: кто мы? Но ему откровенно не до этого. Взгляд нетрезвый и тяжелый. Спросили:
— Давно закопали Леню?
— Минут 15 как… Сегодня Леню, а вчера Саню…
Мы стоим перед второй свежей могилой. На табличке надпись: «Александр Сергеевич Осипов 15.12.1993 — 20.08.2014».
— Мальчишки совсем, — вырывается при взгляде на даты.
— Это у меня тут сын лежит, единственный, в моем полку служил, я сам его туда и отправил, — вдруг говорит майор.
Я протянула руку:
— Нина.
Он пожал ее:
— Сергей.
— Отец?
Кивнул.
— Помянем?
На столике рядом — две открытых бутылки водки, хлеб, помидоры. Выпили, не чокаясь.
Сергей Осипов повернулся к бойцу, стоящему рядом:
— Саня, это что получается, я сам его убил?
Боец:
— Но Вы же помните, мы ездили и в Калининград, и в Новороссийск. И тут он поехал. И что, если бы Вы его не пустили, Вы думаете, он сам бы не поехал?
Осипов:
— Он хотел стать героем… У военных такая работа. Кто-то же должен долг Родине отдать.
Я не сдержалась:
— Жизнью?
Майор замолчал на несколько минут. Потом обратился к Сане:
— Если тебя какая-то обезьяна куда-то будет записывать, ты сразу мне звони! Фиг ты у меня куда поедешь! Потому что если еще и ты здесь ляжешь — я не переживу. Суицид совершу. Причем совершу в той церкви, которую сам построил.
— А был у них шанс выжить? — задаем вопрос майору.
— Вам честно сказать? Шанса у них не было. Когда с одной стороны минометный обстрел, а с другой — «Грады»…
— Долго они там были?
— Неделю.
— А сколько их там погибло?
Пожимает плечами:
— Завтра еще хороним…
Рядом с могилами Кичаткина и Осипова на кладбище в Выбутах мы увидели еще одну. Десантник — Сергей Михайлович Волков, родившийся 30.11.1986, а погибший 11 июля 2014 года.
После возвращения с кладбища не удалось дозвониться Оксане Кичаткиной: мобильник абонента выключен. Но мы поговорили с родственником Леонида — Даниилом Кичаткиным. По его словам, на прощании присутствовали отец и дядя Лени, но недолго.
— О его гибели нам ничего не объяснили, — говорит Даниил. — Просто сказали, что он погиб под Луганском при исполнении воинских обязанностей. Это всё, что нам известно.
***
О бое, произошедшем 19 августа возле села Георгиевка в Лутугинском районе Луганской области, сообщил журналист украинского телеканала «Интер» военный корреспондент Роман Бочкала. Он же выложил в Сеть несколько фотографий. На них: боевая машина десанта и пулемет ПКТ, который был на ней установлен, с именем пулеметчика — рядового Сурначева Н.Д., страница паспорта и медицинский полис Николая Крыгина, несколько банковских карточек, принадлежащих разным людям, боевой устав ВДВ, личные вещи бойцов. Но главное — страницы из журнала вечерней поверки со званиями, фамилиями и инициалами 60 военнослужащих одного из подразделений 76-ой Псковской дивизии ВДВ (из них — один майор, остальные — сержанты, ефрейторы, рядовые). Последняя запись в журнале сделана 12 августа.
— В ночь на 20 августа, после боя, мои знакомые из 24-ой бригады Львовской области переслали мне эти фотографии, — рассказал «Новой» Роман Бочкала. — По их словам, там, возле села Георгиевка, довольно серьезный замес произошел. Участвовало спецподразделение министерства внутренних дел Украины «Шторм». Мне рассказали, что одна из боевых машин россиян заблудилась. И это как раз фотографии экипажа той машины, которая там где-то потерялась. Но мне, к сожалению, неизвестно о судьбе этого экипажа. Я не знаю: живы они или нет? Расспросить украинских военных достаточно сложно. Сложно узнать о деталях. Потому что связь плохая. Она прерывается постоянно.
21 — 22 августа, после публикации Романом Бочкалой этих фотографий, по Интернету широко разошлись списки с именами якобы погибших под Луганском. Происхождение этих списков до сих пор непонятно. Но в них оказались и имена военнослужащих 76-ой дивизии ВДВ, которых нет в журнале вечерней поверки.
— Откуда взялись эти списки — я не знаю, — прокомментировал «Новой» Роман Бочкала. — Я не видел таких списков. Я опубликовал фото страницы журнала, которое мне прислали. Но это же не список погибших в этом журнале! Это просто список личного состава данного подразделения. Мы не знаем, что там было в деталях.
Этот список, разлетевшийся по Сети, окончательно лишил покоя и сна родственников псковских десантников, которые и так в последние дни жили в тревоге. С 15 — 16 августа мальчишки, прежде периодически (не реже, чем раз в 3 — 4 дня) звонившие домой или оставлявшие сообщения в соцсетях, перестали выходить на связь. До сих пор ничего не проясняют родным и близким в 76-ой дивизии ВДВ.
— Я два дня уже сижу на таблетках, — говорит Снежанна Семакина, мать контрактника Павла Семакина. — Все звонят, спрашивают: что с сыном? А я не знаю, что с сыном? Я отдала сына родине, а куда родина его заслала, и что там творится — я не знаю. Вчера невестке позвонили, якобы начальник сына, сказал, что всё хорошо, просто нет связи. Так куда их заслали? Что там творится на этой Украине? Я даже не знаю, где он. Вот из церкви иду, заказала службу за здравие…
— Я знаю, что наших парней отправляли в Ростов, — рассказывает жена офицера дивизии Ольга Уразова. — Но так срочно, что даже не дали собраться. Они были на учениях под Псковом, а 15 — 16 числа их отправили — даже домой ни поесть, ни попрощаться не пустили. Всё это тайком политики делают, а для чего — непонятно. Сейчас мы не знаем ничего.
— Я уже 10 суток не сплю, — плачет в трубку мать псковского десантника Елена Баранова. — Мой сын — срочник, 29 октября ему уже домой надо было возвращаться… 15 августа Андрей позвонил мне в последний раз. Сказал: «Мама, мы на учения, не знаю, куда». Но я поняла, что куда-то на границу, потому что перед этим их уже два раза туда отправляли, заплакала. А он мне: «Мама, не плачь, мы ж не на Украину…» Раньше, во время учений, сын, если он не в наряде, каждый день звонил мне и говорил: «мама, всё хорошо» или «мама, завтра я в карауле». В такие дни я звонка и не ждала. Но тут столько дней — и ничего! С 19 августа я звоню в часть. Но там ни один телефон не отвечает! Я обзвонила 16 номеров! Когда я уже ни до кого не дозвонилась, вспомнила: когда ездили на присягу, там было собрание, и командир дал нам телефон, сказал — в любое время дня и ночи звонить. Я и по нему позвонила — опять тишина. А потом поползли по Интернету все эти новости… Я понимаю — учения. Но почему никакого телефона нет, чтобы сын мог матери позвонить?!
— В последний раз муж звонил мне 14 августа, с 15 августа не выходит на связь, но я разговаривала с его сослуживцами, они сказали: если бы что-то случилось, их бы уже оповестили, они все на учениях, — сообщила «Новой» жена десантника Андрея Бабина Екатерина. — Они пишут, что якобы там БМД захватили и погибла первая рота, а мой муж и еще несколько его товарищей служат не в первой роте. Я знаю других ребят, которые не на связи, но в этих ужасных списках их нет…
Официальные комментарии командования 76-ой Псковской дивизии ВДВ «Новая газета» опубликует, как только командование их даст.
