У нас с Москвой всегда были особые отношения. Я находила на ее узких улочках утешение в трудный час, спокойствие во времена бурь и защиту в моменты особой опасности.
http://nr2.com.ua/
Пускай, этот город совсем непригоден для жизни, он – мое спасение и поддержка. Но сейчас столица очень сильно заболела. И не потому, что ее заселили мигранты, не потому, что она потеряла свой прежний архитектурный облик и красоту, а из-за того, что её сводят с ума.
На ее площади, помнящие не один век истории, высыпается быдло с флагами «ДНР» и требует смерти братского украинского народа. Стены домов Москвы покрываются уродскими граффити «Крым и Россия вместе навсегда», «2014. Вернули своё», как язвами на теле тяжелобольного.
В метро не хочется спускаться из-за волны георгиевских ленточек, которые как будто пихают тебе в лицо каждый раз, когда ты заходишь в вагон. Этот вирус очень легко распространился среди москвичей. Всего лишь надо было выиграть Олимпиаду, запустить истерию «русских убивают в Украине фашисты», отобрать Крым и устроить пару десятков бесплатных митингов-концертов в честь этих исторически важных событий – и народ твой. Остается лишь подпитывать всеобщее помешательство липовыми роликами по федеральным каналам и созданием новых пропутинских организаций вроде «Сети», которая официально признает президента своим Богом и фюрером. И люди сами готовы вцепиться в глотку любому, кто сомневается в величии России. Появился нездоровый, извращенный патриотизм, от которого мурашки по коже. Еще пару месяцев такой пропаганды, и вооруженные москвичи пойдут с факелами по ночам стучаться в двери к таким, как я.
Порой кажется, что сумасшедшие – мы, а не те, кто просит Путина ввести войска на территорию соседнего государства. Журналист Евгений Левкович организовал акцию в поддержку украинцев: москвичи под памятником Тарасу Шевченко записали видео-обращение, в котором выразили поддержку в борьбе против репрессивного путинского режима. Интернет взорвался в тот же вечер. Эти несколько десятков неравнодушных людей вдруг стали предателями Родины, фашистами, проплаченными актерами, их лица искали «борцы за справедливость» на фотографиях с Майдана, пытаясь убедить пользователей Вконтакте в том, что русских на данном видео нет. Сторонники Путина даже не могут предположить, что кто-то мог поехать в Киев и сражаться плечом к плечу с товарищами, говорящими на мове.
А мы поехали, не без страха и опасения, с абсолютным осознанием того, что за это решение придется, потом, очень дорого заплатить. Но это было выбором чести, о таком не жалеют. Но Москва не встречала нас как героев, и не встретит она также и тех ребят, что сейчас добровольно воюют на территории Украины за ее свободу. Мало кто понимает, зачем русскому человеку ставить под угрозу свою жизнь, принимая сторону не своего рабского государства, а братского народа. Такие люди автоматически становятся личными врагами каждого, кто рад присоединению Крыма и ходит в футболке с портретом Путина. Москвы больше нет, ее детям некуда возвращаться. Значит, и мне здесь не место: столица выдаст и продаст за копейку.
Читая ленту новостей, мне хочется поговорить с каждым из авторов комментариев а-ля «надо убивать всех, кто воюет против России», заглянуть ему в глаза и узнать, зачем он делает так больно мне, девушке, чей мужчина сейчас, возможно, находится под огнем противника. Я понимаю, что объяснить разницу между его Россией и нашей, будет невозможно, но пускай отвечает за свои слова, берет в руки автомат, записывается на территории парка Сокольники в добровольцы и едет лично сражаться против моего мужа.
Вчера у меня спросили, не страшно ли мне. Очень страшно. Но не из-за того, что я могу даже не знать, жив муж или нет, а оттого что мой народ с удовольствием вздернет нас с ним на плацу, как неугодных их мировоззрению. Если это случится, надеюсь, меня после этого не похоронят в пределах Москвы: не хочу становиться частью этого всеобщего разложения. После коротких, но очень тяжелых проводов мужа, я ехала с одного вокзала на другой. Кроме пустых, туманных глаз я не видела ничего вокруг. И в тот момент я вспомнила, как идя ночью по Майдану, ловила взгляды сотен незнакомых людей, в которых было больше понимания и сопереживания, чем во всех моих согражданах вместе взятых.
Моя Москва заболела. Тяжело и неизлечимо.
Анастасия Осипенко
