Чеченская или грузинская кровь ничем не отличается от украинской крови – она тоже красная.
Израильско-палестинская граница
В Киеве заявляют о полном перекрытии государственной границы с Российской Федерацией. Для того, чтобы мы услышали это заявление, потребовалось три месяца российской агрессии, отторжения украинских территорий, засылки диверсантов и тяжелого вооружения. Но украинские граждане должны винить в этом не только власти, но и самих себя.
Необходимо признаться честно: никакой границы с Российской Федерацией у нас не было не только потому, что этого не хотела власть, но и потому, что само общество не хотело выстроить нормальные цивилизованные отношения с одной из самых небезопасных стран современного мира. Для Украины 23 года независимости – это не только годы коррупции, государственного разложения и разворовывания ресурсов. Это еще и годы мира. Для России 23 года независимости – это не только годы коррупции, государственного разложения и разворовывания ресурсов. Это еще и годы войны. Российское руководство развязало две кровавых войны на Северном Кавказе, которые продолжаются по сей день, унося все новые и новые жизни.
В России привыкли к террористическим актам, захвату заложников, проверке документов, особым мерам безопасности. Своеволие криминальных группировок в провинции настолько привычно, что бандитов боятся даже правоохранители – вспомните станицу Кущевская. В Москве и Санкт-Петербурге криминалитет – часть власти и правоохранительных органов – вспомните кампании по разоблачению "оборотней в погонах". Словом, российское общество безнадежно больно, цена человеческой жизни для среднестатистического россиянина после Чечни, Беслана и Дубровки сильно снижена. Что делает страна, которая оказывается соседом такого больного, переполненного террористами и боевиками, уважающего профессиональных убийц государства? Отгораживается от него. Что мы думали о границе с Россией? Да как же можно ее проводить! Там же наши братья и сестры!
Теперь те же самые люди недоумевают, как "братья и сестры" желают зла соседней стране, как российские родственники, привыкшие жить в слепом подчинении своей власти, готовы проклинать своих украинских близких, посмевших "не быть скотами", как российская армия готовится к агрессии против Украины. А чем вы лучше чеченцев, дорогие мои? Те хотя бы воспринимались как граждане России, а вы вообще – "проамериканские иностранцы", генетический мусор, мешающий кремлевскому величию. Неужели вы и в самом деле не понимали, что общество, благословлявшее своих силовиков на войну в собственной стране, рукоплескавшее агрессии в Грузии, не потребовавшее отставки своих руководителей после страшных трагедий в театральном центре на Дубровке и в Беслане, будет равнодушно воспринимать смерть ваших близких. Чеченская или грузинская кровь ничем не отличается от украинской крови – она тоже красная.
Границу с Россией нужно было начинать строить в тот самый день, когда агрессор впервые показал свое истинное лицо, когда пресс-секретарь президента России впервые предъявил к Украине территориальные претензии – то есть 24 августа 1991 года. Но мы все медлили и медлили – вначале "нельзя разрывать связи", потом – "братская страна", потом – "они поймут". Никогда тема обустройства этой границы, ее демаркации и делимитации, ее оснащения не была ведущей в украинской политической и общественной жизни. И теперь за этот инфантилизм и наивность мы расплачиваемся жизнями и здоровьем наших ребят, защищающих Украину от новой фашистской агрессии.
Ничего наши соседи не поймут, по крайней мере в ближайшем будущем. А тех, кто понимает, объявят "национал-предателями", у их страны богатый опыт, от Радищева и Чаадаева до Сахарова и Людмилы Алексеевой. И если мы уж действительно верим в способность наших соседей к пониманию и человечности – то давайте хотя бы между собой договоримся: пусть понимают за обустроенной границей, за стеной безопасности, там, где их непонимание не будет угрозой для стабильности в нашей стране, там, где "братство" и "убийство" не будут синонимами.
Виталий Портников
