Ошибаются те, кто думает, что путинскую Россию ждет унылое прозябание на задворках Европы, постепенная деградация и медленный распад. Ошибаются и те, кто считает, что Россия сильно рискует через 7-10 лет попасть в жесточайший кризис, из которого не выберется, спровоцированный резким падением цены на нефть. Все эти риски ничтожны перед грядущей войной.
Я не оговорился, именно войной, в смысле полномасштабного кровопролитного военного конфликта, по результатом которого Россия будет разделена на зоны оккупации между НАТО, Китаем, Японией и турецкими миротворцами на Кавказе. Причем в зоне оккупации НАТО – в европейской части бывшей РФ будет проведена принудительная депутинизация по типу немецкой денацификации после победы союзников в ВОВ, проведены реформы и созданы необходимые институты для нового русского демократического национального государства. Территории, что отойдут к китайской, турецкой, японской зонам оккупации будут потеряны для нового русского государства навсегда.
Цивилизационная пропасть
История учит, что цивилизации всегда вступали в войну, если разрыв базовых ценностей, ими исповедуемых, становится слишком велик. Третий рейх не мог не начать войну. Хорошего Гитлера до 1939-го года не существовало, кроме как в фантазиях невежд и политических спекулянтов. Вторая мировая война началась в 1933 году, когда нацисты пришли к власти и сделали нацистскую идеологию государственной. Очень скоро «культурные немцы» сошли с ума, стали обожествлять фюрера и нацистских вождей, требовать реванша за первую мировую войну, готовились все как один умирать за Великую Германию. Если бы Гитлер не пришел к власти, а Веймарская республика продолжила существовать, Вторая мировая война в Европе все равно бы произошла, но между СССР и странами буржуазного лагеря. СССР готовился к этой войне с момента создания. Причиной была все та же цивилизационная пропасть, которая уже в наше время заставила Путина в срочном порядке вторгнуться в Украину с целью подавления Февральской антикриминальной революции.
Никакой Крым Путину не нужен, тем боле Юго-Восток. Это обуза, создающая много хлопот и неприятностей. Действовать так заставила суровая необходимость – Майдан. Украинский народ нашел в себе силы свергнуть криминальную власть Януковича – копию путинского паханата и сделал выбор в сторону европейской модели развития. С учетом огромного взаимопроникновения культур, экономик, родственных связей граждан России и Украины экспорт Февральской революции становился делом ближайшего времени, представляя смертельную опасность для кремлевского режима. Точно также, как нацисты в Германии и большевики в СССР, Путин и его окружение стали искать спасение в создании образа внешнего и внутреннего врага, существование которого оправдывало бы репрессии в отношении инакомыслия, тотальный контроль над СМИ и укрепление личной власти. Предпринята третья в новейшей истории, после большевиков и нацистов, попытка создания в Европе государства — осажденной крепости с мессианской идеологией «русского мира», претендующего на захват новых территорий.
Джин вырвался на волю
Ранее антизападничество использовалось как политтехнологический прием для поднятия рейтинга с помощью позиционирования новой власти «патриота-государственника» Путина как альтернативы непопулярной власти «либерала» Ельцина с его реформами 90-х. Элиты понимали, что антизападный курс — это понарошку для телезрителей. Более того, на практике режим Путина не давал ультранационалистам и ультра-левым высовываться из маргинальной резервации. Их партии и общественные объединения не регистрировались и запрещались, в легальном поле они не могли существовать, доступ в медиа был ограничен, наиболее активных преследовали и сажали. Одновременно с ними работали по каналам ФСБ и Управления по внутренней политике Администрации президента, подыскивали надежных и управляемых, внедряли своих, поддерживали лояльных. Эта политика успокаивала и подкупала системных либералов в окружении Путина, сторонников концепции правления просвещённого меньшинства.
Теперь же для противодействия влиянию Майдана некогда маргинальную идеологию легализовали и допустили в медиа, а ее носителей сделали политическим субъектом, задействовав в антиукраинском проекте, полагая, что могут их полностью контролировать. Все это сопровождается невиданным по масштабу разгулом антиукраинской и антизападной пропаганды. Далее по замыслу политконсультантов Кремля, решив задачу демонизации Февральской антикриминальной украинской революции, проект в нужное время прикроют, а массовку вернут в маргинальное стойло.
Задумано неплохо, только тут есть серьезная проблема — обратно не получится. Идеологии реваншизма, национальной или классовой исключительности, как нацизм или большевизм представляют серьезную вирусную опасность для любого народа, не имеющего иммунной системы в виде демократических институтов и гражданского общества. Российским телезрителям теперь невозможно объяснить, что антизападничество и имперский реваншизм — это понарошку, потом все вернем к прежнему состоянию. Они воспринимают власть как категорию сакральную, шуток из ее уст не поймут. В случае отхода от озвученного курса на собирание исконно русских земель, противостояния с ненавистным Западом, то есть на создание Великой России, сочтут, что их предали, и царь ненастоящий.
В миг оказалось, что тех, кто поддерживает российское вторжение в Украину более 85%, тогда как самого Путина ранее поддерживали 60%. Получается, что если от рейтинга Путина отнять реваншистско-имперскую составляющую, то и делу хана. Останется на уровне явлинских — мироновых. Хвост начал вилять собакой. Осознание того, что теперь режим Путина основан только и исключительно на его соответствии ожиданиям реваншистски настроенного большинства, делает его заложником выбранного курса, свернуть с которого равносильно самоубийству.
Акеле промах не простят
Российское вторжение в Украину имело следующие причины:
— желание Путина подавить Украинскую антикриминальную революцию, расчленив страну, дестабилизировав обстановку во всех частях и дискредитировав идеи Майдана;
— желание укрепить личную власть, повысить рейтинг, развязать себе руки для наступления на права и свободы внутри страны;
— желание отомстить за унижение со стороны Майдана, свергнувшего ставленника Януковича;
— желание потешить собственные амбиции сильного мирового лидера, бросающего вызов слабым западным лидерам.
Расчленить Украину не удалось, жалкий, временно оккупированный Крым – слабое утешение. Более того, украинский народ сплотился перед российской агрессией и впервые выбрал президента, который пользуется поддержкой и на западе, и на востоке страны. Дестабилизировать обстановку удалось только в двух областях, но и то без шансов сохранить это положение надолго. Рейтинг укрепился, но оказалось, что он в полной зависимости от продолжения политики воинственного имперского реваншизма. Отомстить за Януковича не удалось, Майдан выстоял. Мировая общественность тоже не побежала восхищаться удалью, смелостью и изобретательностью российского правителя. Напротив, более склонна его высмеивать и изолировать.
На сегодня ни одна из причин войны не устранена. Более того, причин для развязывания полномасштабной войны прибавилось. Среди них не только очевидный фактор засланных «казачков-ополченцев», имеющих огромную поддержку, которых нельзя просто так без рисков для устойчивости трона по-тихому слить, но и прежде всего фактор разрушения основы имиджа «победителя», все это время мочившего в сортире врагов России. Жалкий, проигравший войну, предавший «патриотов» правитель, становится в глазах народа царем ненастоящим, подобием жалкого и комичного Медведева. Чтобы удержаться у власти Путину нужна победа над украинским народом любой ценой. Причем, именно военная, а не экономическая или победа в газовой войне, так как именно в военной сфере Россия имеет превосходство, а в остальных Украина сможет отбиться при резко возросшей поддержке мирового сообщества.
Для войны, которая также ведется в информационном поле, потребуется повод по типу «обстрела из «Градов» мирного Цхинвала» или нападения «поляков» на радиостанцию в Глейвице. Вариантов на самом деле много, а с учетом развитой агентурной сети в Украине, создание повода не является неразрешимой проблемой.
После войны
Войну Россия проиграет. Российский Генштаб в силах спланировать новую операцию с учетом ошибок текущей кампании. Ресурсов и возможностей хватит. Кремлевские пиарщики в состоянии лучше подготовить мировое общественное мнение, потратив солидный бюджет, а дипломаты лучше вносить раскол среди мировых лидеров по украино-российского конфликту. Российские танки в состоянии дойти за пару дней до Одессы и Киева, но далее будет много трупов и полная изоляция. После наступит реальный экономический и политический кризис из-за вынужденного отхода части элиты от Кремля. Украина получит масштабную, в том числе военную помощь мирового сообщества, напуганного превращением России в серьезную угрозу мировому порядку. За этим последует выдавливание российских войск силами НАТО из Украины, что вызовет раскол в обществе, поставит режим на грань падения. Далее начнется парад суверенитетов, подогреваемый экономическими неурядицами, проблемами снабжения населения. Значительная часть регионов фактически выйдет из под контроля Кремля, переподчинив на своей территории себе армейские части, базы и взяв под контроль вооружение, включая ядерное оружие. Под предлогом предотвращения гуманитарной катастрофы, обеспечения безопасности ядерного оружия и по призыву региональных элит будут сначала в отдельные регионы введены миротворческие силы, потом страну поделят на зоны оккупации.
Но, кто знает, может быть, все это к лучшему. Германия и Япония после поражения во Второй мировой войне, хоть и потеряли значительную часть территорий, но создали современное процветающее общество, основу которого заложили те самые оккупанты. Если Россия не в состоянии сама создать эффективные государственные институты, самостоятельно провести реформы, избавится от имперских химер, то может быть часть территории — это справедливая плата доктору за принудительный вывод из состояния страны-зомби.
Михаил Аншаков
