Обсуждать политические и личные качества президента России и даже беспокоиться о его физическом здоровье стало в последнее время модным трендом не только среди нас, журналистов, но даже среди ведущих мировых политиков. Именно поэтому я не очень хочу писать о Путине – тем более, что с того самого дня, когда Борис Ельцин поручил этому серому неприметному чиновнику беречь Россию и интересы собственного семейства, я утверждаю, что никакой Путин единолично страной не управляет. Продолжаю утверждать это и сегодня – авторитарный правитель из Путина не получился и получиться не мог. Путин – не политический деятель, он прежде всего чиновник, связанный бесчисленным количеством интересов с теми, кто привел его к власти и с теми, кого он сам облагодетельствовал за годы застоя. Поэтому мы можем – и должны – прежде всего говорить не о Путине, а о системе, символом которой он является.
Ельцину достались непростые годы экономического провала и методичного разворовывания страны – именно поэтому первый российский президент был вынужден считаться с олигархической демократией, различиями в интересах между региональной и центральной элитами, медиа, отражающими интересы хозяев.
К моменту ухода Ельцина эта модель, можно сказать, достигла своего апогея – сплотившаяся в блок “Отечество”-“Вся Россия” региональная элита чуть было не отобрала власть у стареющего больного лидера и его родственников. “Семье” удалось отстоять власть ценой неимоверных усилий и компромисса с региональной элитой, который был достигнут уже после победы Путина на президентских выборах. Кстати, своеобразный “разлом” между “Отечеством” и “Единством”, созданным под Путина, не преодолен до сих пор – и сейчас у политических рычагов власти скорее “Отечество”, а активисты “Единства” отодвинуты в тень. Но это так, подробности. А суть в том, что Путин так и оставался бы заложником олигархической демократии, если бы не цены на нефть. Они поднялись настолько, что демократия оказалась не нужна никому – ни государству, ни олигархам, ни обществу. Примерно с этого момента начался процесс деградации россиян как политической нации и России как государства. Собственно говоря, никакого Российского государства и нет – есть просто люди, живущие на территории, по которой проходит труба, потребляющие доходы от продажи сырья и гордящиеся даже не общим прошлым, а некими мифами, весьма разнообразными – советский, конечно, все еще преобладает, но есть имперский русский, национальные мифы в республиках, миф Путина – то есть этакая собственная гордость, с которой можно было бы жить десятилетиями, если бы…
Если бы экономика не забуксовала – ну примерно как в Советском Союзе в конце 80-х. Советское партийное руководство сделало из этой пробуксовки собственный вывод – оно не стало реформировать экономику, зато объявило перестройку и гласность. Результаты известны – Советский Союз благополучно исчез с политической карты мира.
Российское руководство во главе с Путиным сейчас идет тем же путем, что и советское руководство во главе с Горбачевым. Оно решило подменить экономические преобразования идеологией. Только “идеологией наоборот”, идеологией реставрации мифа о имперском могуществе. И Путин усердно осуществляет эту антиперестройку. Бряцание оружием у украинских границ и захват Крыма – просто кульминация этой политики. На самом деле не произошло ничего нового. Просто сам факт столкновения России и Украины настолько дик, что безумие российского политического режима стало очевидным даже для тех, кто не хотел в это поверить. Даже для тех, кто внутри системы. И я думаю, даже для Путина. Последняя пресс-конференция российского президента убедила меня, что Путин прекрасно понимает, какую роль играет в этом спектакле и каков будет финал – но только изменить уже ничего не может.
А теперь о финале. Он будет таким же. Советский Союз базировался на лживом идеологическом мифе. Поэтому позволить его гражданам увидеть как они живут на самом деле, не предлагая им никакой реальной альтернативы изменения государства, предопределили приговор большевистской империи. Россия, напротив, нуждается в ясном понимании того, как она живет – и то, что ее власти изо всех сил стараются удержать население в неведении и задурить ему голову новыми старыми мифами – это тоже прямая дорога к пропасти. К тому же у России сегодня просто нет ресурсов играть в сверхдержаву, а мифологию приходится поддерживать. Олимпиада, Крым, какие-нибудь новые авантюры – каждый день безумия отнимает у государства десятилетия существования.
Но я бы не спешил радоваться тому, что Россия обречена – прежде всего потому, что ее крах – не в интересах соседей. Раскол России, появление там политической нации на национально-шовинистическом фундаменте (другого просто нет), конфликты русских с другими коренными народами огромной страны – это самая настоящая катастрофа. Именно поэтому я уверен в необходимости серьезной работы с российским обществом. Украинцы сегодня – старшие братья россиян, остающихся в историческом и нравственном средневековье. И помочь им преодолеть эту вековую отсталость – в наших интересах, тем более, что российское руководство, как мы видим по его поступкам, явно не способно к трезвомыслию и уничтожает собственную страну.
Если Украине удастся провести созидательные экономические реформы, стать частью Евросоюза и НАТО, примирить противоречия в регионах, это станет лучшей альтернативой “коллективному Путину” с его дремучестью и безответственностью, показать альтернативы развития, ободрить не только здоровую часть общества и все еще слабую оппозицию, но и тех в элите, кто уже понял всю пагубность происходящих процессов, а таких немало. Это поможет смягчить крах режима и, возможно даже, избежать краха самого государства. Не так давно я писал, что все эти годы настоящим защитником интересов Украины все последние годы, собственно – подлинным президентом нашей страны был не московский наймит Янукович, а польский президент Коморовский, который думал о своей стране и о нас, разумеется, тоже, потому что украинская стабильность – в польских интересах.
С Россией должно произойти точно также. Ее настоящим президентом – ввиду отсутствия управленческих способностей у Путина и его окружения – должен стать украинский народ.
Виталий Портников
