В недавно изданной книге «Российская внешняя политика: интересы, векторы и секторы» мы с Кристофером Маршем (Christopher Marsh) описываем то, что мы обозначаем как «путинская евразийская мечта» – амбиции по созданию евразийской экономической и политической зоны, в которой всю политику определяет Москва и которая может сохранять свои позиции в рамках геополитического соперничества с США, ЕС и Китаем. Основы ее должны быть заложены к 2015 году. Основное препятствие на пути этого замысла было резко ликвидировано в четверг, когда украинский президент Виктор Янукович объявил, что его страна не подпишет знаковое партнерское соглашение с Европейским Союзом, — соглашение, против которого последовательно выступала Россия. Соглашение о всеобъемлющей зоне свободной торговли, которое должно было быть заключено на саммите ЕС по «Восточному партнерству» в Вильнюсе, считалось краеугольным камнем нового стремления ЕС к сотрудничеству со странами бывшего Советского Союза. Хотя Грузия и Молдавия по-прежнему планируют подписать свои собственные торговые соглашения с Европой, это омрачило процесс «Восточного Партнерства», потому что, как отмечает Стивен Блокманс (Steven Blockmans) из Центра исследовании европейской политики, «без Украины по сути распадается сама идея».
Хотя Россия не противилась некоторым связям постсоветских республик с Европейским Союзом, она выступала против партнерских соглашений, потому что они связывают подписантов и ЕС таким образом, что делают невозможным членство в возглавляемых Москвой союзах (таможенном союзе, общей экономической зоне и так далее). Хотя такие соглашения – не автоматическая гарантия будущего членства в Европейском Союзе, они ставят страну на траекторию, ведущую к гармонизации ее институтов с институтами стран-членов ЕС, и могут со временем значительно переориентировать экономику в сторону, противоположную традиционным связям с Москвой, к более активному участию в европейском рынке.
Разумеется, для Украины в предложенных ЕС соглашениях было два недостатка. Первый – требование внутриполитических перемен и ожидание того, что украинское правительство положит конец своему подходу «избирательного правосудия» (имеются в виду обвинения в коррупции, которые выдвигаются лишь в отношении политических противников Януковича), начав с освобождения бывшего премьера и главного соперника Януковича Юлии Тимошенко. Даже предложение Тимошенко покинуть Украину для лечения в Германии – форма мягкой ссылки – было проблематичным для команды Януковича, воспринимающую Тимошенко, которую Янукович с небольшим отрывом обошел на президентских выборах в 2010 году, как своего главного соперника. В краткосрочной перспективе нейтрализация Тимошенко была важнее, чем подписание сделки с ЕС.
Подобно Турции, которая также проблемно продвигала более тесную интеграцию с ЕС, украинское правительство пыталось обеспечить как можно больше экономических выгод и максимально сохранить при этом суверенитет, чтобы не делать значительных изменений в своих внутренних институтах.
Движимая желанием преуспеть на европейском рынке, Украина сделала ряд шагов с целью приблизить свои институты к стандартам ЕС, но Рада на этой неделе не стала принимать последнюю серию законопроектов, которые понадобятся, чтобы привести Украину в соответствие с ЕС – включая один о возможности Тимошенко поехать за границу на лечение.
Второй недостаток – реакция России. Россия остается вторым крупнейшим иностранным инвестором Украины, и Украина по-прежнему очень сильно зависит от российского рынка. Усилия Украины по получению энергетической независимости с помощью развития нефтяных и газовых проектов не принесут плодов еще в течение нескольких лет, и страна зависит от России в плане дешевых поставок энергии. В пятницу премьер-министр Украины Николай Азаров открыто сказал законодателям в Раде, что Украина не может в настоящий момент позволить себе экономический разрыв с Москвой: «Кто нам компенсирует гигантские затраты от потери рынка Таможенного союза, спрашиваю я вас? К сожалению, мы не получили реалистичного ответа на этот вопрос».
Решение Украины представляет собой крупную неудачу западной политики. Оно снова выявляет неискренность обещаний бывшего госсекретаря Хиллари Клинтон о том, что США предпримут серьезные усилия для противодействия путинским евразийским интеграционным планам; США продолжают риторически выступать против предложений Москвы, но не намерены посвящать много времени, энергии, а главное — ресурсов — этой задаче. Это также ставит под угрозу европейский подход, предполагавший, что у Москвы не будет иного выбора, кроме как смириться с усилением европейской активности на евразийском пространстве, и что Брюссель может поставить Россию перед свершившимся фактом. Ульрик Шпек (Ulrich Speck), приглашенный научный сотрудник в Carnegie Europe, подытоживает наивность этого подхода: «ЕС всегда воспринимал себя как кого-то, кто не играет в геополитические игры. Но ирония в том, что новая настойчивость Путина вынудила ЕС играть в политику силы, так что это превратилось главным образом в геополитическую игру».
На настоящий момент Янукович удовлетворил основное требование России: сорвать сделку с ЕС. Но Янукович также всегда сопротивлялся льстивым речам Москвы и по-прежнему не хочет, чтобы Украина была полностью поглощена евразийскими структурами Москвы, хотя в прошлом он рассматривал возможность более свободной степени «ассоциации» с Евразийским союзом. Кроме того, он не хочет сохранять зависимость страны от России и по-прежнему хотел бы более тесных связей с Европой.
Помимо этого, Януковичу придется иметь дело с неожиданным общественным недовольством в отношении его решения заморозить сделку. Собравшие более 100 тысяч участников протесты в столице стали крупнейшими со времен Оранжевой революции 2004 года и могут легко превратиться в крупную политическую помеху для правительства, в особенности с учетом недавних столкновений протестующих с полицией. Заявление, сделанное в понедельник председателем Европейского совета Херманом ван Ромпёем и главой Европейской комиссии Жозе Мануэлем Баррозу, укрепит позицию тех, кто считает, что Янукович отступился от своего собственного обещания стремиться к более тесным связям с Европой перед лицом давления со стороны Кремля: «Это право Украины решать, какого рода отношений она хочет с Европейским Союзом. Граждане Украины в ходе последних дней снова продемонстрировали, что они хорошо понимают и принимают историческую природу европейского объединения».
Предпочтительным для Януковича исходом было бы наложение реальных ограничений на продолжающуюся экономическую и политическую интеграцию с Москвой одновременно с поиском способа урегулирования с ЕС, которое поможет украинской экономике, но не поставит под угрозу его политическое доминирование в стране. Когда в конце этой недели в Вильнюсе он встретится с европейскими лидерами, у него будет возможность озвучить то, что он может спасти из обломков сделки. Он скорее предпочтет продолжать свое рискованное балансирование между Востоком и Западом, чем обнаружить себя под каблуком у Москвы или выполняющим директивы ЕС. Вопрос в том, захочет ли Путин или Брюссель пойти ему навстречу.
Николас Гвоздев
