При Рамзане Кадырове Чечня все больше и больше отдаляется от Москвы, пишет Стив Розенберг в статье, которую перевела Русская служба Би-би-си.
Рамзан Кадыров Фото kp.ru
На концерте в Грозном детский хор поет о бывшем президенте Чечни Ахмате Кадырове, погибшем от рук сепаратистов в результате взрыва восемь лет назад.
Тему песни нельзя назвать приятной, но поющие ошеломительны: девочки — в белых шелковых платках и красиво расшитых сиреневых платьях, мальчики — в меховых шапках, в костюмах, украшенных кинжалами и игрушечными патронами.
Когда на сцену поднимается сын убитого президента, аплодисменты тянутся почти так же долго, как Кавказский хребет.
Его зовут Рамзан Кадыров, и сейчас он управляет Чечней.
Об этом говорит и то, сколько его портретов развешано по всему Грозному — на рекламных щитах, на верхних этажах зданий и даже у входа в автосалоны.
Кадыровы когда-то сами были сепаратистами. Они перешли на другую сторону. После смерти Ахмата Кадырова Кремль возложил на Рамзана и его вооруженное ополчение задачу подавить сопротивление и заново отстроить Чечню.
Этот план пока работает.
Менее 10 лет назад ООН назвала Грозный "наиболее разрушенным городом на земле". В наши дни в столице Чечни эхом отдаются не звуки пуль, а шум строительных работ и звук аппаратов для приготовления попкорна, установленных на углах улиц.
Теперь здесь суши-бары, салоны красоты и даже "комеди-караоке клуб". Миллиарды долларов финансовой помощи из Москвы пошли на реконструкцию и позволили столице Чечни восстать из руин.
"Нарушения прав человека"
Но фигура человека, ответственного за это возрождение, вызывает массу споров.
Правозащитные организации обвиняют Рамзана Кадырова в преследовании тех, кто его критикует, а также в нарушении прав человека в ходе борьбы с мятежниками.
Контрразведывательная служба МИ-5 считает его ответственным за гибель политических оппонентов, свидетельствует документация британских судов.
Когда я встретился с Рамзаном Кадыровым в его президентском дворце, я спросил, соответствуют ли эти подозрения истине.
"Сегодняшняя наша жизнь, прекрасная жизнь, которую мы строим, западных и европейцев не устраивает", — говорит он в ответ.
"Они говорят, что Кадыров — бандит. Если что-то появляется в Европе, сразу: "А, Кадыров там!". Если где-то корова умерла у кого-то — вот, Кадыров. Где-то курицы, там, яйца не несут — тоже Кадыров виноват?"
"Они готовы на все что угодно, чтобы очернить имя Кадырова, — говорит он. — Я говорю: "Докажите, что я плохой!".
А что же с заявлениями, что Кадыров рассказывал о существовании "расстрельного списка" из 300 своих политических оппонентов? Лидер Чечни смеется.
"И кто это говорит? Какой-то шизофреник, без рода, без ничего! Как я могу разговаривать, даже если в Европе, с каким-то шнурком? Я ему говорю, что у меня есть список, 600 фамилий… Я говорю, клянусь Аллахом, даже вслух, даже в ум мне никогда не пришло это", — говорит лидер Чечни, улыбаясь.
"Исламизация"
Отстраивая новую Чечню, Рамзан Кадыров, тем временем, пропагандирует, по его выражению, "традиционный ислам", из-за чего Чечня все меньше и меньше кажется частью России.
В магазинах больше не продается свободно алкоголь, появились отдельные спортивные учреждения для мужчин и для женщин. В магазине компьютерной техники можно купить iPad и впридачу получить бесплатный экземпляр Корана, а на потолке моего номера в отеле нарисована стрелка, указывающая направление на Мекку.
При Кадырове был также введен более строгий мусульманский дресс-код. Одна женщина призналась мне, что ей угрожали из-за того, что она появляется на публике без платка на голове.
Она глубоко обеспокоена политикой исламизации. Опасаясь преследования, она попросила не упоминать ее имя.
Моя собеседница рассказала о том, как ее племянница неожиданно спросила родителей, молятся ли они, а потом призналась, что "приходил дяденька, вел беседу, сказал спросить, молятся ли наши родители, а если не молятся, то они попадут в ад, и вы тоже с ними".
"Он попросил спросить у родителей и рассказать ему, молятся они или нет", — рассказывает женщина.
"Сегодня с малых лет в детях это воспитывается, детям это внушается, что не молиться — это не хорошо, что ты должен контролировать своих сестер, детей, братьев", — продолжает она.
"Мне очень страшно, что будет лет через 15, может, даже 10, если все будет так продолжаться. У нас вырастет целое поколение радикалов".
Рамзан Кадыров отрицает, что его понимание ислама — экстремизм. Он также не принимает заявлений о том, что традиционный ислам нарушает права женщины.
"У ног матери — рай", — говорит он мне.
"Поэтому, как вы думаете, как может чеченец, мусульманин, ущемлять права женщин? Я свою маму очень люблю, сестру, жену, детей. Я отношусь со всем уважением, почестями. Хранительница очага семейного. Поэтому это все придумано, надумано".
Тем временем на концерте дети покинули сцену. Теперь уже хор взрослых поет гимн Чеченской республики.
"Как бы ты ни горела огнем несправедливости, Чечня, ты падала и вставала снова и снова", — поют они.
Чечня снова встает на ноги. Но куда она идет? Во всяком случае, кажется, что она все больше и больше отдаляется от Москвы.
