Предстоятель Русской православной церкви Кирилл в ближайшее время может значительно улучшить свои жилищные условия. Его представители сумели добиться наложения ареста на квартиру в престижном "Доме на набережной", которая принадлежит врачу-кардиохирургу, бывшему министру здравоохранения Юрию Шевченко, и располагается по соседству с жилищем патриарха Кирилла (Владимира Гундяева), пишет "Сегодня".
Суд решил, что именно ценой собственных апартаментов Шевченко может возместить непоправимый урон, нанесенный имуществу Гундяева. Мебель и книги патриарха оказались покрыты слоем пыли, которая, как посчитали в суде, прилетела из квартиры экс-министра. При подсчете гигантской суммы ущерба учитывались даже наночастицы, обнаруженные в жилище Гундяева.
Как рассказали представители Юрия Шевченко, эта история началась еще в 2010 году. Тогда семья Шевченко приобрела квартиру в доме №2 по улице Серафимовича ("Дом на набережной") для дочери Ксении и ее четверых детей. Весной 2010 года в апартаментах начался ремонт, который в октябре прервала представительная делегация.
Неожиданно в помещение ворвались руководители управы района Якиманка, представители мэрии, сотрудники правоохранительных органов и даже один депутат Госдумы. Рабочих чуть ли не под конвоем отвели в квартиру этажом выше, где их поджидала некая Лидия Леонова. Там строителям указали на пыль, после чего доставили в отделение милиции. Впрочем, из-за чего поднялся такой переполох, выяснилось довольно быстро.
Пыль появилась в пятикомнатных апартаментах площадью 144,8 квадратных метра, которые принадлежат Патриарху Кириллу. Вскоре в Замоскворецкий суд был подан иск к Шевченко на сумму в 26 миллиона рублей, которая потом была снижена до 20 миллионов рублей. Кроме того был наложен арест на квартиру Ксении. При этом ее оценили всего в 15 миллионов рублей, тогда как рыночная стоимость подобных апартаментов в "Доме на набережной" составляет около 50 миллионов рублей.
Стоит отметить, что по благословению Алексия II Шевченко окончил в Ташкенте духовную семинарию, после чего был рукоположен в сан священника в УПЦ. У него сложились дружеские отношения с Блаженнейшим Украины Владимиром.
В 2008 году Алексий II умер, а патриархом стал Кирилл. По словам родственников Юрия Шевченко, вскоре после этого к нему обратились представители Московской епархии с рекомендацией подписать покаянное письмо Кириллу за то, что рукоположился без его ведома. Шевченко делать этого не стал, так как по канонам нарушений не было. По словам близких врача, в РПЦ тесные отношения между Шевченко и патриархом Владимиром вызывали нескрываемое раздражение. Под редакцией Юрия Шевченко издана книга о святителе Архиепископе Луке — хирурге Воино-Ясенецком, которая была переведена на многие языки мира. За это издание священник Георгий (Шевченко) был награжден орденом предстоятеля Греческой Православной Церкви. Шевченко готовился передать Московской патриархии сформированный по крупицам собор из полутысячи редчайших мощей и реликвий христианской веры. "Дар не был принят, все попытки узнать личную позицию по данной ситуации в РПЦ натыкались на полное непонимание", — рассказали близкие Шевченко.
На фоне подобных событий и произошла история с появлением пыли в квартире Гундяева. "В данной ситуации тоже делались попытки побеседовать с самим патриархом, но безуспешно, — отмечают близкие Шевченко. — Близкие к РПЦ люди объяснили сумму иска и желание отобрать квартиры в "Доме на набережной" просто: так надо".
В то же время официальный представитель РПЦ утверждает, что Патриарх Кирилл не имеет к этой истории никакого отношения, пишет RFI.
"Попытки связать имя предстоятеля Церкви с данным делом — очередной пример грязных пиар-технологий", — заявил глава синодального информационного отдела РПЦ Владимир Легойда, подчеркнув, что патриарх Кирилл не участвует в судебном разбирательстве.
По словам Легойды, из истории с "квартирой патриарха" "пытаются создать сенсацию" церковные оппоненты, с тем, чтобы выставить патриарха "в неприглядном свете". "Сами инициаторы, насколько я понимаю, особо и не скрывают, что вбросили эту тему в информационную среду именно потому, что в правовом поле у них нет оснований для положительного для них решения возникшей проблемы", — добавил Легойда.
