Китайское войско выходит на поле боя

33

В Пекине идет подготовка к восемнадцатому съезду Коммунистической партии. Будущие лидеры не смогут править без поддержки вооруженных сил, но усиление финансирования Народно-освободительной армии Китая приведет к нежелательному результату.

Это превзошло ожидания многих в Азии и в тихоокеанской зоне, но все же оказалось меньше, чем в прошлом и, возможно, заложило тенденцию на будущее. 4 марта Китай заявил, что хочет увеличить на 11,2% свои военные расходы, комментируя свой первый оборонный бюджет после того, как президент Соединенных Штатов Барак Обама выдвинул невраждебную политику усиления американского присутствия в регионе.

Новый официальный бюджет Народно-освободительной армии Китая составит 670,3 миллиардов юаней (110 миллиардов долларов) после повышения на 12,7% в прошлом году и целой серии почти непрерывного увеличения, выражавшегося в двузначных цифрах за последние два десятилетия. Только в 2010 году объявленное увеличение составило 7,5%. По неофициальным оценкам, увеличение выражается гораздо большими цифрами, но официальная газета, рассчитанная на формирование общественного мнения иностранцев «China Daily», взялась доказать, что происходило общее снижение китайских военных расходов.
Второй последний официальный бюджет свидетельствует об увеличении всего лишь на 1,5% по отношению к прошлому году, в то время как подсчеты «China Daily» заявляют о снижении, что нацелено на достижение двух целей: показать азиатско-тихоокеанскому региону, все более озабоченному военной мощью Китая, что расходы на Народно-освободительную армию могут резко снизиться в будущем, и в то же время, так как повышение все-таки значительное, доставить политические дивиденты вооруженным силам в год передачи власти от Ху Цзиньтао к Си Цзиньпин.

Народно-освободительная армия представляет основной политический ресурс партии. Дэн Сяопин никогда не занимал первых постов в правительстве или в руководстве китайской коммунистической партии страны, но был председателем Военного совета. После него как Цзян Цзэминь, так и Ху Цзиньтао совмещали три поста: главы государства, генерального секретаря ЦК КПК и председателя Военного совета.

В 2002 году Цзян отказался от первых двух постов, но сохранил за собой еще на два года лидерство в Военном совете, чтобы продемонстрировать, что он все еще остается верховным лидером Китая. В октябре этого года на восемнадцатом конгрессе партии Китай должен пережить второй момент мирной передачи власти от Ху к Си, который последует за передачей власти от Цзяна к Ху. В этой переходной фазе, когда многое должно еще быть решено, никто не может себе позволить выступить против Народно-освободительной армии, которая желает получать финансирование и вооружаться, потому что деньги — всегда деньги, а также означают власть в партии и в Китае.

Все это в некотором смысле превосходит нормальную логику военных в других странах, где руководство вооруженных сил добивается денег для роста армии. Но такая политика составляет логику теперешней власти в Китае. Цзян в 1990 году был первым главой партии без военного опыта в сражениях и важных связей среди военных. До него Дэн резко сократил военный бюджет, чтобы предоставить гражданской экономике большие ресурсы для роста, а в начале восьмидесятых годов уменьшил на треть численность армии. В обмен он пообещал военным занятия бизнесом, возможности зарабатывать деньги, открывать предприятия, стать капиталистами и фактически перестать интересоваться военными вопросами.

Тем не менее, с подавлением движения на площади Тяньаньмэнь военные опять приобрели первостепенное значение. От них потребовали атаковать студентов и занять определенную позицию в борьбе за власть, что привело к закату политики бывшего Генерального секретаря ЦК КПК Чжао Цзыяна. На четырнадцатом конгрессе партии в 1992 году мощная военная фракция под руководством Яна Шанкуня была смещена, и Дэн передал всю власть Цзяну, включив генерала Лю Хуацина (китайский политик, военачальник, главнокомандующий военно-морским флотом КНР в 1982—1988 гг, генерал армии (1988), вице-председатель Центральной Военной комиссии КНР (1989), член постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, прим. ред.), тогда бывшего на пенсии, в постоянный совет политбюро. Он должен был оказывать поддержку власти Цзяна, которая сначала не была очень крепкой.

В период пятнадцатого съезда партии, в 1997 году произошел другой раздор между армией и партией, вызванный двумя причинами: во-первых, Народно-освободительная армия оказалась вовлеченной в скандал с контрабандой в портовом городе Сямынь, во-вторых, была проведена реформа государственных предприятий. Скандал в Сямыни разразился, когда Китай вел переговоры о вступлении во Всемирную торговую организацию (ВТО).

Официальная линия была против, но потом группа китайских ученых доказала, что если бы Китай уменьшил контрабанду, он смог бы достичь тарифных показателей, чтобы войти в ВТО, что в свою очередь позволило бы увеличить таможенные сборы. Другими словами, контрабанда, которая осуществлялась в основном при поддержке армии, стоила правительству больше, чем снижение тарифов, которых добивались Соединенные Штаты.
Кроме того, если Китай хотел добиться повышения эффективности своей экономики, он должен был реформировать свои государственные предприятия, сделав их полностью коммерческими и отделив их от соответствующих министерств. Таким образом, армия в течение всего нескольких лет должна была оставить все свои предприятия и резко реформировать свою систему обеспечения.
Другими словами, армия перестала делать деньги сама, должна была официально отказаться от роли капиталистического предпринимателя, а, следовательно, стала нуждаться в государственных деньгах. В знак дальнейшей демилитаризации политики, начиная с пятнадцатого съезда партии, в постоянном совете Политбюро не стало ни одного представителя военных. В обмен армия получила возможность увеличивать свой бюджет и начать осуществлять много раз откладывавшуюся программу модернизации.

Через десятилетие Народно-освободительная армия стала вторым самым большим войском в мире, что идет в уровень с ростом экономической мощи Китая. Но эта более сильная армия не способствует укреплению международного положения Китая, наоборот, она ослабляет его позицию в регионе и в мире, так как растет страх против «желтой опасности», которая готова заполонить весь мир своей продукцией и своими солдатами.
Китай не только не укрепляет свою власть военным путем (по множеству причин), но может статься, что ему труднее будет осуществлять даже простые сделки, такие как слияния и приобретения из-за призрака своего войска. Любое слияние или приобретение, происходящее по причине нормального экономического интереса, будет подозреваться: это военное вторжение? Является частью хитроумного китайского заговора с целью завоевания мира?

Если это так, то наступило время для асимметричной стратегии, изложенной в книге 1999 года «Война без границ» (Chao Xian Zhan), то есть, чтобы добиться военного престижа и большего политического доверия в мире, Китай должен прибегнуть к сложной стратегии (простое вертикальное наращивание своих вооруженных сил даст обратный эффект). Иначе будет расти страх и реакция, которая начнется с военных, но коснется всей деятельности Китая: всякое приобретение какой-нибудь шахты или фабрики за рубежом или подавление мятежа на родине станут доказательством намерений Китая завоевать весь мир.
Кроме того, конкуренция с Соединенными Штатами в космосе и в области безопасности в Сети растет. В этих двух критических секторах для будущей безопасности (через «завоевание» Интернета или космического пространства я могу сделать так, что твое оружие будет подчиняться моим командам, или же я смогу все заблокировать) Китай ненамного отстал от США. Поэтому Пекин не должен бояться агрессии и легкого поражения со стороны Соединенных Штатов Америки.
Эта логика довольно проста, ее могут понять все генералы. Ее должно быть достаточно для того, чтобы уменьшить военные расходы и искать диалога с Соединенными Штатами в области прозрачности и военного сотрудничества. Но как мы видели, чисто военно-стратегический элемент — это только одна сторона медали. Есть еще и внутренняя политика. Деньги всегда дают власть, в том числе и Народно-освободительной армии, а чего захочет армия в обмен на отказ от части своих денег и от своей теперешней власти?

Речь идет об общем вопросе, который потом должен быть рассмотрен в свете различных фракций Народно-освободительной армии, отнюдь не являющейся монолитом. Недавнее выступление генерала Лю Юаня против своего коллеги, который пал после обвинений в коррупции, доказывает, что среди военных идет не менее жестокая борьба, чем среди гражданских лиц. Но если только Народно-освободительная армия не потерпит провал в попытке найти новую модель, чтобы сбалансировать свою власть внутри партии, ее внутренняя логика (больше денег — больше власти) возобладает над внешней (больше денег для Народно-освободительной армии — больше проблем для Китая).

Ответ не может быть найден в ближайшие дни или в ближайшие месяцы, когда политическое равновесие на съезде КПК будущей осенью потребует от различных фракций принять во внимание голоса военных. Тогда мы и увидим, кто среди военных выиграет: тот, кто хочет денег, или тот, кто понимает необходимость применения новой, более сложной стратегии для Китая.

Франческо Сиши

 

Поделиться:
Загрузка...