В Форт Мид, Мэриленд третий день продолжается процесс по делу 24-летнего ефрейтора Брэли Маннинга, который был основным поставщиком сверхсекретной информации для сайта wikileaks.
Фото Getty Images
Публикация данных, украденных Маннингом, нанесла сильнейший дипломатический удар по репутации Соединенных Штатов. Разоблачения Маннинга- wikileaks, кроме прочего, показали , насколько низкого мнения придерживаются профессионалы американской разведки и дипломатии о своих коллегах, союзниках и партнерах.
Сейчас идет лишь этап предварительного слушания, по завершении которого суд должен решить, есть ли достаточно оснований для того, чтобы отдать Маннинга под военный трибунал.
Рядовой Брэдли Мэннинг в сопровождении военной полиции направляется в суд 19 декабря 2011. Фото Reuters
Из четырех вызванных в суд свидетелей двое отказались давать показания. Командир отделения разведки операционной станции Hammer капитан Кэйси Фултон сообщила, что Маннинг хорошо разбирался в компьютерах и ей "нравилось работать с ним". Она сказала: "Он очень хорош в сборе и анализе данных".
Капитан заявила, что все сотрудники ее секции были предупреждены о секретности работы. Тем не менее, многие солдаты использовали казенные компьютеры для того, чтобы играть в компьютерные игры, смотреть кино и слушать музыку – зачастую на тех же дисках, на которых хранилась секретная информация. Капитан сказала: "Тут ничего не подделать. Мы не можем за каждым следить день напролет. Приходится им доверять".
Фото Getty Images
Второй свидетель, сержант Чад Мадарас, работал , в основном, в дневные смены – после ночных Маннинга. Мадарас пожаловался на то, что после Маннинга компьютер постоянно падал. Он также сообщил о том, что Маннинг иногда "психовал" и вообще, был личностью весьма нелюдимой. Мадарас заявил, что не знает ни одного человека, которого бы можно было назвать другом Маннинга.
На суде также выяснилось, что Маннинг однажды послал своему командиру письмо, в котором сообщил, что является трансвеститом.
Если Маннинга отдадут под военный трибунал, ему предъявят обвинительное заключение по 22 пунктам военного закона, в том числе, в содействии врагу. Теоретически, военные прокуроры могут потребовать смертной казни, но они обещают ограничиться пожизненным заключением.
