Украинцы оставили свою свободу на холодной площади — авось сама вырастет.
Когда президент Виктор Ющенко подписал указ об учреждении Дня свободы, в этом его жесте можно было усмотреть что угодно, только не напоминание о самой свободе. Новая власть, уже терявшая доверие сторонников, уже продемонстрировавшая неспособность превратить Днепр в молочную реку с кисельными берегами, уже рассорившаяся и договаривавшая с недавними противниками, пыталась пробудить в своих недавних сторонниках романтические воспоминания. Ющенко подписал этот указ всего через несколько месяцев после того, как нашел общий язык с Януковичем и отправил в отставку правительство Тимошенко — и за несколько месяцев до того, как его команда фактически сдала Украину "Газпрому" и Фирташу, превратив ребят из "РосУкрЭнерго" в хозяев страны. Какая уж там свобода — это был день предательства в чистом виде, без примесей!
Очень быстро этот день стал днем национального позора — оказалось, что никакой революции недостаточно, для того, чтобы элита перестала воровать, а население — ощутило ответственность за страну, которую нужно строить и за которую нужно бороться. Вчерашние вожди Майдана даже и собраться уже вместе не могли: Тимошенко готовилась к президентским выборам, Ющенко обсуждал со своим новым — и настоящим — союзником Януковичем — возможность устранения "узурпаторши" из политики.
Если люди и приходили на Майдан в этот день, то вряд ли могли объяснить себе, что дальше. Они могли разве что вспомнить, что было вчера. Так советский человек, отслуживший срочную и вернувшийся на родной завод, потом всю жизнь рассказывает друзьям об армейских буднях и наглом прапорщике — потому что после службы ничего уже не было. В Украине тоже фактически больше ничего не было — после Майдана.
Но история сделала еще один поворот. Янукович в президентском кресле, Тимошенко в тюрьме, Ющенко… никакого больше значения не имеет, где Ющенко. И день, который казался многим днем нарочитых воспоминаний внезапно превращается в день протеста, в день нежелания жить по навязываемым обществу правилам "малины", день, когда люди начинают себя уважать.
Дело все-таки не в Майдане. Дело в самой свободе. Свобода — она как ребенок: зачать можно только в любви, родить — недостаточно, необходимо ухаживать, присматривать, воспитывать, растить. Украинцы оставили свою свободу на холодной площади — авось сама вырастет. Украинцы доверили свою свободу проходимцам — авось не продадут на органы. Украинцы отнеслись к своей свободе как к чужому ребенку, как к сироте-попрошайке — потому и живут в рабстве и нищете. Но, кажется, многие уже усвоили этот урок равнодушия, увидели, что без них ничего не будет — и если им удастся отыскать своего ребенка на руинах Майдана, они уже не отнесутся к своей свободе как к падчерице…
Виталий Портников
