Многие считают, что открытие на этой неделе газопровода «Северный поток», который свяжет Россию с Германией, еще больше укрепит энергетическую связку Европы с Москвой. Однако у гигантской государственной компании «Газпром», стоящей за экспортной энергетической политикой Путина, есть масса слабостей и недостатков.
Берлин – 8 ноября энергетический гигант «Газпром» планирует начать поставки газа через «Северный поток», который стал первым газопроводом, напрямую связавшим Россию и Германию. Этот трубопровод длиной 1220 километров, уложенный по дну Балтийского моря, стал личной победой премьер-министра Владимира Путина, который продвигал данный проект вопреки техническим трудностям и сопротивлению со стороны соседних стран.
Эта трубопроводная ветка стоимостью 12,1 миллиарда долларов вызвала в Европе страхи по поводу усиливающейся зависимости от государственного Газпрома, который уже почти на четверть обеспечивает газовые потребности Евросоюза. Критики утверждают, что «Северный поток» станет основой для опасного альянса между Берлином и Москвой, который будет похож на Пакт Молотова-Риббентропа от 1939 года между Советским Союзом и нацистской Германией.
Газпром это просто идеальное пугало: огромная, алчная компания, всегда поджидающая в засаде за углом. Вместо того, чтобы избавляться от своего имиджа «энергетического оружия» Путина, она этим имиджем наслаждается. Однако монстр этот призрачный и иллюзорный.
Рекордно высокие цены на энергоресурсы, придавшие компании ауру непобедимости, скрывают те финансовые и технические трудности, которые ждут ее впереди. В конечном итоге, «Северный поток» может стать единственным реально созданным звеном в цепочке запланированных Газпромом трубопроводов.
Советский Союз сорок лет назад открыл первые газопроводы, связавшие Западную Европу с Сибирью. Тем самым, он обрел источник валютных поступлений для поддержания своей коммунистической командной экономики. Когда СССР распался 20 лет тому назад, Россия утратила контроль над газовыми месторождениями Центральной Азии и экспортными трубопроводами через Украину. Ценовые споры России с Украиной на протяжении последних пяти лет постоянно приводят к перебоям в газовых поставках для ЕС.
Чтобы устранить этот недостаток, Путин в свои первые два срока на посту президента России проталкивал проект «Северный поток» как составную часть двунаправленной системы газовых поставок, призванной обойти Украину стороной. Второй подводный трубопровод с названием «Южный поток» должен соединить Россию с южной Европой через Черное море.
У Путина амбиции глобального масштаба. В 2005 году он открыл первый подводный трубопровод в Турцию. Газпром хочет построить сухопутный трубопровод в Китай, и также задумывается о прокладке ветки через коммунистическую Северную Корею, чтобы обеспечивать через нее потребителей на капиталистическом Юге. Китайский проект заторможен из-за разногласий по поводу цен, а у корейского трубопровода не будет будущего, пока две Кореи остаются врагами.
Газпромовский марш в сторону морей отражает 400-летние усилия России по выходу к просторам мировых океанов. С распадом Советского Союза российская внешняя политика лишилась своих прежних задач по распространению коммунистической культуры и идеологии, и сегодня она в основном заключается в управлении ресурсными потоками страны. Когда глава Газпрома Алексей Миллер не ездит по миру, он принимает послов и министров в своем московском кабинете.
Неудивительно, что сегодня российскую энергетическую политику направляют неоимперские позывы. Газпрому уже принадлежит более трети акций национальных газовых компаний трех прибалтийских государств, а также как минимум 50 процентов трубопроводных сетей Белоруссии и Армении.
И лишь Украина настойчиво и упорно отражает поползновения Газпрома на свои трубопроводы, по которым из России в Европу идет 80 процентов российского газового экспорта. Украинский президент Виктор Янукович, которого избрали в прошлом году с надеждой на то, что он восстановит ухудшившиеся отношения с Россией, торгуется с Москвой не менее упорно, чем его прозападный предшественник Виктор Ющенко.
В ближайшее время открытие «Северного потока» в качестве альтернативного экспортного маршрута скорее всего заставит Януковича пойти на попятную. Однако в более отдаленной перспективе российские попытки завлечь Украину на орбиту своей политики могут дать обратный результат. Янукович отверг план слияния Газпрома с государственной газовой компанией Украины и сопротивляется оказываемому на него давлению, цель которого вовлечь эту страну в возглавляемый Москвой Таможенный союз. Для Украины партнерство с Европейским Союзом и сокращение зависимости от российского газа сегодня актуально как никогда.
Из-за бесцеремонной внешней политики Путина у России не осталось надежных союзников, кроме Казахстана и Армении. Путинская модель непотизма, при помощи которой он управляет Россией, плохо отражается на международных проектах. Он назначил бывшего канцлера Германии Герхарда Шредера руководить «Северным потоком» в попытке обеспечить признание трубопровода на Западе. Вместо этого из-за своей газпромовской должности Шредер в Германии превратился в посмешище. Несмотря на расцвет двусторонней торговли, политики Германии настороженно держатся на расстоянии от России.
На самом деле, вопрос не в том, будет или нет Газпром выполнять свои обязательства, а в том, сможет ли крупнейшая в мире газодобывающая компания обеспечить все то, что она обещает. Тот факт, что России принадлежит более 20% общемировых газовых запасов, вовсе не означает, что у Газпрома имеются технические и финансовые средства для извлечения этого газа из-под земли. Старые месторождения истощаются, и компании приходится приступать к реализации проектов в удаленных и суровых районах Арктики, осуществить которые без западной помощи она не в состоянии.
Пока не ясно даже, сумеет ли Газпром заполнить газом «Южный поток». Именно этим объясняются его попытки закупать дополнительный газ у соседей, таких как Азербайджан. «Южный поток» все больше напоминает блеф, призванный оказать давление на Украину и разубедить европейские компании прокладывать собственные трубопроводы в каспийский бассейн.
Россия никогда не задумывается о затратах на строительство газпромовских трубопроводов, поскольку они призваны выполнять политические задачи и редко подвергаются критической проверке со стороны акционеров. Слабость корпоративного управления в России создает массу возможностей для откатов и прочих коррупционных схем в крупных инфраструктурных проектах.
Трубопроводная мания Путина отвлекает внимание от того обстоятельства, что технологии в газовой отрасли в последние годы развиваются революционными темпами. Сжижение природного газа позволило таким островным странам как Австралия и Тринидад и Тобаго поставлять это топливо танкерами в самые разные страны мира. Газпром после финансового кризиса 2008 года узнал, что СПГ дает покупателям и продавцам гораздо больше пространства для маневра, позволяя им более оперативно реагировать на условия рынка, чем в рамках долгосрочных контрактов на трубопроводные поставки газа. А крупномасштабная добыча сланцевого газа в Северной Америке привела к дальнейшему снижению газовых цен.
Газпрому принадлежит завод по сжижению газа на острове Сахалин. Построен он был консорциумом во главе с Royal Dutch Shell. При реализации любых новых проектов в области СПГ российскому газовому гиганту не обойтись без западных технологий и экспертных знаний.
Газпром отнюдь не является непобедимым. Он не защищен от внезапных скачков цен на рынке энергоресурсов. Его положение также усугубляется растущим интересом к возобновляемым источникам. В сентябре ЕС провел серию обысков в представительствах Газпрома в Центральной и Восточной Европе в рамках антимонопольного расследования доминирующих позиций этой компании на рынке региона.
До того как российский президент Дмитрий Медведев заявил о сдаче в будущем году президентских полномочий своему наставнику Путину, он постоянно призывал Россию отказаться от своей нефтяной и газовой зависимости в экономике, а также создать современную экономику, основанную на знаниях. Ожидаемое возвращение Путина на пост президента показывает ложность модернизационных планов его протеже.
«Северный поток» не является символом мощи Газпрома. Это символ архаичной, основанной на энергоресурсах внешней политики, которая несостоятельна и контрпродуктивна.
Люсиан Ким журналист, работающий в России с 2003 года. Он пишет книгу об эпохе Путина.
