Министр иностранных дел России Сергей Лавров объяснил, почему была приостановлена деятельность Федеральной национально-культурной автономии украинцев России.
История с ликвидацией этой автономии мало освещалась в российских СМИ — хотя и дошла до Верховного суда страны, подтвердившего решения предыдущих инстанций. Но до заявления министра казалось — и это подтверждали судебные решения, — что речь идет исключительно о процедурных нарушениях, которые и привели украинскую автономию к печальному концу. Глава российского внешнеполитического ведомства расставил точки над i — по его словам, автономию прикрыли потому, что ее руководители занимались политической деятельностью, направленной на подрыв российско-украинских отношений. Ну просто врачи-вредители какие-то!
Бывший руководитель украинской автономии Владимир Семененко рассказал, что Министерство юстиции обратилось в суд с предложением о закрытии автономии, основываясь на результатах проверки ее деятельности. Политическими эти нарушения явно не были. Но было письмо в министерство некого господина Журавлева, который упрекал руководство автономии в политических диверсиях. В чем эти диверсии выражались? Во-первых, в том, что господин Семененко дал интервью радио "Свобода" — а это уже публичная деятельность, которой заниматься нельзя. Во-вторых, в проведении автономией конференции "Украинистика в России". Этого тоже делать нельзя, Министерство юстиции вынесло руководителям автономии предупреждение — и они вышли из состава оргкомитета научной конференции. И наконец, самое страшное: Семененко участвовал в церемонии памяти жертв Голодомора. Российский суд рассматривал этот эпизод — но его не удалось доказать. А если бы удалось? И вообще, можно ли российским гражданам, какой бы деятельностью они ни занимались, приближаться к памятникам жертв голода 30-х годов, или это акция, направленная на подрыв российско-украинских отношений? Вот, например, когда у этого памятника был патриарх Кирилл? Все, молчу-молчу.
В современной России ничему уже нельзя удивляться. И тому, что через несколько дней после митинга на Манежке правоохранители ворвались в единственную в российской столице Библиотеку украинской литературы — и, вероятно, прикрыли бы ее, если бы не раздраженная реакция украинской стороны, — этому тоже удивляться не приходится. Тот же Лавров утверждает, что "было изъято несколько книг, которые сейчас изучаются на предмет нашего законодательства, которое запрещает распространение националистических идей". Интересно, бывал ли балующийся стихосложением дипломат хоть в одном московском книжном магазине, осматривал ли полки, ломящиеся от шовинистической, ксенофобской, антисемитской, антикавказской, антиукраинской да и антирусской, конечно же, литературы, — там всего хватает. И что-то я не замечал ни предупреждений издательствам, ни изъятых книг — ничего. Зачем же ломать комедию и оправдывать пришибеевщину?
…В конце 80-х нас, представителей трех только что созданных молодежных клубов Москвы — еврейского, украинского и белорусского, — пригласили в горком комсомола. Секретарь горкома — сейчас он, наверное, какой-нибудь куршевельский курортник — неожиданно попросил меня задержаться и поинтересовался, зачем это мне, еврею, заниматься украинским клубом. Я несколько раздраженно заметил, что еще недавно за изучение иврита евреев сажали в лагерь, а теперь еврею вменяют в вину знание украинского языка. "Украинцы хуже евреев — ответил мне секретарь. — Евреи хотя бы уезжают, а украинцы хотят разрушить нашу великую страну".
Я тогда не придал значения этому безумному диалогу, потому что совершенно не представлял себе, что украинцы в России могут оказаться в положении евреев 40-50-х годов прошлого века, что по их книгам будут ходить грязными сапогами — как ходили по еврейским пьесам в ГОСЕТе, что их культурные общества будут прикрывать по суду — как закрывали еврейские театры, газеты и комитеты. Но оказывается, возможно и это.
Виталий Портников
