В 2004 году в архивах Музея имени Глинки была найдена опера Дмитрия Шостаковича "Оранго". Долгое время опера считалась утерянной, и ее обнаружение стало маленькой сенсацией: рукопись пролежала в столе более 70 лет.
Дмитрий Шостакович. Фото с сайта hrono.ru
Первую постановку "Оранго" собирались осуществить в России, но то ли не нашлось денег, то ли просто забыли. В результате премьера неизвестного Шостаковича состоится в Лос-Анджелесе.
Бумаги, в которых нашли рукопись "Оранго", попали в музей в 1960-х годах благодаря близкому другу и серкетарю Шостаковича Левону Автомяну. Опера была самым ценным материалом из тех набросков, черновиков и фрагментов, которые составляли 250-страничный архив, и особенно важно, что она сохранилась в цельном виде: было найдено и либретто, и прописанный клавирный вариант партитуры, а также партии хора и солистов.
О замысле оперы было известно давно, но до обнаружения рукописи никто не знал, писал ее Шостакович или нет. "Оранго" композитору заказали в 1932 году, в то время он заканчивая "Леди Макбет Мценского уезда" и занимался работой над оперой "Большая молния". Заказчиком выступил Большой театр, и опера должна была быть приурочена к 15-летию Великой Октябрьской революции, поэтому она задумывалась как жесткая сатира на капиталистическое общество и в особенности — на буржуазную прессу. Тем не менее композитор и либреттисты — Алексей Толстой и Александр Старчаков — вложили в нее и долю критики советского режима.
Вероятно, именно поэтому опера так и не была завершена. Согласно другому мнению, Шостакович оставил работу над "Оранго" потому, что просто не успевал закончить ее в срок. Как бы то ни было, все, что нашлось в архиве, — это пролог длительностью около 40 минут. Он состоит из орекстровой партии, партии хора и 11 голосов. В прологе дается завязка сюжета, который должен был развиваться в трех актах оперы, оставшихся ненаписанными.
Сюжет оперы основан на одном из рассказов Старчакова, в котором некий врач ставит эксперимент по скрещиванию человека и обезьяны. В то время тема таких биологических опытов была довольно популярна как в литературе, так и в науке. В 1896 увидел свет роман Герберт Уэллса о безумном вивсекторе "Остров доктора Моро", а в 1925 Булгаков написал "Собачье сердце", образец острой политической сатиры.
Что касается науки, то в 1920-е годы биолог Илья Иванов по заданию советского правительства проводил в Африке эксперименты по скрещиванию человека и обезьяны. Его опыты не увенчались успехом, однако он продолжал работу и после возвращения в Советский Союз, для этого была организована специальная научная станция в Сухуми. Дмитрий Шостакович не понаслышке был знаком с этими опытами: в 1929 году он посетил станцию Иванова и впоследствии рассказывал, что увиденное ему понравилось.
Лос-Анджелесская филармония. Фото xmages.net
Сочетание впечталений Шостаковича с текстом Старчакова на выходе дало главного героя оперы — метафорического врага коммунизма, человека-обезьяну, имя которого стало названием оперы — Оранго. Жизнь Оранго начинается в лаборатории французского ученого, успешно скрестившего обезьяну с человеком. Став взрослым, Оранго делает карьеру журналиста, после Первой мировой войны отправляется в Советский Союз в качестве шпиона, но его разоблачают и высылают. Во Франции Оранго женится, богатеет и становится владельцем газеты, в которой начинал работать.
С возрастом ненависть Оранго к коммунистическому режиму растет, причем он влюбляется в дочь создавшего его ученого, сочувствующую коммунистам. Из-за этого противоречия и сжигающей его ненависти Оранго начинает стремительно тупеть и разлагаться, теряет человеческий облик, и в какой-то момент жена продает его как диковинку немецкому цирку, который привозит Оранго в советскую Россию. На этом пролог заканчивается.
Открытие "Оранго" — заслуга старшего научного сотрудника Музея имени Глинки Ольги Дигонской, которая изучала архивы по просьбе вдовы композитора Ирины Шостакович. В интервью 2006 года Дигонская говорила, что "Оранго" думает поставить в "Геликон-опере" Дмитрий Бертман, но с тех пор об этих планах ничего слышно не было. И вообще в России известие о находке большого ажиотажа не вызвало, более того — прошло практически незамеченным.
Возможно, поэтому Ирина Шостакович в конце 2008 года обратилась к британскому композитору Джерарду Макберни с просьбой сделать оркестровку клавирного варианта партитуры. Макберни — известный специалист по русской музыке и в том числе Шостаковичу. Ранее он уже занимался аранжировкой его произведений — сюиты "Клоп", эстрадно-циркового представления "Условно убитый", оперетты "Москва, Черемушки" и других.
После того как о существовании партитуры, благодаря Макберни, узнали на Западе, ею заинтересовался финский дирижер Эса-Пекка Салонен. Он связался с Деброй Борда, директором Лос-Анджелесской филармонии, и заявил, что хотел бы исполнить "Оранго". В результате филармония приобрела права на произведение и начала подготовку к премьере, которая запланирована на декабрь 2011 года.
Сложно объяснить это в своем роде поразительное пренебрежение к наследию одного из выдающихся русских композиторов XX века на родине.
Алексей Каданер
