Один из паспортных столов ФМС Санкт-Петербурга 5 октября принял на оформление заграничный паспорт одной из жительниц города с фотографией владелицы в хиджабе — традиционном мусульманском головном платке.
Камилла Капустянская, будущая обладательница паспорта, до этого неоднократно пыталась подать в управление ФМС документы с фотографией в хиджабе, однако поначалу ей отказывали из-за того, что на фотографии был, по мнению паспортистов, не полностью виден овал лица.
После неудачной попытки женщина, собирающаяся посетить родственников мужа за границей, сделала и представила в ФМС новые фотографии — на сей раз в платке, повязанном более «либерально». В отличие от первой попытки, когда Камилла сфотографировалась с почти закрытым лицом, новая фотография чиновников устроила — однако, учитывая, что «внутренний» паспорт у Капустянской содержит фото вовсе без головного убора, паспортисты предупредили о возможных проблемах на пограничном контроле.
История в Санкт-Петербурге может показаться совершенно незначительной — тем более, что действующее законодательство РФ допускает фотографирование на документы в религиозных головных уборах. Однако то, что она оказалась в ряду важных новостей дня, сигнализирует о том, что в России, как и в странах Европы, актуализируются формальные вопросы, связанные с правами мусульман, проживающих в прежде «неродных» для этой религии регионах.
О том, почему проблема признания хиджабов в фотографиях на документы официальной нормой обострилась именно сейчас, рассказывает религиовед, переводчик Корана Валерия Пороховая:
— Насколько принципиально для мусульманок ношение хиджаба? Это завет Пророка или просто традиция?
— Вообще, Коран сам по себе не обязывает женщин покрывать голову. Это лишь требование традиции. Более того: существует достоверный хадис (высказывание) Пророка, предписывающий в немусульманских странах вести себя и одеваться так же, как и преобладающее население. Впрочем, покрытие головы всё-таки считают необходимым большинство мусульманок.
— В советские времена о проблемах с фотографиями на паспорт не говорили — мусульманки фотографировались без хиджабов, и вроде бы не возникало проблем…
— В принципе, ходить (и фотографироваться) можно в самых разных головных уборах. Я, скажем, на паспорт фотографировалась и фотографируюсь в шляпке — благо, в ОВД «Арбат», а я живу на его территории, меня ни разу не просили снять головной убор. Голова должна быть прикрыта, а покрой одежды не должен провоцировать мужчин на нескромные желания — собственно, это все, что Коран говорит о женской одежде.
Ни паранджа, которая часто смущает европейцев, ни тёмные цвета не обязательны для мусульманки. Напротив, Всевышний дал людям — в том числе и женщинам — полную гамму цветов, и ими можно и нужно пользоваться. Так что проблем выглядеть красиво нет, и проблем с непривычным обликом тоже можно избежать. Ведь требования к мусульманской женщине — те же, что предъявляет к приличной женщине любая традиция, в том числе и христианская.
— Тогда почему именно сейчас началась кампания за легализацию хиджаба?
— То, что сейчас делается — это, в общем-то, взятка, уступка мусульманскому сообществу со стороны властей. Вызвано это тем, что во многих городах мусульмане уже составляют большой процент населения. В Москве это, по словам Юрия Лужкова, 2,5 млн. человек, в Санкт-Петербурге — полмиллиона, в Челябинске из 1 млн. жителей 600 тысяч мусульман. Есть крупные общины в Перми, Волгограде, Екатеринбурге и других городах. Это достаточно, чтобы власти захотели их как-то задобрить.
Что касается регионов, где титульная национальность традиционно мусульманская — Татарстана, например — то там вопрос с возможностью фотографироваться в хиджабах уже давно решен с помощью судебных определений. Я лично участвовала в качестве эксперта в решении одного из таких вопросов в Верховном суде РФ — и эта инстанция одобрила фотографирование на документы в Хиджабе для паспортов жителей Татарстана.
— Как вы относитесь к этому процессу?
— Я-то как раз выступаю против обострения ситуации и насильственного внедрения хиджабов в качестве официальной нормы. Дело в том, что Пророк заповедал верным мусульманам подчиняться законам той страны, где они живут — если только власть этой страны не допускает гонений на ислам. Сейчас гонений нет, в России ислам разрешён, строятся мечети. Поэтому мусульманской общине стоит подчиниться правилам, существующим в России.
— А чем рискованна нынешняя политика?
— Тем, что она обостряет напряжение между мусульманами России — это и Татарстан, и Кавказ, и мигранты из центральноазиатских стран — и остальными россиянами, то есть христианами и светскими людьми. В какой-то момент это может вылиться в начало антиисламских гонений — а вот тогда заветы Пророка перестанут сдерживать мусульман, и начнется настоящая война. В конечном счёте это чревато распадом страны.
— Кто же провоцирует обострение? Православная церковь, другие христианские общины, власть?
— Нет, православная церковь, по крайней мере, её руководство — точно ни при чем. Высшие иерархи РПЦ прекрасно понимают проблему и дружественно относятся к исламу. Но вот в низовом звене много непросвещённых священников, хватает и внецерковных «активистов». А руководят этими провокациями совершенно конкретные люди, которым нужно именно что раскачать ситуацию в России. И это, конечно, очень опасно.
Антон Размахнин
Кончился месяц Рамадана. В центре Санкт-Петербурга 08.09.2010
Кончился месяц Рамадана. В центре Санкт-Петербурга 08.09.2010
