В интервью «Росбалту» экс-глава администрации Севастополя Сергей Куницын отрицает причастность к продаже земли, арендуемой Россией для Черноморского флота, объясняет, как подтасовывали обвинения, и рассказывает о рисках для военных городков ЧФ.
— Сергей Владимирович, «Росбалт» опубликовал документы, свидетельствующие о приватизации земель, арендованных Российской Федерацией для нужд Черноморского флота. Судя по этим документам, в частные руки земли попали в период, когда вы возглавляли госадминистрацию Севастополя, причем многие госакты были выданы буквально в последний день вашей работы в городе. Первый и главный вопрос: территории ЧФ передавались в частные руки?
— Можете быть спокойны – ни в какие частные руки земли Черноморского флота не передавались. Тут есть четкая юридическая позиция: земли ЧФ арендуются Россией согласно межгосударственным соглашениям и никто, кроме должностных лиц РФ, не имеет права распоряжаться этими территориями.
— Но как же быть с документами? Прошло уже больше недели со дня их публикации и, несмотря на шум в СМИ, никто до сих пор не усомнился в их существовании.
— Это простейший пример подлога. Дело в том, что до сих пор не закончена инвентаризация земель ЧФ. Они проинвентаризированы лишь на бумаге – то есть мы сегодня знаем общую площадь арендуемых земель, плюс то, где и какой площади примерно расположены участки, принадлежащие флоту. Но самое главное, что земли ЧФ не вынесены в натуру. А вынести в натуру – это значит указать систему координат, провести огромную топографическую работу. Это стоит десятки миллионов гривен и эта часть работы до сих пор не проделана. Написано, допустим: городок морпехов. Площадь — 4,5 га. А точные его границы не установлены. А когда границы точные не установлены, в процессе их установления можно сдвигать городок так, чтобы вырезать «лакомые куски» территории. Вынести в натуру – значит окончательно «прописать на местности» участок земли с окончательной «редакцией» заборов и ограждений.
— А когда должна была закончиться инвентаризация земель ЧФ?
— Сроки неоднократно переносились российской стороной. Украина настаивала на том, чтобы это было сделано как можно быстрее. Но на это нужны достаточно большие средства. Хотя, при взаимном желании эта работа могла бы давно быть закончена – для этого нормативно-правовая и оценочная база создана. Могу сказать, что все те четыре года, что я работал, мы на уровне межправительственных комиссий как раз и занимались тем, чтобы установить границы флотских подразделений, военных городков, полигонов, причалов и т.д.
Наши оппоненты занимаются элементарнейшим бумажным крючкотворством. Они берут земли, которые выделяла наша администрация по соседству с воинскими частями, и «накладывают» на них территории, арендуемые ЧФ, пользуясь тем, что эти земли не вынесены в натуру, а, значит, не закреплены фактически. В итоге, в опубликованных документах всё выглядит так, будто мы передавали земли ЧФ в частные руки. А этого не могло быть в принципе!
— Откуда такая уверенность?
— У нас был целый ряд документов открытого и закрытого характера, которые запрещали нам вообще касаться земель ЧФ. Поэтому, когда речь шла об участках по соседству с флотскими землями – тех территориях, которые могли в будущем при вынесении в натуру стать предметом спора – мы всегда обсуждали их выделение с командованием ЧФ. И на решениях о выделении подобных участков у нас стоят подписи руководства флота.
— Вам известна реакция экс-командующего ЧФ Александра Клецкова (возглавлял флот при Куницыне, ушел в отставку в августе 2010 года по достижению пенсионного возраста – прим. ред.) на опубликованные документы? В статье «Росбалта» была озвучена версия, что массовая приватизация флотских земель вряд ли возможна без ведома командования флота и МИДов России и Украины.
— Нет, мне его реакция неизвестна. Дело в том, что Александр Дмитриевич достаточно своеобразный человек, и с ним вообще наши контакты были крайне ограничены. Если предыдущий командующий, адмирал Татаринов, был более коммуникабельным, то Клецков старался заниматься только военной проблематикой и не касаться любых других тем, включая, например, сокращение творческих коллективов ЧФ. Когда «шли под нож» театр флота, ансамбль «Подворье», коллектив «Мюзик-Экс» – командующий предпочитал, чтобы этими вопросами занимались его заместители. Он настолько осторожно относился к теме передачи чего-либо украинской стороне, к любым вопросам, которые могли быть истолкованы двояко, что разговоры о «сговоре администрации и командования ЧФ» просто смешны. Об этом может говорить лишь человек, который лично Александра Клецкова не знал.
— А позиция российского и украинского МИДов по истории с землями ЧФ вам известна?
— Я знаю лишь о том, что существует возмущение в украинских и российских дипломатических кругах. Ведь речь идет о косвенном обвинении дипломатов двух стран в том, что они причастны к придуманной моими оппонентами «дележке флотских земель». Насколько мне известно, украинское внешнеполитическое ведомство готовит соответствующую реакцию. Разве что, про формат будущего заявления я не готов сказать.
Сизов (в статье «Росбалта» о приватизации флотских земель процитированы высказывания эксперта комиссии по проверке законности земельных распоряжений прежнего руководства СГГА Игоря Сизова газете «Слава Севастополя» о том, что с ноября 2009-го по апрель 2010-го администрация Куницына издала 38 распоряжений относительно земель ЧФ РФ – прим. ред.), не является госслужащим – он лишь внештатный советник моего давнего оппонента – нынешнего главы администрации Севастополя господина Саратова. Если бы он был госслужащим – например штатным советником главы администрации – то реакция уже бы прозвучала. Но, насколько мне известно, и в российском и в украинском МИДе в отношении заявлений Сизова есть очень жёсткое возмущение.
— Но ведь в прежние годы Сизов работал в вашей администрации…
— А в этом и кроется природа его нынешнего поведения. Господин Сизов работал у меня начальником управления земельных ресурсов. Ещё пару лет назад он предлагал мне отнять у того же танкового полигона ЧФ, который занимает 140 га земли, «лакомые» земельные куски, передвинув полигон на бумаге на несколько сотен метров. Всякий раз подобные предложения с его стороны натыкались на мой отказ. После ряда проверок из Киева, в конечном итоге, работа Сизова была признана неудовлетворительной, и он был отправлен в отставку. Теперь он прибился к моим оппонентам и выступает одним из главных моих «обличителей». Видимо, снова рвется к должности…
— Каким образом земли в Севастополе передавались в частные руки?
— Существует несколько механизмов. Для начала, согласно законодательству, в городах и областях должно быть проведено разделение земель на коммунальную и государственную собственность. Первая принадлежит местным громадам (территориальным общинам – укр. Прим. ред.) — ими распоряжаются местные советы. Другая — принадлежит государству и ею распоряжаются администрации. У нас в Севастополе постоянно шли боевые действия между горсоветом, который тогда возглавлял господин Саратов, и администрацией, которую возглавлял я. Причина проста: в нашем городе разделения земель проведено не было. А по закону, когда не проведено разделение земель, вся территория считается государственной. Естественно, что горсовет постоянно «ревновал» нас — администрацию — к земле. Ведь они могли распоряжаться лишь частью территории внутри самого Севастополя. Земли поселка Кача, Балаклавы, Инкермана, Верхнесадового и т.д. были вне их юрисдикции. Наша война была лишь потому, что горсовет хотел забрать под себя земельный вопрос. Мы же, со своей стороны, проводили десятки земельных аукционов. Наша администрация — в числе общеукраинских лидеров по числу проведенных торгов. Мы передали в долгосрочную аренду земель на $40 млн открытым способом и максимально прозрачно.
— А каково соотношение аукционов и прямых распоряжений о выделении земель?
— Точно сейчас не вспомню. Но аукционов и впрямь могло бы быть больше. Мы бы выставили на аукционы больше земли, но, согласно действующему законодательству, все выносимые на земельный аукцион участки мы должны были согласовывать на сессии горсовета. И только десятую часть предложенных нами территорий горсовет утверждал. Им было выгодно себе и своим «друзьям» выделять землю без аукционов.
— Экс-глава горсовета Севастополя, а ныне – глава администрации города Валерий Саратов утверждает, что опротестовал многие ваши решения по земле.
— Говорить можно всё, что угодно. Например, Саратов заявил на совещании у президента 3 августа, что он тысячу наших распоряжений по земле обжаловал как «незаконные». Генпрокурор мне позже рассказал, что было подано к опротестованию всего 145 решений. Из них большинство не были признаны противоречащими законодательству. Да и вообще – можно хорошо играть цифрами. Допустим, мы оформляли два кооператива для воинов-афганцев: 128 участков. Вот вам уже 128 решений администраций. При этом о многих собственных решениях Саратов предпочитает не вспоминать. Например, о том, как горсовет за копейки на 25 лет отдал 19 тысяч гектаров охотничьим хозяйствам, в которых, по моим данным, сам Саратов имеет долю. В один момент площадь охотничьих угодий города с 87 тысяч га сократилась на 19 тысяч.
— Вы можете назвать фамилии тех, кому выделялись участки согласно документам, опубликованным «Росбалтом»?
— Да там сотни фамилий! Разве кому-то под силу все их запомнить? Вы поймите – мы не выделяли крупных участков кому-то одному. Мы выделяли земли под жилищно-строительные товарищества – по 5-10 соток каждому человеку. Земли выделялись многодетным семьям, пограничникам, рядовым севастопольцам, милиционерам, ветеранам, украинским военнослужащим, воинам-интернационалистам… До экономического кризиса бывало и так, что мы находили инвестора, выделяли землю под строительство многоэтажек, а в обмен инвестор 20 процентов квартир отдавал городу. И так делалось по всей стране. Что в этом преступного? Но все это господин Саратов считает нарушением. А, между тем, я готов утверждать – ни одной «громкой» фамилии в числе обладателей новых госактов на землю вы не найдете.
— Почему с октября 2009 года земельные участки в Севастополе выделялись особенно интенсивно?
— Ничего удивительного в этом нет. Дело в том, что в то время, насколько вы помните, главой украинского кабмина была Юлия Тимошенко. Одной из её предвыборных технологий было решение о срочном выделении всем желающим земельных участков – заявили даже о том, что до выборов 6 миллионов украинских граждан получат землю. В администрации всех областей Украины спустили распоряжение о первостепенном решении «земельного вопроса». Когда в Днепропетровске было 300 тысяч землеотводов, у нас цифры были меньше в десятки раз. Земли в авральном порядке выделялись по всей Украине – и Севастополь не был исключением. В то время нам, кстати, регулярно пеняли из Киева на «медленные темпы работы».
— А как быть с тем, что значительное число земельных решений были подписаны вами в последний день работы вашей администрации? Это ведь было уже после ухода Тимошенко.
— Особенность законодательной базы нашей страны такая, что для сбора всех необходимых документов для землеотвода люди тратят по нескольку месяцев. Мы же понимали, что при смене администрации начнутся неизбежные в таких случаях проволочки с окончательным решением. У многих людей были почти готовы документы, и они торопились, понимая, что со сменой власти всё может начаться для них по новой. В тех случаях, когда были собраны практически все необходимые бумаги, мы просто решили не заниматься крючкотворством – и подписали эти решения. Вы можете сегодня найти этих людей и эти участки – и убедиться в том, что мы не лукавим.
— Процесс против вашего бывшего соратника Александра Гресса, который в Севастополе возглавлял Крымниопроект, а сегодня находится под следствием, имеет отношение к землям ЧФ?
— Нет. Александр Гресс не находится под следствием из-за решений, которые бы касались Черноморского флота. И ещё – давайте не забывать, что после смены команды в городской администрации Гресс продолжил работать в Севастополе. А мы неоднократно видели за последнее десятилетие, как в ходе политической борьбы людей сажали в тюрьму, а затем так же выпускали из тюрьмы. Давайте подождем решения суда.
— Чем, по-вашему, закончится вся эта история?
— Пшиком. Ну а для нынешних севастопольских чиновников может быть и оргвыводами со стороны Киева. Они неоднократно уже позволяли себе заявления, которые не позволены им по рангу. Саратов, например, заявлял во время визита в Москву в мае, что будет совместный праздник двух флотов, а позже оказалось, что праздновали раздельно. Насколько мне известно, Саратов за это «получил по голове», потому что его никто не уполномочивал на такие заявления. Потом он заявлял, что построит украино-российский дом, на что у него тоже не было полномочий. Я думаю, что вместо пустых разговоров ему бы лучше найти деньги для Севастополя вроде тех, что находили мы с коллегами.
— Иначе говоря, вы считаете, что ваш коллектив – вне подозрений?
— Я могу сказать, что ни одного документа, которые бы отчуждали земли ЧФ, подписано нами не было, так что моя совесть чиста. Все обвинения в раздаче земель ЧФ возникли лишь потому, что мои оппоненты пользуются тем, что границы территорий флота не вынесены в натуру – и они просто спекулируют этим моментом.
Беседовал Глеб Плотников
