Чеченский вопрос
Хочу выделить несколько причин, из-за которых стали возможными нынешнее позиционирование Чечни по отношению к России и нынешние настроения основной массы чеченского народа к не-чеченцам, в первую очередь, к русским и к России в целом.
rferl.org
1. Во-первых, это, конечно же, неформальная договоренность нынешних общефедеральных и чеченских элит, по которой Москва за огромные деньги покупает лояльность чеченцев в обмен на невозобновление боевых действий, на фасадную лояльность Чечни по отношению к России и на поддержку правящих общероссийских элит на выборах. Это то, что в народе называется «получать дань с Москвы».
Подобная система выгодна правящей российской элите, которая представляет народу ситуацию в Чечне как свою победу и возвращение мятежной территории в российское государственное пространство. Эта система выгодна лидирующему чеченскому клану, который, как показывает практика, при любых обстоятельствах получает практическую безусловную поддержку Москвы и полную индульгенцию на все, что бы он ни делал. Эта ситуация выгодна в целом Чечне, паразитирующей на России (92% чеченского бюджета являются федеральными дотациями). Эта ситуация выгодна чеченцам, приобретшим в рамках договоренности элит фактический иммунитет над российским законом.
Для России же и россиян эта формула крайне пагубна, т.к. ведет, а если честно, то уже давно привела, к выталкиванию Чечни из российского государственного пространства, к фактическому превращению этой территории в отдельное от России государство, внешне лояльное Москве, но, живущее по своим законам и, по сути, презирающее ее и ощущающее свою победу над ней. Практическим проявлением подобной формулы является неадекватно агрессивное поведение уроженцев Чечни на территории России, примеры которого мы видим регулярно и постоянно. По сути, существующая формула разваливает Россию и ведет ее к уходу с Кавказа.
2. Еще одной причиной нынешней ситуации можно считать укоренившееся при этой системе состояние паразитизма и иждивенчества среди чеченского этноса, который в массе своей считает, что, судя по послевоенному положению Чечни в составе России и по условиям, которые по итогам войны эта территория получила, Чечня фактически победила Россию и она теперь является чужой территорией, которую нужно «доить». Подобные взгляды очень широко распространены среди чеченской молодежи.
Одним из практических последствий этого иждивенчества является то, что в отличии от других народов, чеченцам далеко не всегда и не во всем нужно добывать хлеб насущный – в рамках соглашения элит он сам падает им в руки в виде огромных дотаций из России. Вместо упорного и экономически производительного труда в поте лица чеченцы практикуются в спорте, занимаются в военных лагерях, служат в военных формированиях, то есть вырабатывают в себе качества, которые им нужны для воспроизводства существующего разделения труда, существующих взаимоотношений с Россией и существующего неадекватного поведения представителей чеченского этноса в России.
3. Нельзя сбрасывать со счетов этнопсихологические особенности чеченской нации, основным занятием и источником чести и доблести которой исторически являлись воровство, набеги, заложничество и т.д. Наверное, говорить так не политкорректно и не толерантно, что, тем не менее, не делает это утверждение менее правдивым — за всю свою многовековую историю чеченский этнос не дал миру ни одного известного ученого, писателя, художника, мыслителя и т.д., зато из него вышли немало абреков, которых в народе почитают как героев.
4. Следующим очень важным фактором, определившим нынешнюю ситуацию, стал фактический вывод Чечни из российского государственного и правового поля. В Чечне много лет не действуют Конституция РФ и российские законы, что подменяется традиционными догосударственными формами общественной самоорганизации и, конечно же, шариатским судом. При условии соблюдения чеченскими элитами принципов неформального соглашения с элитами российскими, федеральная власть традиционно закрывает глаза на все, включая даже те проявления нынешней ситуации, которые в полной мере противоречат Конституции России, гарантом которой она сама является.
5. Из вышеприведенных факторов вытекают принципы фактической экстерриториальности и отложенного иммунитета представителей Чечни над российским законом. В соответствии с этими принципами чеченцы а) могут творить в России что угодно и если они скроются в Чечне, то никакое российское правосудие их оттуда не достанет, б) даже если случится так, что они будут осуждены в России, то чеченские правозащитники и общественные деятели добьются их перевода для отбытия наказания в Чечню, где они просто выйдут на свободу.
5. В качестве следующей причины можно назвать огромную пропаганду этнического превосходства, десятилетиями шедшую и идущую в Чечне на бытовом уровне. В соответствии с нормами, распространенными в чеченском обществе, отношения с соплеменниками регулируются целым рядом красивых, мудрых, гуманных правил и обычаев, которые совершенно и напрочь отсутствуют при их общении с представителями других этносов.
Подобные принципы выливаются в то, что, находясь за пределами Чечни, чеченцы, особенно молодежь, неминуемо начинают насаждать свои порядки и порой жестко конфликтуют практически со всеми этносами с которыми сталкиваются, в том числе и может быть в первую очередь и с представителями других кавказских этносов – с адыгами, дагестанцами, ногайцами, армянами, азербайджанцами и даже с единственным близкородственным себе народом – ингушами. При этом, официальный Грозный при любых условиях и в любых конфликтах принимает не сторону закона и фактического разбирательства дела, но позиции своего этноса и становится на сторону соплеменников.
Такой подход по отношению к другим народам фактически поощряется федеральной властью, которая на протяжении многих лет не признает явной этнической подоплеки событий и упорно трактует их с точки зрения бытовых и административных правонарушений, в которых в первую очередь она ищет вину русских или представителей любого другого народа, вошедшего в конфликт с уроженцами Чечни, по сути, предоставляя чеченцам иммунитет перед законом и зачастую карая их жертвы. Эта ситуация в массе своей воспринимается чеченцами как лицензия на вседозволенность, в то время, как представители других народов, как правило, пасуют перед чеченцами, т.к. знают, что даже при правоте собственных позиций государство не только не поддержит их, но и назначит виновными.
Примеры подобной политики видны П О В С Е М Е С Т Н О.
У нас судят Буданова, Ульмана и Аракчеева, но нет судов над чеченцами, убивавшими и бравшими в рабство русских в Чечне. Рамзан Кадыров приобретает известность как глава региона, все враги которого, включая несколько Героев Российской Федерации, странным образом умирают. Федеральные силовые ведомства предпочитают не трогать чеченцев и заминать дела, в которых они фигурируют. Подозреваемых в убийстве чеченцев отпускают под подписку о невыезде, после чего они тут же уезжают в Чечню, откуда следствие не может их достать.
Прекрасной иллюстрацией ситуации являются недавние события в детском лагере «Дон», после которых власти задержали нескольких участников конфликта с российской стороны, в то время как ни один чеченец задержан не был и все они моментально уехали в Чечню. Особенно показательна и типична здесь позиция российского уполномоченного по правам ребенка Павла Астахова, который тут же объявил виновным в конфликте не великовозрастных отмороженных чеченских подростков, терроризировавших лагерь, а руководство лагеря, у которого, оказывается, «не было инструкций» и которое, по мнению Астахова, теперь «должно отсидеть по полной». Лично я просто отказываюсь понять за что должен сесть директор лагеря – за то, что он защитил 13-летнюю девочку, которую чеченские подростки-дикари избивали ногами с криками «Так вам и надо, русские проститутки!»?
С этой точки зрения интересно недавнее интервью Юлии Латыниной на «Эхе Москвы». При всем моем сложном отношении к Латыниной, стоит признать, что очень многие моменты она уловила очень верно. Многие, но не все. «Что Чечня хочет? Отделиться?» — спрашивает Юлия, и тут же отвечает – «Ради бога. Мы с удовольствием посмотрим на то, что там будет».
Ошибка! Чистый сепаратизм в новейшее время никогда не являлся целью чеченцев. Их идеалом была ситуация, при которой в России считали бы Чечню своей частью, а чеченцев – своими гражданами, сама Россия являлась бы территорией с которой в Чечню поступали бы (желательно бесплатно) ресурсы – деньги, газ, электроэнергия, стройматериалы, рабы, заложники и т.д., где представители чеченских кланов могли бы самыми разными способами завоевывать себе влияние, а сами чеченцы обладать такими же и даже большими правами, чем все остальные народы России, но при этом по отношению к России сама Чечня являлась бы серой зоной – закрытой территорией, на которой не действовали бы российские законы и где любой чеченец всегда мог бы скрыться если в процессе «завоевания влияния» он натворил столько, что жить в России ему стало бы слишком опасно.
Подобную ситуацию в Ичкерийской республике на короткое время обеспечил Дудаев, однако, в долгом периоде, абсолютно надежным, безопасным для чеченцев образом ни Дудаев, ни Масхадов, ни Басаев этого достичь не смогли. Этого достиг Кадыров! Магическая формула чеченского счастья сработала! Причем, сработала самым лучшим образом – теперь, в отличии от времен Дудаева и Масхадова, чеченцам даже не нужно заниматься фальшивыми авизовками, брать заложников, обеспечивать бизнесменам «крышу», воевать с российской армией, либо делать что-то подобное. Теперь деньги сами идут к ним в руки! Госпожа Латынина, пока нынешнее положение будет сохраняться, сама Чечня никуда отделяться не будет – незачем. Как гласит украинская пословица – «Хіба ревуть воли, як ясла повні?»
С другой стороны, нужно четко понять, что если магическая формула чеченского счастья хоть чуть-чуть изменится, то вся внешняя и показушная лояльность этой территории мигом улетучится и вчерашние легализовавшиеся боевики станут боевиками сегодняшними.
Какие же выводы мы должны сделать из вышеперечисленного?
а) Под грозные призывы на тему «сортиров» и под победные реляции силовиков в Чечне произошел фактический Хасавьюрт № 2 и эта территория фактически перестала являться частью российского государственного пространства,
б) решение проблемы Чечни вне отказа от неформальных соглашений федеральных и чеченских элит и без возвращения Чечни в российское и просто даже в какое-то общечеловеческое правовое пространство невозможно,
в) новая военная операция при существовании соглашений кланов бессмысленна, т.к. даже в случае её успеха чеченцам будут предоставлены такие же условия как сейчас, а значит сама система не изменится,
г) при принятии решения на изменение правил взаимоотношений с Чечней необходимо иметь в виду фактор Олимпиады 2014 в Сочи. То, что Олимпиада является заложником отношений Москва-Грозный и что в случае нового российско-чеченского осложнения, чеченские боевики приложат все усилия по дестабилизации обстановки вокруг Олимпиады даже не скрывается. Так, недавно об этом завуалировано, но совершенно ясно заявил чеченский уполномоченный по правам человека Н. Нухажиев.
д) если нынешние проблемы окажутся нерешаемы, то необходимо начинать думать как отделить Чечню. Нынешняя Чечня в ее современном положении вредна и опасна для интересов России на Кавказе. Она распространяет свои метастазы по всему Кавказу, являясь для кавказских народов, уважающих силу, примером того, как «Москва может быть под Чечней», а для остальных народов – символом неравенства прав этносов в Российской Федерации и этнической несправедливости.
И последнее. Господа, у нас прекрасная Конституция. Почему мы не в состоянии обеспечить её соблюдение? Возврат к конституционным нормам, равноправие всех людей и всех народов перед законом разрешат абсолютное большинство наших проблем. Естественно, если люди и народы считают, что они находятся в российском конституционном поле.
Андрей Епифанцев
