— Думаю, такое решение достаточно серьезно повлияет на рейтинг власти. Правда, на мой взгляд, сегодня ни один из политологов не в состоянии спрогнозировать, сколько процентов потеряют партии, входящие в правящую парламентскую коалицию, и лично Президент после такого повышения. Это связано со многими факторами. К примеру, еще неизвестно, когда люди начнут платить повышенные тарифы за ЖКХ. Если с 1 августа — это одна ситуация, а если с октября — совершенно другая. Ведь общественная психология достаточно инертна. Требуется примерно 2—3 месяца, чтобы люди "переварили", осознали какое-то властное решение. Тем более регионы Украины весьма существенно отличаются друг от друга. Одно дело — центральная Украина. Там своего рода "электоральное болото": избиратели примыкают к более сильному политику и строят свое отношение к власти через собственный кошелек. Совершенно иная ситуация в восточной и южной частях страны, где находится ядро электората Партии регионов и Президента. Эти избиратели даже готовы некоторое время терпеть финансовые, экономические неурядицы, поскольку доверяют действующему главе государства и его политической силе.
Есть версия, что в жертву принесут действующее правительство, которое сделают виновным в повышении цен на газ. Сработает ли такой прием?
— Если говорить о подобной технологии, то она вполне осуществима. Однако необходимо понимать, что это вариант, скажем так, одноразового использования. Можно отправить правительство в отставку. Кстати, подобная информация циркулирует в среде политической элиты. Но переложить ответственность с Президента на Кабмин можно только один раз. Сделать это во второй и третий раз уже не получится. Схема "царь хороший, а во всем виноваты бояре" имеет ограниченный ресурс для применения. Хотя, повторю, подобный вариант вполне возможен.
Но для страны важны не разборки внутри правящей элиты, а то, есть ли у нее желание, политическая воля действительно использовать кредит МВФ для реформирования экономики?
— Наверное, не стоит гадать на кофейной гуще. На мой взгляд, одной из топовых тем следующего политического сезона станет бюджет на 2011 год. Президент сделал серьезную заявку, опубликовав план проведения реформ. Этот документ можно критиковать. В нем действительно есть масса нестыковок, нет политической составляющей, концепции проведения административно-территориальной реформы. Однако заявка сделана, а мы пока не видели каких-то законопроектов, направленных на ее реализацию. Бюджетный законопроект как раз и станет своего рода "лакмусовой бумажкой". На его основе можно будет сделать вывод о том, действительно ли власть планирует проведение серьезных реформ, которые требуют соответствующего обеспечения из бюджета. Или как всегда будет подан стандартный финансовый документ, в котором не предусмотрено реформирование экономики страны. Поэтому делать вывод о наличии или отсутствии у правящей элиты политической воли я бы пока окончательно не стал. Еще раз подчеркну: пока ничего, кроме заявки, декларации о намерении провести реформы, нет. Планы ничем не подтверждены. Однако давайте дадим власти шанс и посмотрим осенью, какой бюджет правительство представит на рассмотрение Верховной Рады.
Как результаты выборов в местные органы самоуправления повлияют на власть и оппозицию?
— У данной проблемы есть несколько аспектов. Первый — это информационный, или пиарный. Для Партии регионов очень важно продемонстрировать, что она не только продолжает пользоваться доверием большинства избирателей, но еще и наращивает свое присутствие во власти. К примеру, во время президентских выборов Виктор Янукович победил в девяти областях. Если ПР на выборах в областные советы получит преимущество в 11—12 регионах, то это позволит им заявить о росте поддержки населения. Мол, есть позитивная электоральная динамика. Второй аспект связан с тем, что губернаторы, назначенные президентом, заинтересованы в формировании подконтрольных им областных Советов. Очень трудно руководить областью, если в совете доминируют представители оппозиции. Постоянно возникают проблемы, связанные с вынесением вотума недоверия, поддержкой инициатив власти и так далее. Поэтому каждый губернатор будет стремиться усилить, в том числе и с помощью административного ресурса, свое влияние на местные советы. Чтобы упрочить существующую вертикаль власти. Что же касается оппозиции, то она сегодня состязается с властью в неравных условиях. После принятия новой редакции закона о местных выборах возможности оппозиционных партий были существенно ограничены. Это и запрет баллотироваться от политических блоков, и возможность практически произвольного снятия кандидатов, и обязательное наличие у местных партийных организаций годичного "стажа" для выдвижения кандидатов. Поэтому не только победа, но даже сражение на равных с представителями власти будет расценено экспертами как несомненный успех оппозиционных партий. А подобный результат будет воспринят как окончание для власти "медового месяца" с украинским обществом. В таком случае можно сделать вывод о том, что действие карт-бланша, выданного им новой власти в лице Президента, закончилось.
Несмотря на все свои недостатки, способствует ли новый избирательный закон формированию европейской модели власти на региональном уровне?
— Если говорить чисто теоретически, то все эти нормы о запрещении блоков, о том, что партийные организации должны быть зарегистрированы за год до выборов и только они имеют право выдвигать кандидатов в депутаты, — правильные. Но нельзя было делать так, как это сделано, — поставить людей и политиков перед фактом за два-три месяца до выборов.
Если бы была проведена нормальная общественная дискуссия, и такой закон был бы принят за два-три года до выборов, и все понимали, что есть время для подготовки, развития партийных структур, то вопросов вообще не было бы. Сейчас же понятно, что введение этих норм не имеет ничего общего с внутрипартийным развитием и партийной структуризацией общества. Они просто направлены на ограничение возможностей оппонентов участвовать в местных выборах. Поскольку мы живем в весьма и весьма конкретных реалиях, то я не думаю, что подобный закон приближает нас к каким-то европейским нормам или стандартам демократии, наоборот, существенно отдаляет от них. Поясню свою мысль. Прежде всего, партийные списки по-прежнему остаются закрытыми. Правда, часть партий — "Сильная Украина", "Батьківщина", "Единый Центр" — заявили, что собираются проводить праймериз (предварительные выборы кандидатов). И это хорошо, поскольку такой элемент внутрипартийной демократии необходим. Пусть первые праймериз будут несовершенными. Политологи станут их критиковать. Говорить, что хотели как лучше, а получилось как всегда. Пусть. Все равно это реальный шаг в направлении открытия списков, чтобы граждане и рядовые партийцы могли влиять на принятие партийных решений. Открытие списков — это очень серьезный аргумент в пользу того, что партии идут по пути демократизации. И пусть два-три внутренних праймериз у партий не получатся, но, повторяю, это шаг в нормальном направлении. Возвращаясь к существенным проблемам нынешнего закона: в выборах присутствует мажоритарная составляющая, которая позволяет власти вовсю применять админресурс. Сейчас Партия регионов действует по такому принципу — если вы еще не член ПР, но пользуетесь авторитетом в своем районе, регионе, области, то мы идем к вам и предлагаем стать… "регионалом". Сегодня это массовое явление. ПР будет стараться подтянуть в свои ряды авторитетных людей, чтобы они вступили в партию, а потом их выдвигать по мажоритарным округам. Будут и такие кандидаты-мажоритарщики, которые будут баллотироваться от так называемых "боковиков" — нейтральных, малоизвестных, аполитичных партий. Побеждать, а потом примыкать к сильнейшему, то есть к власти, и работать "под губернатором". Подобное мы видим сейчас в Верховной Раде, когда происходит индивидуальное наполнение коалиции. Так и местная власть тоже имеет возможность подтянуть потом мажоритарщиков под "свое" большинство в областном или районном совете. Я не думаю, что это нормальная ситуация.
А реально совмещение так называемого конституционного плебисцита с местными выборами? И вообще, какими путями может быть реализована отмена политической реформы 2004 года?
— Я думаю, что еще одной топовой темой осеннего политического сезона будут конституционные изменения. По крайней мере, часть президентской команды ставит задачу вернуться к модели Конституции 1996 года и отменить те изменения, которые были приняты в декабре 2004 года. Не думаю, что это хороший вариант для страны. Конституция образца 1996 года предусматривала достаточно серьезные конституционные полномочия президента, что, в свою очередь, создавало предпосылки для роста авторитаризма в стране. Не хотелось бы такого сценария для Украины. Сомнителен и путь конституционных изменений посредством референдума, совмещенного с местными выборами. Референдум — это только инструмент, как и многие институты демократии. Это — как нож: им можно колбасу нарезать, сделать бутерброд и угостить товарища, а можно и человека убить. Так и референдум: в демократических странах это нормальный способ народного волеизъявления, а в странах авторитарных — инструмент усиления и легитимации авторитаризма. Поскольку Украина является страной переходной демократии, то я боюсь этого инструмента, потому что он может запросто легитимизировать устремления власти создать авторитарную систему управления в стране. Насколько я знаю, власть рассматривает и другой вариант — создание конституционного большинства в Раде, которое и изменит Конституцию. Но я пока не верю в возможность реализации такого сценария. У депутатов должен возобладать инстинкт самосохранения: передать парламентские полномочия в руки Президента — это значит отнять их у себя и отдать другому субъекту политической жизни, который вполне может использовать их против тебя же.
В преддверии местных выборов некоторые субъекты правящей коалиции в поисках оппозиционной площадки перед выборами начинают качать права, шантажировать тем, что они выйдут из большинства и из коалиционного правительства. Это, к примеру, и коммунисты, и Сергей Тигипко…
— На примере коммунистов мы видим, что такая попытка дистанцироваться и отмежеваться от непопулярных решений власти была предпринята. При этом решение КПУ менялось за эти дни несколько раз: от радикальной критики за повышение цены на газ до конструктивной поддержки такого решения… Желание отмежеваться и дистанцироваться от негатива вполне закономерно, но вряд ли осуществимо. Если ты в коалиции и в правительстве, то должен полностью нести ответственность за все действия коалиционного Кабмина. Входя в коалицию, формируя ее и правительство, это нужно было понимать. Нельзя быть чуть-чуть беременным, то есть быть во власти и отвечать только за те решения, которые тебе нравятся и которые несут позитив, а о негативе говорить, что это, мол, партнеры виноваты. Так не получится ни у кого. Я думаю, негативное бремя будут нести все, кто входит сейчас в правящую коалицию. С Сергеем Тигипко ситуация еще сложнее. Все-таки у него нет парламентской политической силы, которая входит в состав коалиции, а он, тем не менее, является членом правительства. Поэтому трудно прогнозировать, как он будет поступать.
Многие опять-таки говорят, что отмена конституционной реформы, конституционный плебисцит — это всего лишь политические зрелища, которыми власть попытается отвлечь внимание населения от экономических проблем и, грубо говоря, заменить недостаток хлеба. Что еще власть может предложить народу в качестве зрелищ-отвлекалочек? Возможны ли завершение расследования резонансных уголовных дел, преследование мистических главных коррупционеров, отправка за решетку Юлии Тимошенко, ее соратников и т. д.?
— Я уверен, что в условиях кризиса в Украине хлеб, условно говоря, ничем, никакими зрелищами заменить нельзя. Социально-экономические проблемы являются первоочередными. Но с точки зрения пиара, эксперты знают и владеют технологиями замены одних тем другими. Поэтому будет предпринята попытка привнести что-то "жареное" для отвлечения общественного внимания от наиболее наболевших проблем. Но я не думаю, что это будет мейнстримом украинской политики. Люди устали от всех этих зрелищ, грязной политики, бесконечных политических ток-шоу. Они хотят и требуют реальных результатов. И именно по этим результатам они будут оценивать власть. Поэтому эти заменители будут носить кратковременный характер. Не они будут определять главное направление развития политической и экономической ситуации в стране.
А могут ли выборы подтолкнуть реальную борьбу с коррупцией?
— Хотелось бы верить, что все заявления правительства на эту тему будут реализованы. Коррупция в Украине — это чрезвычайно серьезная проблема. Мы находимся в топ-списке самых коррумпированных стран мира. Сейчас расследуется дело о коррупции в Министерстве охраны окружающей среды. Но пока сложно сказать, тенденция это или одиночный случай, когда в коалиции что-то не поделили и это привело к аресту замминистра. И еще один вопрос: насколько далеко распространяется сегодня политическая воля, то есть насколько власть готова бороться со взяточничеством, откатами, казнокрадством, не взирая на чины, степени, ранги. Пока неясно, где заканчивается тот властный потолок, выше которого трогать людей нельзя.
Сейчас идет активная борьба за свободу слова, очень похожая на фальстарт. Не может ли это нанести реальный удар по борьбе за свободу слова, если такая проблема возникнет, или это начали вовремя?
— Я думаю, что проблема не столько в наступлении власти на свободу слова, введении прямой политической цензуры, сколько в проведении собственниками редакционной политики в своих СМИ — они просто не хотят ссориться с новой властью. Поэтому они стараются — особенно это чувствуется на телеканалах — проводить информационную линию в определенных рамках и не критиковать власть. Вот в чем сейчас главная проблема. Однако, отвечая прямо на поставленный вопрос, скажу: я твердо убежден, что свобода слова очень важна для нас. Поэтому в таком случае лучше "перебдеть, чем недобдеть". Любая власть по своей природе не хочет свободной прессы, ибо та мешает этой власти "нормально" жить.
Не станет ли тема экстремизма одной из фишек деятельности оппозиции? Ведь общество как-то успокоилось, а оппозиции нужно действовать сейчас, "разогревать" публику и набирать очки перед выборами своей активностью. И она уже есть: взрыв церкви в Запорожской области, откровенные провокативные действия, направленные на уличные потасовки и т. д.
— Взрыв в Запорожском храме я бы вообще вынес за скобки политической ситуации. Думаю, что там сложилась ситуация, далекая от политики. Я понимаю, что она будет использоваться в политических целях, но пусть там работают правоохранительные органы и разбираются, кто это сделал. Что же касается ситуации с акциями протеста, то я далек от шапкозакидательских настроений, основанных на том, что, скажем, завтра будет второй "Майдан". Должен пройти этап накопления системных ошибок власти, определенное время, чтобы общество поняло, что оно так жить не может. Понять, что для того, чтобы изменить свою жизнь, оно должно выйти на улицу. Ведь 2004 год состоялся не одномоментно: фактически ситуация в обществе "раскачивалась" с 2002-го, и только после этой "раскачки" акции протеста перешли на качественно иной уровень. Что же касается отдельных радикальных политических сил, то понятно, что они будут эксплуатировать такой уличный радикализм и тем самым стремиться повысить свой рейтинг.
Возможно ли на этих выборах так долго ожидаемое появление новых лидеров, новых лиц, которые пойдут на завоевание Киева с реальным багажом завоеванных регионов?
— Я не верю в возникновение из ниоткуда лидеров, которые завтра станут президентами, премьерами. Здесь закладывается логическое противоречие: все хотят новых лиц, но при этом лица должны быть авторитетными и известными в Украине. Как может такой политик быть одновременно и новым, и известным, и при этом еще пользоваться в обществе определенным авторитетом? Однако мы увидим массу новых региональных лидеров, которые будут расти до парламентских выборов и, возможно, со временем станут неплохими кандидатами в члены парламента.
Усилится ли после местных выборов соблазн поменять избирательную систему и на парламентском уровне?
— У меня нет сомнения, что такой соблазн после местных выборов лишь усилится. Поскольку все мы увидим, как легко будут мигрировать "мажоритарщики" в провластное большинство, создаваемое губернатором.
Беседовали Владимир Скачко, Александр Юрчук
