Польские солдаты ровным шагом маршируют вместе с российскими во время большого парада в Москве; руководители обоих государств широко улыбаются в камеры; простые граждане демонстрируют примирение; журналисты восхищаются прекрасным жестом русских, которые через много лет оценили участие поляков в победе над фашизмом, — так, наверняка, в наших газетах и на телевидении будет выглядеть трансляция событий 9 мая.
И не было бы в этом ничего плохого, если бы не то, что таким образом мы упускаем из виду факт, что годовщина победы над фашизмом вписывается в имперскую традицию России, которая с интересами или хотя бы памятью поляков имеет мало общего. Более того — в сущности, абсолютно им противоречит.
Миф Великой Отечественной Войны
Годовщина окончания Великой Отечественной Войны, отмечается в России — как раньше в Советском Союзе — необычайно шумно. И в этом нет ничего странного. Для русских Великая Отечественная Война является одним из фундаментов их самосознания и национальной гордости (как советской, так и имперской российской). Согласно этому мифу великий русский народ, а в принципе — великие народы Советского Союза — сообща, в патриотическом порыве победили гитлеровских демонов и преподнесли свободу порабощённым народам Центральной и Восточной Европы. Сталин — в зависимости от того, кто рассказывает эту историю — является в этом мифе либо батюшкой, который привёл народ к победе, либо — это тоже случается — тем, вопреки кому эта победа была завоёвана. Но он всегда важен, поскольку без него и без его решений (хотя бы о расширении пространства свободы для русской Церкви или о возрождении во время войны имперских российских традиций) не было бы ни великого национального единения, ни патриотического порыва.
Так описываемый миф Великой Отечественной заключает в себе несколько элементов, которые совершенно неприемлемы с польской точки зрения. А также с литовской, латышской или эстонской.
Так вот, нам трудно согласиться с убеждением, что советские солдаты (независимо от их собственных намерений) принесли нам на штыках свободу — а именно так понимают эти действия русские. Вступление Красной Армии в Польшу не было «освобождением», было лишь сменой оккупанта. А 9 мая, хотя и означало для Советов конец войны, для Польши лишь обозначило окончательное прощание с мечтами о собственной суверенности и независимости. Тогда же произошла передача власти над нашей страной офицерам и политрукам, которые лояльность к Отечеству мирового пролетариата поставили выше лояльности Родине. Таким, как генерал Войцех Ярузельский, который, тоже должен явиться на эти торжества.
Различия в восприятии 9 мая и Великой Отечественной Войны не могут сгладить даже самые прекрасные жесты и слова российских политиков. Потому что удаление портретов Сталина с Красной площади ни в чём существенном не изменяет имперского российского взгляда на мир, согласно которому Польша (так же, как Литва или Латвия) должна быть благодарна Советскому Союзу за свободу и независимость. Для поляков такой взгляд абсолютно неприемлем, поскольку он подрывает смысл нашей многолетней борьбы за свободу, а также смысл самопожертвования тех, кто отдал свои жизни, — не только офицеров из Катыни, Харькова и Медного, но и «проклятых солдат», которые после «освобождения» продолжали бороться за свободу и независимость.
Не размывать исторической памяти
Если так рассматривать символику 9 мая, трудно не поставить вопрос — что на Красной площади будут делать наши солдаты. Праздновать 9 мая? Победу над фашизмом? Великий патриотический порыв русских (но также и белорусов, и восточных украинцев)? Обо всё этом, естественно, стоит помнить, но невозможно забыть, что в этот день празднуется также «освобождение» народов, которое для Польши имело мало общего со свободой. И поэтому мне кажется, что польских солдат на Красной площади быть не должно. Хотя бы затем, чтобы не размывать польской исторической памяти и не вписываться в имперскую историческую политику советской и постсоветской России.
Томаш Терликовский — главный редактор портала Fronda.pl, доктор философии, преподаватель Высшей Школы Информатики, Управления и Администрирования в Варшаве.
("Rzeczpospolita", Польша)
